Чтение онлайн

И тут я осознаю, что всё ещё держу Блэкриджа за руку. Я вырываю свою, и он, к счастью, отпускает её.

Тишина затягивается, густая и тягостная, прежде чем Си-Джей, наконец, заговаривает, его голос звучит низким рокотом.

— Прибыла моя мама.

Мои брови взлетают вверх.

— О?

— Во всей своей ужасающей, огнедышащей красе, — подтверждает Уильям, скрестив руки на груди и по-прежнему глядя на Блэкриджа с нескрываемой враждебностью.

— Очевидно, она почувствовала необходимость, скажем так, агрессивно ускорить отступление Коллекционера.

— Она испепелила большую часть внутреннего двора, — добавляет Кассиэль. — А вместе с ней и нескольких Коллекционеров. Вместе с некоторым сопутствующим ущербом.

— Она также дала понять, что вернётся, если не получит от меня вестей в течение трёх часов. Она пришла, чтобы встретиться с вами, а в итоге стала причиной массового уничтожения, — говорит он, не сводя глаз с Блэкриджа, почти предостерегающе, поскольку он эффективно располагается между мной и Блэкриджем. Его собственнические чувства — это ощутимая сила, щит и предупреждение.

Блэкридж наблюдает за этим с присущим ему раздражающим спокойствием.

— Как жаль, что я пропустил её визит, но твоя мать выбрала идеальное время, мистер Аквила. Её вмешательство было случайным.

— Случайным? — рычит Уильям. — Она чуть не убила меня. Снова.

— Но не убила, — отмечает Блэкридж. — Руны защитили тебя, и её появление рассеяло Коллекционеров, прежде чем они смогли закрепиться как следует.

— Объясните мне цветными карандашами, что именно здесь произошло, — говорит Си-Джей, теряя терпение от этого непринуждённого разговора.

— Изольда теперь является частью Серебряных Врат. Их защитница, их сила. Моя вторая половина.

— Изольда? — выплёвывает Уильям, мгновенно улавливая неформальность.

— Ваша вторая половина? — рычит Си-Джей, поворачиваясь к Блэкриджу. — Вы больной, извращённый ублюдок. Я знал, что вы хотели её.

Полный отвращения взгляд Блэкриджа заставляет меня поёжиться так, что я жалею, что не могу это контролировать.

— Нет, — заявляет он. — Мой интерес к Изольде магический и более отеческий, чем всё, что ты придумал в своём безумном воображении.

— Я сделаю из вас сумасшедшего, — рычит он и бросается на Блэкриджа.

Блэкридж поднимает руку и останавливает Си-Джея на полпути, на его лице появляется предупреждающее выражение.

— Прими это как комплимент, мистер Аквила.

Я кладу руку на грудь Си-Джея, чувствуя, как напряглись его мышцы.

Он тут же расслабляется от моего прикосновения, хотя его янтарные глаза не отрываются от лица Блэкриджа.

— Наша связь — это не то, что вы думаете. Она не романтическая и не сексуальная. Это симбиоз. Как две половины единой магической системы.

— Это не делает ситуацию менее тревожной, — бормочет Уильям. — Теперь ты связана с ним. Навсегда.

— Не связана, — поправляет Блэкридж, опуская руку. — Является партнёром. В этом есть разница. Изольда сохраняет свою независимость, свободу воли. Она просто разделяет бремя поддержания обороны Серебряных Врат.

— И что именно это значит? — спрашивает Кассиэль.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь упорядочить поток новых знаний в своём сознании.

— Это значит, что я могу чувствовать каждый магический поток в академии. Каждый оберег, каждое защитное заклинание, энергетический отпечаток каждого студента. Это похоже на постоянное осознание всего, что здесь происходит.

— Это звучит утомительно, — говорит Си-Джей, теперь его голос звучит мягче и озабоченнее.

— Я в порядке. Но Серебряные Врата не обошлись без меня. Теперь они усилены. Итак, я спрошу ещё раз, что произошло там, наверху, после того как твоя мать устроила массовые разрушения? — я уже знаю, но я хочу, чтобы они сказали это вслух, признали это, поверили в это.

Си-Джей сжимает челюсть.

— На территорию академии обрушилась энергетическая волна. Коллекционеры умирали с криками, с них сдирали кожу.

Я улыбаюсь. Мне следовало бы спрятаться от страха за то, что я натворила, но я уже знала, что смерть приближается и что она меня не побеспокоит. После того, как я убила того волка и не чувствовала ничего, кроме решимости защитить себя и своих ребят, чувство вины за это никогда не должно было возникнуть.

— Видите? Это начало.

— Чего? — бормочет Уильям.

— Это конец для них и Дамадер. Ритуала Кровавой короны больше не будет; гримуары Коллекционеров и экспонаты будут разобраны и возвращены в их естественное состояние.

— Ты хочешь сказать, что собираешься убить их всех, — говорит Уильям, и в его голосе слышится искреннее одобрение, которое меня заводит. — Всех до единого.

— Да, — я твёрдо встречаю его взгляд. — Теперь это наша крепость. Наше святилище. Любой, кто угрожает ему, угрожает нам, умирает.

Кассиэль беспокойно шуршит крыльями.

— А если невинные студенты попадут под перекрёстный огонь?

— Здесь нет ни одного невинного студента, мистер Кассиэль, но нет необходимости взъерошивать их перья. Перекрёстного огня не будет, — говорит Блэкридж. — Защита теперь работает хирургически. Они с идеальной точностью различают угрозу и отсутствие угрозы.

— Как обнадёживающее, — растягивает слова Си-Джей, сарказм сочится в каждом слове. — И кто именно определяет, что представляет угрозу?

— Серебряные Врата.

Никто из них не может по-настоящему поспорить с этим утверждением.

— Так что же произойдёт, когда появится Дамадер? — спрашивает Уильям, и на его губах играет озорная улыбка.

— Она пожалеет, что не стала держаться подальше, — отвечаю я. — Но она должна прибыть. Её нужно устранить.

— Сегодня большая часть Коллекционеров была уничтожена, — говорит он. — Но придут ещё. Как мы узнаем, что у нас есть они все?

— Элиза будет освобождена из своей тюрьмы.

Он кивает.

— Ладно. Поэтому мы продолжаем уничтожать всё, что ступает на территорию академии и выглядит так, будто хочет делать из нас книги и экспозиции.

— Значит, мы не восстанавливаем защиту? — нахмурившись, спрашивает Кассиэль.

Блэкридж отвечает за меня.

— Там будут основные защитные чары. Это всё ещё опасное королевство, мистер Кассиэль. Существа за пределами этих мерзостей будут всё ещё пытаться попытать счастья в доступе к этому пространству. Однако мы не будем уничтожать всё, что попадётся нам на пути. Мы сами выбираем, за что сражаться, и Коллекционеры и Дамадер — победители в этом конкретном раунде убийств, а не захвата.