Чтение онлайн

Его фигура мерцает, когда он подплывает ближе, привлечённый моим видом, видом воды, каскадом стекающей по моему обнажённому телу. Я выгибаю спину, предлагая ему себя, живое искушение.

— Сосредоточься на желании, — убеждаю я его. — На потребности. На том, как сильно ты хочешь прикоснуться ко мне.

Глаза Уильяма темнеют от голода, он сосредоточенно сжимает челюсти. Его рука снова тянется к моей груди, и на этот раз я что-то чувствую. Не плотное тепло плоти, а холодное покалывание, словно мороз пробежал по моей коже.

— Я почувствовала это, — выдыхаю я.

Он придвигается ближе, его фигура теперь всего в нескольких дюймах от моей. Струи душа проходят сквозь него, создавая странные искажения в его призрачном облике.

Я напрягаюсь и выпячиваю груди, когда вода каскадом льётся на них.

— Я так сильно хочу тебя, — бормочу я. — Мне нужно почувствовать тебя внутри себя. Сосредоточься на этом, Уильям. Сосредоточься на том, чтобы трахнуть меня, заставить выкрикивать твоё имя.

Его руки обхватывают мои груди. Я почти ощущаю давление его ладоней, от холода его прикосновений у меня мурашки бегут по коже. Его пристальный взгляд, устремлённый на моё тело со страстным голодом. Я погружаю пальцы в свою влажную киску, зная, что это замедляет процесс, но слишком сложно не прикасаться к себе, когда он наблюдает за мной и изо всех сил старается сделать то, о чем я его прошу. Это зрелище настолько сводит его с ума, что он забывает думать о том, что я больше не могу быть его.

— Это не работает, — рычит он, расстроенный и злой из-за того, что ему не дают прикоснуться к тому, что находится прямо перед ним.

— Работает, — настаиваю я, хотя моё разочарование растёт. — Ты начинаешь проявляться физически. Продолжай пытаться.

Он рычит, и этот звук был бы угрожающим, если бы не был пропитан такой отчаянной потребностью. Его руки опускаются на мои бёдра, и я чувствую едва заметный намёк на давление. Этого недостаточно, даже близко не достаточно, но это прогресс.

— Давай, Уильям, — уговариваю я тихим мурлыкающим голосом. — Ты можешь это сделать. Ты и раньше прикасался ко мне, когда думал, что не можешь. Сделай это снова. Для меня. Ради нас.

В его глазах вспыхивает решимость, и он наклоняется, его губы соприкасаются с моими в поцелуе, от которого по моему телу пробегает волна холода. Это болезненное и волнующее ощущение, от которого у меня перехватывает дыхание и учащается сердцебиение.

— Ещё, — требую я у его рта. — Дай мне ещё.

Он снова рычит, и внезапно его руки сжимают мои бёдра с настоящей, ощутимой силой. Ощущение настолько сильное, что я вскрикиваю от радости и триумфа, когда пар клубится вокруг нас, словно призрачные пальцы, когда резкий порыв ветра внезапно проносится по комнате, когда присутствие Уильяма отражается на погоде за окном. Дождь хлещет по окнам, и я на мгновение задумываюсь, не сделан ли он из крови.

Из крови.

Конечно.

Я выпускаю когти и полосую себя по яремной вене. Из меня хлещет горячая красная кровь, и глаза Уильяма вспыхивают. Его клыки опускаются, и через несколько секунд он жадно впивается в мою шею, становясь сильнее с каждой секундой.

— Нам нужно… нам нужно… ааааа! — я застонала, когда он вводит свой член в меня. Я даже не поняла, что он освободился.

Он погружается по самые яйца, из его груди вырывается хриплый стон, когда он пьёт из меня с такой грубой силой, что я дрожу в его объятиях. Он прижимает меня спиной к кафелю, и я кончаю на его член, пропитывая его.

— Связующий… ритуал… — я тяжело дышу. — Мы должны сделать это сейчас, пока ты цельный.

Он освобождает меня от своих укусов с разочарованным рычанием. Он пристально смотрит мне в глаза. Он надрезает своё запястье и прижимает его к моему рту, чтобы я выпила.

— Я даю тебе свою тёмную клятву, моя королева, что я буду обладать тобой, защищать тебя и уничтожу любого, кто попытается причинить тебе вред. Моя жизнь принадлежит тебе, моя кровь — твоя, и моя душа в твоём распоряжении.

Его слова — пьянящий коктейль из желания и тёмного наслаждения. Я чувствую силу его клятвы, древнюю магию, которая связывает нас вместе. Его член пульсирует во мне, твёрдый и настойчивый, и я знаю, что он чувствует то же самое, что и я.

Он издаёт низкий горловой рык, первобытный звук желания, от которого по моему телу пробегает волна жара. Он входит в меня с отчаянной настойчивостью, которая соответствует моей потребности.

— Нам нужны другие, — выдыхаю я, хотя моё тело реагирует на каждое его движение. — Си-Джей и Кассиэль… они должны быть частью этого.

— Мы здесь, — говорит Си-Джей, стоя в дверном проёме. Я понятия не имею, как долго они с Кассом были там, но это не имеет значения.

— Сейчас, — говорю я, — пока он не потерял всё.

Неустанный темп Уильяма продолжает доводить меня до грани, пока я не рассыпаюсь в прах рядом с ним, охваченная желанием и потребностью.

Си-Джей, полностью одетый, заходит в душ, и я с трудом сдерживаю смех. Его янтарные глаза горят собственническим огнём.

— Я даю тебе клятву, Изольда.

Он надрезает когтем своё запястье, выпуская кровь, прежде чем прижать её к моему рту.

— Мой дракон поглотит любого, кто посмеет угрожать тебе. Моё вампирское сердце бьётся только для тебя. Я обещал дать тебе свою фамилию, и я сдержу эту клятву в моём королевстве, где она что-то значит. Сейчас ты — моя жизнь, моя вечность. Моя навсегда.

Я делаю глоток, а затем протягиваю ему своё запястье. Он разрезает его клыком, прежде чем нежно пососать, заставляя мою киску сжиматься вокруг члена Уильяма, пока он продолжает трахать меня.

Си-Джей отпускает меня и отодвигается в сторону, чтобы впустить Кассиэля, в то время как Уильям стонет и взрывается внутри меня в оргазме, который не прекращается.

— Я клянусь, что защищу тебя, Изольда, сейчас и всегда. Я буду верен тебе, пока звёзды не исчезнут с неба.

Ему не нужно больше ничего говорить. Он протягивает мне своё запястье, и я впиваюсь в него зубами, впитывая его кровь в этой мрачной клятве, которая свяжет нас навечно.

Когда я отпускаю его, Уильям выходит из меня и легко опускает меня на пол в душе.

— И я клянусь вам, мои короли, мои рыцари, мой двор, что я буду вашей королевой, вашей возлюбленной и вашим партнёром на веки вечные, — шепчу я хриплым от волнения голосом. — Я буду стоять на вашей стороне, сражаться в ваших битвах и любить вас всех до скончания веков, — я протягиваю Кассиэлю своё запястье, предварительно разрезав закрытую рану, и он прижимает его ко рту, впервые выпивая мою кровь. Моя кровь покрывает его язык, но ему наплевать, и я никогда не любила его за это больше, чем в тот момент.