Темный Луч. Часть 3
Шрифт:
– Елена?
– Мы можем поговорить?
– спросила она, держа в руке соник.
Я кивнул и отступил в сторону, пропуская ее внутрь.
Она села на стул и поставила соник на стойку. Я слышал о них, но никогда не испытывал на себе, как они работают.
Я выдвинул другой стул, но садиться не стал.
– Хочешь чего-нибудь выпить?
Она покосилась на мини-холодильник в моей комнате.
– Теперь все по-другому. Обещаю.
Уголки ее губ изогнулись.
– Конечно, почему бы и нет.
Я присел на корточки и открыл холодильник. Я достал две маленькие бутылочки бренди и налил их в два бокала со льдом. Ложка огненного порошка легла в мой стакан, и я предложил ей тоже. Это заставило ее рассмеяться, но она покачала головой.
– Ты уверена?
– Да, и нет, я не хочу.
– Хорошо.
– Я закрыл крышку и протянул ей стакан.
Она сделала глоток и не поморщилась. Я так и думал, что она так сделает. Я видел, что она плакала. На ее щеках блестели мокрые дорожки.
– Почему ты мне не сказал?
– спросила она.
– Я не знал, что ты была в Итане, Елена. Разве ты не видела, как я был потрясен, когда ты сказала мне, что Эйкенборо - это то место, которое ты искала?
– Не только это.
– В ее тоне слышалось нытье.
– Это.
– Она подтолкнула Соник в мою сторону.
Я открыл его и посмотрел на заголовки на странице.
«Близкая встреча Блейка со смертью», «Блейк ищет Елену», «Блейк, Блейк, Блейк»… Большой гребаный поиск. Все они были сделаны в то время, когда я искал ее. Была даже глупая трата добрых двух часов, когда я мог бы поискать ее: «Эксклюзивное интервью с Кевином». Видела ли она и это тоже? Я закрыл глаза. Она знала, что я солгал ей о том, что не был Рубиконом, притворяясь, что мой дракон был отдельным.
– Почему?
– спросила она.
Я открыл глаза.
– Ты бы поверила мне, если бы я тебе сказал?
– Это бы мне показало.
– Елена, - усмехнулся я.
– Я даже не знал, что в Интернете что-то размещено. Возможно, ты заметила, что последние пару месяцев я был занят другими вещами, кроме того, что сам гуглил. Я не настолько эгоистичен.
– Я поднял глаза.
– Ну, теперь уже нет.
Легкий вздох сорвался с ее губ, и она сделала еще один глоток.
– Ты больше не можешь слышать мои мысли?
Я кивнул.
– Это исчезло, когда я очнулся от дента.
Она отвернулась, снова прикусив губу. Мне захотелось поцеловать ее, поэтому я сделал глоток.
– Хочешь узнать хорошие новости? – спросил я.
– Хорошие новости?
– В ее голосе звучало удивление.
– Мама считает, что с моей способностью выслеживать все было в порядке. Она продолжала приводить меня к лианам. Какая-то часть меня, должно быть, знала, что ты там, но я не мог достучаться.
Она прищурилась.
– Она знает, что я была в Итане?
– Конечно. Она доставала меня каждую ночь, желая узнать, как у тебя дела.
Она выглядела виноватой.
Я ненавидел это.
– Я не это имел в виду. Она просто скучает по тебе в поместье.
– Да, в последнее время со мной было неприятно находиться рядом.
– Эй, сделай себе небольшую поблажку. Ты через многое прошла на другой стороне.
– Я ударил ногой о ее ногу.
Ее глаза расширились.
– Мне казалось, ты сказал, что больше не можешь читать мои мысли.
Черт, я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Больше никакой лжи, Блейк.
– Я не могу, но то, что блокирует меня в течение дня, кажется, исчезает, когда ты засыпаешь.
Она поморщилась.
– Я не жалуюсь, Елена.
Она покачала головой, и слезы выступили у нее на глазах.
Блядь. Мне следовало держать свой гребаный рот на замке.
– Каждый раз, когда мои сны меняются, это ты?
Я кивнул. Она быстро понимала.
– Чертовски плохая игра, но да. Я делаю все, что в моих силах, чтобы показать тебе, что ты можешь мне доверять. Дент - это не какое-то порабощение.
– Тебе все еще нужно убедить меня в этом.
– Однажды, когда эта связь заработает так, как должна. Прямо сейчас слишком много ушей.
Она кивнула.
– Могу я задать тебе вопрос? Ты не обязан отвечать, если не хочешь.
– Конечно, - сказала она.
– На что это похоже в Итане?
Она уставилась в пол.
– Забудь, что я спрашивал.
– Дело не в этом, - вздохнула она.
– Там плохо, действительно плохо. Они нашли способ контролировать виверн.
– Это все, что я понял. Горан свободно владел вивернским, и он очень силен. Если и есть кто-то, кто может их контролировать, так это он. Ты его видела?
– Я должен был спросить.
Она покачала головой.
– Я никогда не встречалась ни с ним, ни с людьми, которые были с ним близки. Я была только в Алкадине и Эйкенборо. Я была слишком напугана, чтобы идти куда-то еще. Я боялась, что Пол найдет меня. Я была глупа.
– Это не глупо. Ты поступила правильно, Елена.
– Люди на той стороне потеряли надежду. Они умирают от голода и подвергаются репрессиям со стороны судов. Налогообложение их убивает. Если их ловят на воровстве, они бросают их в нечто, называемое ямами. Им все равно, сколько им лет, Блейк. Там был даже трехлетний ребенок.
Настала моя очередь вздрогнуть.
– Они отвезли меня и одну из девушек с фермы в Эйкенборо. Я нашла способ, чтобы она осталась со мной.
– Она продолжала шмыгать носом.
– Я исчезла и уверена, они выместили это на ней.
– Слезы навернулись у нее на глаза.
Я наклонился к ней поближе и погладил ее по руке.
– Не теряй надежды, ладно? Возможно, она все еще жива.
Она кивнула.
– Так вот почему ты так сильно хотела найти тот город?
– Как давно ты знаешь об этом?
– Елена, я не дурак. За последние несколько месяцев ты просмотрела все карты, которые попали к тебе в руки.
Она нахмурилась.
– Как...
– Я молчаливый наблюдатель.
Это вызвало у нее улыбку, и она кивнула.
– Мне нужно найти ее, но я боюсь.
– Почему?
– Я не знаю, как мне удалось пробраться сквозь лианы. Может быть, на этот раз они отреагируют по-другому?
– Они этого не сделают, поверь мне.
– Ты не можешь этого знать.
– Что-то подсказывает мне, что это связано с родословной, а не с состоянием души.