Темный луч. Часть 1
Шрифт:
— Ты не знаешь, была ли королева Катрина когда-нибудь беременна? Лгали ли они? Драконы помнят каждую деталь жизни. Что ты можешь вспомнить?
Я думал об этом.
Она не была беременна, но было время, когда она была в поисках самопознания… Нет, этого не могло быть.
Я покачал головой.
— Нет. Я не помню ничего подобного. Почему ты спрашиваешь меня об этом?
Он сделал еще один глубокий вдох.
— Она похожа на них, и нет, не только часть ее напоминает мне о нем. Она похожа на него. Как будто он был ее отцом, а королева — ее матерью.
— Ты вообще себя слышишь? Ты, как никто другой, должен знать, что ни один человек не может пройти сквозь Стену, так что не имеет значения, как она выглядит, Мэтт. Она не могла преодолеть эту Стену.
Он кивнул и закрыл глаза.
Когда он открыл их, то посмотрел прямо вниз, на землю в тысячах футов под нами.
— Я продолжал говорить себе это, Блейк. Но ты ее не видел. Говорят, дракон всегда знает.
— Мэтт, давай. Ты же не веришь в это мумбо-юмбо, не так ли?
— Я не Хроматический, Блейк. Ты должен сказать мне…
— Нет. Ты думаешь, я хочу стать злым? Думаешь, я хочу однажды испепелить свой мир, убить людей, которых люблю? Сразиться с тем, у кого хватит смелости убить меня, и это, вероятно, будет тот парень, который сможет меня приручить? Нет. Я обещаю тебе вот что: если бы у них был ребенок, мой отец знал бы, я бы знал, и я не был бы тем мрачным месивом, которым являюсь сейчас, и у меня была бы надежда. Она — драконье отродье. Стена не позволила бы ей пройти, если бы это было не так.
Снова воцарилось молчание. Почему я лгал Мэтту?
— 26~
За эти годы сюда съехалось много людей со всей Пейи, распуская слухи и домыслы о том, что они были детьми короля и королевы. Многие. Ни разу они не были членами королевской семьи. Даже близко.
Это было то же самое. Эта девушка, кем бы она ни была, была драконьим отродьем, не более того.
Я нашел Люциана, ожидающего на диване в нашей маленькой гостиной.
Я вздохнул. Вот оно.
Звуковой эффект гонок на байках воспроизводился с экрана телевизора. В руке Люциана был зажат контроллер, и его большие пальцы нажимали на кнопки так, словно завтрашнего дня не было.
— Где ты был? — спросил он, не отрывая глаз от экрана.
— Так что, теперь ты моя мама? — саркастически спросил я.
Он с силой опустил контроллер на кофейный столик.
— Кто она, Блейк? — Он встал и указал на окно. — Ты не проснулся. Ты засыпаешь раньше меня. Теперь скажи мне правду?
— О чем ты говоришь? — Я притворился, что понятия не имею, что он имел в виду.
Он фыркнул.
— Ты точно знаешь, о чем я говорю.
— Люциан, пожалуйста. Я услышал голоса, встал, пошел посмотреть и увидел Мэтта. Она — драконье отродье, вот и все. Мэтт хотел поговорить со мной из-за Фокса. Клянусь.
Его глаз дернулся. Я никогда не знал, что это означало, когда у него дергался глаз. Он дергался по многим причинам. Когда он устал, не купился на глупую отговорку, или если он что-то скрывал взамен.
Его тело расслабилось, а затем он снова посмотрел на меня более мягкими, добрыми глазами.
— Так что Мэтт сказал о Фоксе?
— Он мертв. Ее отец был Меднорогим и убил его в процессе.
— Фокс мертв? — Люциан казался таким же удивленным, как и я.
Я кивнул.
— Должно быть, это был какой-то сильный Меднорогий.
— Должно быть. — Мои слова были едва слышны.
— Итак, — сказал он. — Что она здесь делает?
Я вздохнул. Как я уже сказал, Люциан был умен и всегда задавал вопросы.
— Она родилась с меткой Драконианцев, — сказал я, желая, чтобы он просто оставил это в покое, поскольку я знал, куда приведет эта дорога.
— Что? Но она — отпрыск дракона.
— Из того, что я понял, ее мать была человеком, а отец — драконом.
— Тем не менее, отпрыски драконов никогда не носят метку Драконианцев.
— Она носит, — сказал я, будто это не было невозможно.
— Странно. — Он ухмыльнулся.
Я упал на кровать и уставился в потолок. Всякий раз, когда Люциан говорил «странно», разговор заканчивался. Из динамиков снова зазвучали мотоциклетные звуковые эффекты.
Я скучал по старым временам. Когда я все еще был собой, все еще в здравом уме и хорошим, а он все еще был моим лучшим другом. Я так сильно хотел этого снова… Но тогда, почему я солгал сегодня вечером, когда Мэтт попросил меня быть честным с ним? Что дракон знает своего всадника… я сказал ему, что это мумбо-юмбо, что я в это не верю.
Почему я проснулся? Почему я солгал Люциану? Была ли она той, за кого ее принимал Мэтт?
Нет, этого не могло быть. Я снова подумал о том времени, когда королева Катрина отправилась на поиски самопознания, чтобы улучшить свой слух.
Холодный палец прошелся вдоль моего позвоночника. Она была частью Дента. Ей не нужно было отправляться на поиски, чтобы улучшить свой слух; она могла слышать так же хорошо, как и ее дракон.
Тогда почему она уехала на пять месяцев?
***
На следующий день вся школа говорила о нашей гостье. К концу дня количество историй выросло. Некоторые говорили, что ее отец был бывшим военным, который скрывался, потому что был в списке разыскиваемых в Пейе. Другие говорили, что он был одним из бывших членов колонии Фокса, и именно так ему удалось убить Фокса. Я не прослушал и половины историй, но к концу дня мастеру Лонгвею пришлось вмешаться.
Он позвал нас всех в аудиторию, и менее чем за тридцать минут все кресла были заняты. Я сел рядом с Джорджем и увидел, как его трясло, когда одна из первокурсниц проходила. Она явно не так уж сильно ему нравилась.
Я не мог удержаться от хихиканья.
— Эта девушка призналась тебе в своей вечной любви или что-то в этом роде?
— Что? — спросил он, прищурившись.
— Первокурсница, короткие каштановые волосы, дерется как чувак?
— О. — Он покачал головой, как будто понятия не имел, о чем, черт возьми, я говорю.
Я отпустил это. Мне ничего не почудилось. Почему у меня возникло ощущение, что Джордж что-то скрывает?
Табита внезапно плюхнулась на стул рядом со мной вместе с одной из своих Зеленовато-дымчатых подруг, Сьюзен или это была Сара. Я никогда не мог отличить их друг от друга. Девушка была великолепна, когда дело доходило до выдумывания историй, и врала сквозь зубы, чтобы выпутаться из любой ситуации, но опять же, именно этим были известны Зеленые Пары.