Темьян. Начало
Шрифт:
В этот же момент бойцы его отделения с армейским комфортом расположись в десантном отсеке «Каспера». Многие из них дремали, положив головы на плечи товарищей, досматривая недосмотренные утренние сны. Во всем бронетранспортере не спали только два солдата – механик-водитель капрал Пуля и командир отделения капрал Темьян. Один сидел за рычагами управления «Каспером» и внимательно следил за дорогой. Второй сидел в командирской башенке и размышлял о том, как бы сделать так, чтобы через эту реку переправиться не через мост! Помимо тревожных размышлений о возможной вражеской засаде на мосту и, желая отвлечься от своего внутреннего беспокойства, капрал Темьян не менее внимательно всматривался в набегающую на бронетранспортер дорогу. Временами он отвлекался от этого занятия, чтобы на карте сделать очередную пометку по пройденному километражу. В настоящий момент «Каспер» двигался по совершенно незнакомой местности. И эту дорогу Темьян не знал, он никогда ею ранее не пользовался. По этой причине капрал самого себя чувствовал не то чтобы неуверенно, а как бы не в своей тарелке. Ему постоянно казалось, что противник хочет его обхитрить, его отделение загнать в засаду-ловушку.
Всматриваясь в дорогу, в окружающую местность, Темьян продолжал ломать свою голову над решением проблемы, что же ему сделать для того, чтобы избежать засады противника на мосту?! Топографическая карта, ее электронная версия была выведены на мониторы его тактшлема, его постоянно как бы предостерегали в том, что мостом отделению было бы лучше не пользоваться.
Темьян пока еще не знал, что же именно он должен был бы предпринять в данной ситуации. Его голову постоянно терзала мысль о том, что, если он командовал бы противником, то в обязательном порядке засадой заблокировал бы этот чертов мост. Тем временем, «Каспер» все ближе и ближе приближаться к этому бетонному мосту, до него оставалось всего лишь семь километров. Впереди показался длинный подъем дороги, в этот момент топографическая карта Темьяну подсказала, что, как только «Каспер» преодолеет высшую точку этого подъема, то перед ними откроется панорама моста через реку.
В этот же момент и сам «Каспер» окажется на виду у противника. Разумеется, противник попытается его расстрелять из артиллерии или танковых пушек. Этим вражеским залпом отделение капрала Темьяна может быть уничтожено, в этом случае лейтенант Поймай Рыбку может отпраздновать над ними свою победу, так как из-за подобного провала боевого задания отделение капрала Темьяна, наверняка, слетит вниз с высшей ступени пьедестала почета.
Темьян на секунду задумался, будучи капралом, он не имел права вносить какие-либо изменения в пункты полученного приказа! Если в приказе говорилось о том, что реку его отделение должно форсировать по мосту, то капрал Темьян был обязан так и поступить! Любое изменение в текст приказа он мог бы внести только с разрешения одного из двух офицеров – командира взвода или командира роты. Но, когда Темьян с одним из этих офицеров попытался связаться по своему коммуникатору, то ни один из них на его вызовы не ответил. К этому моменту расстояние до сократилось еще на два километра, через пять километров этот мост через реку перед ними предстанет в своей полной красоте и опасности!
Их «Каспер» вот-вот должен был бы начать подъем по длинному участку подъема дороги. Вражеские танки или САУ, застывшие в засаде на противоположном берегу реки, одним своим залпом с ними, наверняка, покончат и тогда задание будет не выполнено! Хорошо осознавая, в какой ок оказался сложной ситуации, что выход из нее оставался всего лишь один, капрал Темьян по внутреннему каналу связи механику-водителю капралу Пуле отдал короткий приказ:
– Сержант Пуля, притормози, замри на месте!
Резко клюнув носом, бронетранспортер «Каспер» остановился, осел на гравитационную подушку, замер прямо на середине дороги. Этим довольно-таки резким торможением капрал Пуля разбудил несколько бойцов, спавших в десантном отсеке БТРа. Разумеется, в адрес механика-водителя БТРа тут же посыпались сонные намеки и замечания, указывающие на некомпетентность Пули в вождении отделенного транспортного средства. Но капрал Пуля промолчал, он так и не огрызнулся на сонную резкость со стороны своих друзей и приятелей. Он лишь только обернулся за спину и с укоризной посмотрел на отделенного командира, так как не совсем понял, почему тот приказал остановиться в том месте, где их «Касперу» ничего не угрожало.
Темьян не обратил внимания на этот укоризненный взгляд своего механика-водителя. В тот момент он все еще пытался определиться и прийти к определенному решению по сложившейся ситуации. Его коммуникатор в автоматическом режиме продолжал вызывать капитана Зипфера и лейтенанта Уордфиша, но оба офицера пока не ответили ни на один его звонок. В сложившейся ситуации капрал Темьян был попросту вынужден принять самостоятельное решение. Немного подумав, он внес небольшое изменение в маршрут следования отделения к назначенной точке. До лесного массива, раскинувшегося на противоположном берегу реки, и где, возможно, скрывался противник, капрал Темьян решил добираться, не пересекая реку по мосту. Вполголоса он приказал:
– Пуля, давай, разворачивайся к реке! Сначала двигайся прямо по целине»! Затем по пологому откосу спускайся к самому срезу водного потока! Мы попробуем эту чертову речушку форсировать прямо в этом месте!
Рядовой Пуля был отличным механиком-водителем и превосходно знал свой «КасперI». И он всегда с должным уважением относился ко всем старшим по званию офицерам и унтер-офицерам. И в данном случае он должен был бы с уважением отнестись к приказу своего отделенного командиру, то есть к только что отданного приказу капралом Темьяна. Но тот всего лишь три дня тому назад Темьян получил звание капрала, был назначен командиром второго отделения. Может быть, по этой причине, а может быть и потому, что капрал Пуля имел такое же воинское звание, что и отделенный командир, механик-водитель своим укоризненным взглядом на отделенного как бы попытался оспорить только что полученный, но ему совершенно непонятный приказ.
– Извини, отделенный, но я не понимаю, почему ты решил форсировать реку именно в этом месте?! Ведь, лейтенант Поймай Рыбку, зачитывая нам свой приказ на выполнение этого боевого задания, четко и ясно гам приказал эту реку форсировать по бетонному мосту! До этого моста нам осталось проехать всего лишь каких-то пять километров! С какой это стати ты, Темьян, вдруг решил реку форсировать в этом месте и на моем «Каспере»?! Я могу только сказать, что мой «Каспер» не умеет плавать, он сразу же пойдет ко дну, как только войдет в реку! Да и брода в этом месте не видно!
– Капрал Пуля, я тебе приказываю прекратить пререкания с отделенным командиром! Капрал, ты не слышал или не слышал, что я тебе только что приказал?! Еще раз повторяю свой приказ, давай, сворачивай с дороги и свою колымагу подтягивай к самому срезу воды! Там ее поднимай на гравитационную подушку и на этой подушке мы и пересечем эту чертову реку!
Через мгновение капрал Темьян голосом с железными командирскими нотками добавил:
– Для особо непонятливых бойцов и младших унтер-офицеров даю пояснения по сложившейся обстановке! Если мы попытаемся пересечь эту речку по мосту, то там, наверняка, нарвемся на вражескую засаду! Под огнем вражеских орудий или танков нам вряд ли реку форсировать! Мы же все погибнем под вражеским артиллеристским огнем, отделение не выполнит своего боевого задания! Этого от нас и добивается лейтенант Поймай Рыбку! Если мы не выполним своего боевого задания, то он тогда сможет понизить наши учебные и боевые показатели! Так что я теперь надеюсь, что ты, капрал Пуля, хорошо понимаешь, что, находясь на вражеской территории и под вражеским огнем, переправляться в открытую по мосту через реку может только полный идиот! Да и не забывай, капрал, о том, что твой «Каспер» имеет достаточно мощный гравитационный двигатель и гравитационную подушку! На такой гравитационной подушке и с таким мощным двигателем мы сможем легко на этой двадцати тонной железке форсировать эту чертову реку!
Капрал Пуля был вынужден согласиться с мнением и с доводами своего отделенного командира. К тому же командирский метал, прозвучавший в его голосе, Пуле не очень-то понравился, ему совершенно не хотелось каким-либо образом портить отношения со своим новым командиром. Механик-водитель Пуля выжал сцепление и его «Каспер» по вспаханному полю заскользил к речному потоку.
Выйдя к срезу воды, «Каспер» на мгновение остановился, замер на месте. Темьяну, высунувшись из башенки, в бинокль осмотрел противоположный берег реки. Там тоже не наблюдалось какого-либо движения, также не вило видно ни людей, транспорта, ни сельскохозяйственной автоматики, работавшей в поле. Затем в бинокль Темьян еще раз внимательно всмотрелся в водный поток реки. В этом месте ее русло было не очень широким, противоположный берег находился в семидесяти или в восьмидесяти метрах от этого берега. Глубина реки ближе к противоположному берегу составляла почти три метра. Если судить по ее течению, то оно было довольно-таки быстрым.
Темьян включил внутренний канал связи и негромким голосом произнес в микрофон.
– Парни, просыпайтесь и поднимайтесь на броню «Каспера»! Мы собираемся на гравитационной подушке форсировать реку! Вам предстоит пять минут провести на броне! Как только мы окажемся на противоположном берегу, то вы может продолжить досматривать свои сны в десантном отсеке!
Вскоре все одиннадцать бойцов его отделения расположились на броне бронетранспортера. С сонным безразличием, парни три ночи учений провели без сна ни в одни глазу, они поглядывали по сторонам. Дождавшись, когда последний боец, им оказался рядовой Муха, устроится на броне «Каспера», Темьян негромко произнес в микрофон внутреннего канала связи:
– Ну что ж, капрал Пуля, настало время и тебе продемонстрировать все то, чему ты научился на курсах механиков-водителей бронетранспортеров?! Только имей в виду, что противоположный берег реки имеет очень крутые и очень высокие откосы, по которым твоему «Касперу» будет трудно взбираться!
Капрал Пуля, молча, свой «Каспер» поставил на гравитационную подушку, а затем его направил прямо в реку. Находясь в подвешенном положении, примерно, в полуметре над водной поверхностью «Каспер» заскользил к противоположному речному берегу. Причем он скользил слегка наискосок реки, пересекая ее русло. Противоположный берег их встретил тишиной, нарушаемой только тихим плеском воды, накатывающейся на берег, и неслышным шелестом гравитационных двигателей. Сам берег своими крутыми откосами уходил высоко в небо.