Темный орден
Шрифт:
— Ты все равно подписал нам приговор, — прошипела Лариса, окатывая меня градом из углей. — Ты все разрушил…
— Таков был план, — улыбнулся я.
Я отбросил угли сотканным из Тьмы щитом и подобрался к ней ближе. Удар воздухом — удар Тьмой — и вот уже мои руки сомкнулись на ее горле, забирая ее силу. Заговорщица упала на паркет с громким стуком, а я обернулся к выходу и заметил пытавшегося уйти дядюшку.
— Куда собрался? А как же семейные узы? А ну стоять!
Он резко застыл, пораженный даром Друзиллы.
Я осторожно обошел его, встретился с ним глазами и медленно положил руки ему на лицо. Сила медленно перетекала от него ко мне, наполняя, насыщая…
«Это последний», — сказала Тьма. — «Довольно».
Владимир Николаевич сморщился, сжался под моими руками, и я просто отпустил их.
— Все…
Наконец-то.
— Володя… — я обернулся на голос Юлии. — Помоги…
Кажется, она была ранена. Спрятав кинжал в ножны, я бросился к ней. Юлия попыталась подняться, но рухнула на пол. Ослабела. Еще и рана неприятная: на боку, и не ожог, а что-то острое.
— Дура! — в сердцах выпалил я. — на кой черт ты сорвалась?
— А что было делать?! На убой его отправить? Ты в своем уме?!
— Тише, — я приложил руки к ране на боку девушки. — Сейчас попробую что-нибудь сделать…
«Проведи ритуал как можно скорее», — подсказала Тьма. — «Передай ей силу — и она исцелится».
Юлия зашипела, когда я попытался применить простейшее лечебное заклинание.
— Черт… Холодно.
— Разумеется, холодно, — проворчал я, пытаясь отвлечь ее от боли. — Окна повыбивало.
Внезапно она обмякла в моих руках и улыбнулась.
— Почему… Ну почему ты постоянно меня калечишь?
— Хороший вопрос, — я наскоро латал ее рану, хотя понимал, что этой «заплатки» надолго не хватит. Разве что она поможет пережить дорогу до дворца Ордена, а там придумаем что-нибудь. Ну не был я лекарем и не умел как следует конфигурировать силу для исцеления! — Может потому, что зря ты со мной связалась.
Девчонка тихонько застонала и отключилась. Я бережно взял ее на руки и огляделся.
Бальный зал опустел — в суматохе и панике нас, казалось, никто не заметил. Люди разбежались, и даже крики на лестнице стихли. Но главное — среди тел не было цесаревича. Что ж, Юлия получила свое — наследника я уберег. Надеюсь.
Я перешагнул через бездыханного Лазаря и бросил взгляд на Юстиния. Жаль. Но он знал, чем рисковал, когда отправлялся со мной. Я предлагал ему остаться и ждать Луция с Кассием.
Переступая через павших, я вышел в холл и заметил в углу спрятавшегося лакея. Встретившись со мной взглядом, он съежился и попытался забиться еще глубже под консольный столик.
— Расслабься, — бросил я. — Ты мне не нужен. Где черный ход?
— Т-там…
— Проводи.
Лакей нервно проглотил слюну и кивнул.
— П-прошу за мной.
Он шел, не оборачиваясь и вдавив голову в плечи, словно в любой момент ожидал, что я его прикончу. Не до него сейчас было, да и к тому же я уже убрал всех, кто был нужен. Даже сверх меры — встреча с Лазарем в мои планы не входила, но он сам нарвался.
Мы вернули прочь из парадной части особняка и оказались на узкой лестнице — я едва протискивался с Юлией на руках. Приходилось постоянно отслеживать ее состояние, но девушка была жива. Рана перестала кровоточить, заплатка держалась. Но следовало торопиться.
Лакей остановился в конце длинного коридора.
— Это выход к воротам, можно пройти через сторожку. Для вас это не будет проблемой… Только, прошу, не убивайте меня. У меня мать — инвалид…
— Не нужен ты мне, успокойся, — раздраженно фыркнул я и толкнул дверь. — Спасибо.
Слуга не солгал. Я вышел во внутренний двор как раз к арке, где располагались выходившие на Фурштатскую ворота. В окошке сторожа горел свет, и, увидев меня, охранник приподнялся.
— Откройте, пожалуйста, — спокойно потребовал я, применив дар.
— Конечно, господин…
Он сам выбежал вперед и отодвинул тяжелый засов.
— Благодарю.
Я выскользнул из ворот и огляделся. Вышел на Фурштатской — это хорошо. Парадный вход располагался со стороны Литейного, и все лишние глаза и уши были там. Но все равно я воззвал к силе и сконфигурировал подобие того, что умела делать Юлия — не совсем «шапка-невидимка», конечно, но за счет вибраций силы у смотревшего просто разбегались глаза, и это помогло бы проскользнуть незамеченными.
Юля очнулась и застонала.
— Холодно…
— Потерпи немного, сейчас потеплеет.
«Поспеши, Хрусталев!»
Да знал я, знал! Мне можно было не рассказывать, что лекарь из меня как из говна — пуля. Когда происходишь из рода боевиков и получаешь боевую силу, весьма затруднительно обладать способностями лечить. За все нужно расплачиваться, ведь так? Несмотря на то, что я собрал силу природников и лекарей, я не мог толком ею воспользоваться — не хватало ни концентрации, ни знаний.
Я быстро добежал до машины и пошарил по карманам в поисках ключей. Нашел! Открыв дверь, уложил Юлию на заднее сидение и прыгнул за руль как раз в тот момент, когда со стороны Литейного донесся истошный вой сирен.
Дав по газам, я крутанул руль, развернулся и понесся по Фурштатской. Свернул на Воскресенский проспект — в моем мире это был проспект Чернышевского, уперся в Кирочную, снова повернул, игнорируя светофоры… И наконец выехал почти что на финишную прямую — по Знаменской, потом на Ковенский — и вот уже показались готические башенки дворца Ордена.
На визг моих тормозов сбежались распорядители. К счастью. Среди толпы слуг был и Дионисий.
— Луций здесь?
— Еще нет, господин…
— Проклятье. Ладно. Помогите ее вытащить.
Я распорядился притащить Юлию в кабинет Вергилия. Слуги осторожно опустили сопротивлявшуюся девушку на письменный стол — пришлось смахнуть все драгоценное барахло, чтобы расчистить место.
— Лежи смирно!
Я принялся носиться по кабинету в поисках живительного золотого бальзама — от него мои ткани срастались быстрее. Раз мне помогло, то и Юлии поможет. Хуже точно не сделает. Я гремел склянками, когда возившийся неподалеку распорядитель деликатно кашлянул.