Чтение онлайн

Я застыл.

Я перевел взгляд с нее на картину.

– Черт, - сказал я.
– Ты рисуешь меня.

Помнила ли меня хоть малая толика ее? Я всегда задавался этим вопросом, и вот доказательство. Снился ли я ей? Я надеялся на это.

Прозвенел последний звонок, и я последовал за ней на улицу. Я не мог выбросить эту картину из головы.

Дорога домой в тот день была тихой. Тревор попрощался с ней у ворот школы. Он также спросил ее, не хочет ли она пойти с ним на танцы в ту пятницу.

– Могу я дать тебе ответ завтра? Мне нужно спросить папу, - сказала она.

– Конечно, без проблем. Я буду ждать, новенькая.
– Он дотронулся до своей груди.

Такой Люцианский ход.

Я шел вперед, пока меня не потянуло. Я остановился и подождал, пока Елена закончит беседу.

Наконец мы продолжили путь, и тогда она снова остановилась за несколько домов до нашего.

– Привет, Мурка, - сказала она бездомной кошке. Она достала свой недоеденный бутерброд и покормила кошечку. Она определенно питала слабость к кошкам. Драконы не так уж сильно отличались. Мы также умели мурлыкать.

Я сидел и ждал ее на мусорном баке перед нашим домом.

– Ты идешь на танцы с Тревором?
– спросила я, зная, что она меня не слышит. Она просто погладила кошку. На самом деле я ревновал к гребаному коту.

Когда мне показалось, что она закончила с котом, я покачал головой и поднялся по лестнице в дом, перепрыгивая через две ступеньки за раз. Она была у меня за спиной, и я исчез за дверью прежде, чем она ее открыла.

Из кухни доносилась музыка. Это означало, что Герберт был в хорошем настроении.

– Папа, я дома, - крикнула Елена.

Герберт готовил бурю. Он схватил ложку и подпевал звучавшей песне. Я улыбнулся, когда Елена присоединилась.

Герберт положил на тарелку петуха в вине и подал Елене. Я бы все отдал за кусочек. Я скучал по еде.

– Я так понимаю, сегодня был хороший день?
– сказала она, забираясь на табурет.

– Самый лучший.
– Герберт приглушил музыку, поставил свою тарелку на стойку и обхватил лицо Елены ладонями.
– Я, мой маленький медвежонок, продал свою идею Uniflex компании Google.

– Из любви к чернике! Ты шутишь, да?

Он рассмеялся.

Я тоже. Это была ее любимая фраза, и она позаимствовала ее у меня. Это была единственная вещь, которая запомнилась.

За ужином они поговорили о том, что может означать такое развитие событий. Они могли бы попытаться остаться, больше не переезжать.

– Раз уж мы остаемся, могу я тебя кое о чем спросить?

– Это связано с мальчиком?

Скажи «нет», Герберт.

– Может быть.

– Ладно, кого я должен убить?
– спросил Герберт.

Я любил его.

Елена не сочла это смешным.

– Никого, но в пятницу будут танцы...

Герберт хмыкнул.

Мужчина по зову моего сердца.

– Могу ли я встретиться с этим мальчиком? – спросил он.

– Ладно, как скажешь.

– Я скажу «да» при одном условии, - сказал Герберт.

Я наклонился ближе. Пожалуйста, сделай это невозможным.

– Это не глупая загадка. У меня плохо получается их разгадывать.

– Это совсем не сложно, давай.

– Хорошо, давай послушаем.

– Вперед я тяжелый, назад – нет.

– Что?
– взвизгнула она.

Я ухмыльнулся. Легко, масса.

Она закатила глаза.

– Это даже не имеет смысла.

– Ответ находится там.

– Можно мне пару часов?

– Конечно, но ты же знаешь правила. Никаких поисковых систем в Интернете. Я узнаю, если ты сжульничаешь.

– Хорошо.
– Она встала и отнесла свою тарелку в раковину.
– С таким же успехом я могу попрощаться с танцами.

Я последовал за ней в ее комнату, скрестил руки на груди и занял свое обычное место у стены. Она села за стол, чтобы сделать домашнее задание и поработать над ответом.

– Это масса, - сказал я.
– Но ты меня не слышишь, так что никаких танцев с Тревором.

Она соскользнула со стула, подошла к кровати и надела наушники. Теперь она увлекалась девчачьими группами.

Знакомая боль наполнила мой живот, и я почувствовал, как напряжение отпустило меня. Я знал, что они идут.

Я побежал в гостиную. У Герберта шел футбольный матч.

– Ты, должно быть, издеваешься надо мной. Я не могу с этим работать!
– крикнул я небу.

Должен был быть другой способ. Радио было выключено, но я гребаный Рубикон. Я найду способ заставить радио работать. Я протопал к нему, выставил руку вперед и закрыл глаза. Я почувствовал жужжание электричества, совсем как раньше. Оно включилась. Из динамиков доносились помехи.

– Герберт, они идут.
– Эти слова произнес мой настоящий голос.

Он подошел к радиоприемнику и наткнулся прямо на меня. Я держал глаза закрытыми и сосредоточился.

– Кто это? – спросил он.

– У нас нет времени. Они будут здесь сегодня вечером. Бери Елену и уходи.

– Скажи мне.

Должен ли я сказать ему?

Я хотел, чтобы он знал, что с ней все будет в порядке, если... нет, это должно было увенчаться успехом.

– Я друг. Кто-то, кто никогда бы не причинил ей вреда.

Герберт замолчал.

– Блейк?

Он знал.

Я чуть не расплакалась.

– Пожалуйста, делай, как я говорю.

Он кивнул и побежал в сторону комнаты Елены.

Опустошенный, я рухнул без чувств. Я проснулся в комнате Елены. Они с Гербертом ссорились. На кровати лежали сумки, а одежда была разбросана по всей комнате. Она была взбешена, и слезы навернулись у нее на глаза. Я ненавидел то, что ей было больно.

Когда они загружали грузовик, шел дождь. Она поскользнулась и упала в лужу. Я пытался помочь, но мои руки прошли сквозь нее. Я забрался в кузов грузовика. Дождь на меня никак не повлиял.

Елена молчала и не обращалась с Гербертом, но он даже не заметил этого. Он был сосредоточен на том, чтобы убраться как можно быстрее.

В небе появились очертания драконов. Они нашли нас.

Мое сердце остановилось. Они были близко.

Я сосредоточился на том, сколько драконов следовало за нами. Я мог разглядеть пять силуэтов.

Фокс был среди них.

Затем Герберт свернул влево, из-за чего я потерял равновесие и упал в кузов грузовика. Я увидел очертания дракона, когда Герберт нажал на газ. Он прятался.