Чтение онлайн

Когда дело касалось Елены, Пол был волен делать все, что ему заблагорассудится. Остальное было моей территорией.

Пол переехал позже той ночью и бросил свою сумку на пол рядом с кроватью Люциана.

Я оторвался от журнала, который читал, и, прищурившись, посмотрел на него.

Он поднял руки, защищаясь.

— Чувак, серьезно, я ничего не скрываю.

— Иди спать. Я решу, невиновен ты или нет.

Он покачал головой, прежде чем снять рубашку и лечь в постель.

Он выключил лампу, погрузив половину комнаты в тень.

Я продолжал читать, хотя мои мысли были заняты не статьей. Они продолжали вращаться вокруг всего, что я прочел в своем дневнике.

Согласно моему дневнику, я был больше увлечен историей гиппогрифа, чем осознавал, я был больше расстроен из-за Елены и Люциана, чем думал, и я бил Табиту больше раз, чем мог сосчитать.

Что со мной происходило?

Это не было похоже на работу высшей силы или моего зверя.

Все в моем дневнике указывало на одного подозреваемого, и в данный момент он спал в постели Люциана.

Я выключил свет, взбил подушку, чтобы устроиться поудобнее, и попытался успокоить свой разум и немного отдохнуть.

***

Когда я проснулся на следующее утро, мой взгляд упал на серебряное приглашение, подсунутое под дверь.

Ирен.

Я не видел ее с той ночи, когда внушил ей.

Я взял листок бумаги, пробежав глазами написанное. Она хотела увидеть меня до начала занятий.

Я не хотел идти, но когда Вайден вызвала тебя, ты шел, не задавая вопросов.

Мне просто нужно было сделать все возможное, чтобы притвориться, что между нами никогда ничего не было.

Это было опасно. Если к ней вернутся воспоминания, зверь не пощадит ее.

Я не слышал, как колотится мое сердце, но чувствовал это всем телом. Ладони были липкими от пота, который усиливался с каждым шагом, который я делал к ее двери.

Я поднял руку, чтобы постучать, но она распахнула дверь прежде, чем я успел это сделать.

— Блудный сын возвращается, — сказала она с теплой улыбкой.

Она отошла в сторону, и я вошел в ее башню.

— Садись, Блейк. Нам сегодня многое нужно обсудить.

Я сел и посмотрел на свои руки.

— Прошло так много времени с тех пор, как ты приходил ко мне в последний раз. Что-то случилось?

Я покачал головой.

— Я просто не понимаю, зачем мне нужны эти сеансы, если ты больше ничего не видишь.

Она одарила меня еще одной теплой улыбкой.

— Я все еще могу помочь другими способами, Блейк.

Я нахмурился.

— Думаю, тебе бы очень помогло поговорить о тьме. Я также могу дать совет.

— Советы не помогут в такой тьме.

Она прочистила горло.

— Блейк, я видела Табиту ранее. Она не рассказала мне, что произошло, но она не неуклюжий человек. Ты вымещаешь на ней свой гнев?

Я тяжело вздохнул.

— Мне жаль. Это никогда больше не повторится.

— Это не поможет, если ты извинишься передо мной. Она единственная, кто должен это услышать.

Я кивнул.

— Посмотри на меня, — строго сказала она.

Я неохотно посмотрел в ее голубые глаза.

— Если ты еще когда-нибудь дотронешься до нее, я предупрежу власти. Мы все несем тьму внутри себя, но главное — это наши действия. Знаю, ты не такой человек, но ты не можешь вымещать свой гнев на других. Здесь есть тренажерный зал, и у нас есть преподаватели, которые могут помочь. Если такое поведение продолжится, мастер Лонгвей усмирит тебя, как зверя, если ты хочешь, чтобы с тобой обращались именно так. Ты понимаешь?

Я сглотнул и кивнул.

— Итак, есть ли что-нибудь, о чем ты хочешь поговорить?

Я покачал головой.

Она склонила голову набок.

— Ничего?

— Нет, ничего.

— Ну что ж, тогда увидимся снова на следующей неделе. — Она мягко улыбнулась и кивнула в сторону двери.

Как только дверь за мной закрылась, я прислонился к стене и выдохнул.

Ирен никогда раньше так со мной не обращалась.

***

Прозвенел звонок, возвещая о начале занятий, и я застонал. У меня не было настроения идти к Файзер, поэтому я решил прогулять и вместо этого направился в свою комнату.

Возможно, если бы я перестал ходить на ее занятия, она бы забыла обо всем этом «дракон всегда знает».

А еще мне не пришлось бы видеться с Табитой. Встреча с Табитой могла снова вывести меня из себя, и я не мог вымещать на ней свой гнев.

Я вернулся в класс во время урока превращений и попытался затаиться. Все уставились на меня, а это означало, что поползли слухи о том, что я сделал с Табитой.

Я очистил свой разум, пока урок продолжался. У Эдварда был один из тех голосов, которые могли убаюкать в одно мгновение, и мне было трудно держать глаза открытыми. В ту секунду, когда прозвенел звонок, я вскочил с места и покинул Колизей.

Этот сладкий аромат атаковал мои чувства, как только я вернулся в холл. Я остановился как вкопанный и огляделся, но вокруг видел только профессоров и студентов.

Я заметил нового профессора и встретился с ней взглядом.

— Разве тебе не нужно где-то быть? — надменно бросила она мне.

Я закатил глаза и пошел дальше.

Запах исчез.

Был ли Гиппогриф одним из новых учеников? Первогодок?

Меня бы это не удивило. С другой стороны, я не обращал на них никакого внимания, я больше никогда не обращал внимания.

Тьма делала меня еще более холодным, более изолированным. Но так было лучше для всех.

Я достал кэмми. Я беспокоился о Люциане, и мне нужно было услышать его голос. Но его кэмми сразу перешла на голосовую почту.

— Позвони мне, пожалуйста. Мне нужно знать, все ли с тобой в порядке. Происходит что-то странное, Люциан. Мне бы не помешал кое-какой совет.

Я провел рукой по волосам.

Пол не стал бы ничего из этого вытворять, если бы Люциан был здесь.

Что это говорит обо мне?