Чтение онлайн

Дни ползли за днями. Мне было безумно скучно, когда не с кем было поговорить. Прошло три месяца, а Герберт так и не объявил, что нам нужно уезжать.

В моем нутре произошел сдвиг. Чувство, которого у меня никогда раньше не было. Я ничего не ел тринадцать лет, так что это не могло быть расстройством желудка.

Мне стало не по себе.

Я скучал по тому, чтобы быть драконом. Я скучал по небу, особенно по своим утренним полетам. Не было ничего похожего на ветер между моими чешуйками.

Прозвенел последний звонок. Елена схватила сумку, и мы пошли по тропинке обратно домой. Она остановилась, чтобы покормить бездомную кошку.

– Елена, не сегодня. Я хочу вернуться домой, - сказал я.

Она, конечно, не слушала, просто продолжала гладить кошку.

– Насколько тебе известно, она может быть больной. Почему я все еще говорю?

Кот замурлыкал, она встала и бросилась обратно на тропинку.

Наконец-то мы добрались домой.

Боль в моем животе ничуть не утихла. Желудок скрутило.

Что это было?

В ту ночь я мерил шагами комнату. Я был неугомонен.

Это был вечер пятницы, и Елена лежала без сознания на диване. Пока я наблюдал за тем, как она спит, дом начал вибрировать. Она не пошевелилась. Я был единственным, кто мог это видеть или чувствовать. Меня швырнуло сквозь стену в небо. Я не мог остановиться или сориентироваться. Я кувыркался в воздухе все быстрее и быстрее, ветер обжигал мне лицо.

Я резко остановился и завис в воздухе, пытаясь отдышаться. На горизонте показались пять драконов.

Я ахнул. Я был не совсем бесполезен. Что бы ни создало дент, оно предупреждало меня. Опасность приближалась. Я был ее защитником.

Возникло притяжение.

Мне казалось, что мои кости вот-вот переломятся от такой силы, и я с глухим стуком приземлился на пол гостиной. Времени было не так уж много. Я не был уверен, какое расстояние преодолел, но они были близко.

Я подполз на четвереньках к телевизору. Герберт смотрел старый шпионский фильм.

– Герберт, тебе нужно уходить. Он идет!
– крикнул я.

Он смотрел прямо сквозь меня.

Я хмыкнул. Заорал сильнее. Ничего. Я повернулся к Елене. Только один раз, пожалуйста.

– Елена, проснись.
– Я попытался встряхнуть ее, но руки хватали воздух.

Черт!

Они приближались, и я ничего не мог поделать.

Думай, Блейк, думай.

Выстрелы из телевизора. Было невыносимо наблюдать, как Герберт, ничего не замечая, запихивает в рот попкорн.

Я переводил взгляд с него на экран. Фильм о привидении, снятый в прошлую пятницу, всплыл у меня в голове. Это натолкнуло меня на идею. Это было нелепо, но попробовать стоило. Я глубоко вздохнул и произнес небольшую молитву тому, кто или что бы ни было ответственно за Дент. Мне нужна твоя помощь.

Я присел на корточки перед телевизором, закрыл глаза и положил руку на экран. Я изо всех сил сконцентрировался и почувствовал вибрацию на своей ладони. Я прижал ее к экрану. Она оставалась твердой.

– Герберт, - сказал я. Мое сердце, душа и разум были соединены воедино.

Актер назвал его имя.

Сработало.

– Герберт, - снова произнес актер со своим нью-йоркским акцентом.
– Он идет. Поднимай свою задницу сейчас же.

Это истощило меня, и я покачнулся, пытаясь сосредоточиться.

Актер вернулся к своим репликам.

– Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что он идет?
– спросил Герберт.

Я не мог сделать это снова. Я не мог пошевелиться.

Они приближаются, Герберт.

Он вскочил, подбежал к Елене и разбудил ее. Я сказал небольшое спасибо всем, кто помог, а затем отключился.

Притяжение унесет меня с собой.

***

Я проснулся в новой комнате.

Елена была в наушниках и выглядела угрюмой. Она снова перестала разговаривать с Гербертом. Он спас ей жизнь, а она игнорировала его. Типичный подросток. Я хотел найти Герберта и посмотреть, смогу ли снова поговорить с ним, но единственный раз, когда я смог выйти из ее комнаты, это когда она ушла в школу.

Новая школа была жестокой. Девочки дразнили и издевались над Еленой. Она хотела уйти, но Герберт остался на месте. Она впала в депрессию.

Люди могут быть жестокими.

Я был ничуть не лучше. Я тоже обращался с ней как с дерьмом. Теперь я сожалел об этом. Я был гребаным идиотом.

– Тебе лучше, блядь, остановиться, - предупредил я парня, который продолжал дергать бретельку лифчика Елены.
– Ты же не хочешь, чтобы я разыскал твою задницу, когда это дерьмо закончится, чувак.

На ее глазах выступили слезы. Мне хотелось выбить все дерьмо из него и из всех, кто смеялся. Но они подумали бы, что у нее есть способности, и это могло бы все ухудшить.

Наконец, боль в животе появилась снова. Я предупредил Герберта. На этот раз он не колебался, и Елена не стала спорить. Мы выбрались из этого дома в рекордно короткие сроки.

Мы вернулись в Техас. Герберт снова впал в параноидальный режим, и мы переезжали каждые три месяца. Каждый раз Елена боролась.

Одно время было тяжело смотреть. Елена отстранилась от отца, села на задницу в коридоре и отказалась уходить. Ему пришлось перекинуть ее через плечо и затащить в грузовик, в то время как она рычала и колотила его по спине.

Ее пятнадцатый день рождения состоялся в маленькой закусочной в Монтане. Она была несчастна.

Она становилась моей Еленой. Той, в которую я влюбился в горах. Той, которую я чуть не поцеловал в озере. Она была сногсшибательна.

Я уставился на нее. Сколько у меня еще осталось времени? Она приехала в Пейю в шестнадцать лет. Увижу ли я это в следующем году, или мое время с ней скоро закончится?

Она завела подругу в новой школе, и какой-то идиот-спортсмен заинтересовался ею. Мне захотелось ударить его.

Мне не терпелось поскорее покинуть это место.

Она планировала встретиться с ним у его шкафчика. Он даже не был настолько хорош собой. Он был на голову ниже меня, черт возьми, но Елена смотрела только на него.

Она пялилась на меня гораздо хуже. У нее текли слюнки. И все же мне не понравились реплики, которые он ей кидал.

Серьезно?

Она хихикнула, одарив его своей лучшей кокетливой улыбкой.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее.

Я отодвинулся так далеко, насколько позволяла сила притяжения, и сжал руку в кулак. Мое сердце воспламенилось, представив, как его губы касаются ее. Я ненавидел быть невидимым. Я подумал обо всем гневе и разочаровании, которые испытывал, обо всем, что я сделал, чтобы уберечь ее, и ударил по шкафчику. Он разбился, и шкафчики по обе стороны от нее распахнулись, высыпав свое содержимое на пол. Я испуганно отскочил назад.