Чтение онлайн

Она хмыкнула, желая выразить предосторожность. Не иметь возможности говорить было не самым лучшим вариантом.

— Самый быстрый способ разорвать эту связь — смерть, — сказал Габриэль, словно отвечая ей. Он мерцал яростной серебристой магией. — Тогда я оставлю труп Джадрена на пороге дома его матери. Это должно все объяснить.

Или уничтожить все, подумала Ник, устремляясь за друзьями и размышляя, как помешать Габриэлю убить Джадрена прежде, чем задать вопросы и услышать ответы.

* * *

Оказаться за пределами дома без окон, за стенами и под настоящим солнцем было таким облегчением, что Селли едва не запрыгала от счастья. Если бы она была одна, то побежала бы от радости, что может это сделать. Однако о беге не могло быть и речи, так как они вынуждены были держаться густого подлеска, не решаясь рисковать идти по дороге.

К тому же, Джадрену было не до этого. Его дыхание все еще звучало слишком хрипло, а когда она спросила, нет ли у него внутри еще устройств, мешающих исцелению, он лишь сказал, что это вполне вероятно, и не изобразил даже намека на насмешку. Он выглядел бледным, его кожа была блестящей от пота, а волосы влажными. Но каждый раз, когда она бросала на него взгляд, даже краем глаза, он рычал на нее и говорил, чтобы она смотрела, куда идет.

Это был хороший совет, так как она уже зацепилась тонким шелковым платьем за ветку, сильно порвав его, а ее ступни кровоточили в нескольких местах, даже несмотря на то, что они были огрубевшими от частого бега босиком по диким болотам. Они были еще слишком близко к дому, чтобы изучить сумку с припасами и оценить, что туда положил Фирдо.

Сумка была не слишком тяжелой, что не сулило ничего хорошего для продовольственных запасов. По крайней мере, Джадрен сдался и позволил ей нести сумку, хотя сам завладел мачете, с твердой решимостью прикрепив его к поясу вместе с кинжалом.

Его магия снова иссякла, несомненно, она была потрачена на избавление от всех ужасных устройств, которые в него вживили, и он был почти не в состоянии сопротивляться чему-либо — физическому или магическому. Все, что он мог сделать, это продолжать идти.

Стрел у нее было мало, и, хотя тратить зачарованное серебро на белку было расточительством, она сильно сомневалась, что в сумке хватит еды на долгие дни пути к Дому Фела. Ей нужно было кормить Джадрена, чтобы он мог идти; ей нужно было кормить себя, чтобы у нее была магия, с помощью которой он мог исцелиться.

Хотя он снова стал отказываться от ее магии. Она не понимала, почему, ведь именно для этого и создавалась связь, но Джадрен был тверд в этом вопросе и не поддавался на уговоры.

Когда они благополучно вернутся в Дом Фела и волшебник Аса полностью вылечит Джадрена, тогда они с ним смогут поговорить. Теперь они были связаны друг с другом неразрывно, так что ему придется согласиться сосуществовать вместе.

Кроме того, он обещал уложить ее в постель и не откажется от своих слов. У нее было чувство, что, если бы она смогла заставить его преодолеть защиту, если бы он поддался своему явному желанию, принял их партнерство и хоть немного доверился ей, то смог бы отбросить все страхи, которые так его мучили.

Джадрен остановился на месте как вкопанный.

— Кто-то приближается к нам. Волшебник.

Дерьмо. Селли сглотнула, борясь с охватившим ее ужасом.

— Джадрен? — с трудом спросила она из-за внезапно пересохшего горла.

— Нет, я пока не могу сказать, кто это. Шшш.

— Только не это, — настойчиво повторяла она, понизив голос, — ты можешь мне кое-что пообещать?

— Не сейчас. Будь…

— Ты выслушаешь меня сейчас. — Она встала перед ним, заставляя посмотреть на нее. Как и в последнее время, он встретил ее взгляд с затаенным сожалением, его магия потянулась к ней, даже когда он физически отступил назад. — Если это они, — продолжила девушка, — я хочу, чтобы ты убил меня.

— Что? Нет.

— Джадрен. — Она положила руку ему на грудь, прямо над сердцем, не позволяя ему бежать от нее, от всего этого. — Если твоя мать поймает нас, она позаботится о том, чтобы у нас никогда не было шанса сбежать. Я прошу не за себя — хотя не знаю, смогу ли пережить этот кошмар снова, — а за тебя. Она будет использовать меня, чтобы сохранить тебе жизнь для новых экспериментов и как рычаг давления на тебя. Если это они, тебе придется убить меня. — Она кивнула на мачете на его поясе. — Ты сможешь сделать это быстро.

Он уставился на нее, мышцы челюсти напряглись, взгляд его черных глаз был яростным и мучительным.

— Не проси меня об этом.

— Я прошу. — Она твердо выдержала его взгляд. — Я никогда больше ни о чем тебя не попрошу, если ты пообещаешь это.

При этих словах его губы скривились.

— Положительный результат — если мы выживем, я буду избавлен от твоих многочисленных требований.

— Да, так и будет, — серьезно ответила она, не поддаваясь на уловку.

— Я постараюсь. — Отойдя в сторону, он поднял руку, чтобы оттолкнуться от нее. — Это все, о чем я могу пообещать. Не проси меня о большем, — жестко добавил он. Затем он развернулся, посмотрел на небо и издал отрывистый смешок. — Темные силы, мать их. Я должен был догадаться.

— Кто это?

Джадрен бросил на нее косой взгляд, кипящий темными эмоциями.

— Твоя жизнь в безопасности, милая Селия. А моя… — Он рассмеялся, глядя в небо. — Впрочем, она всегда была бесполезной.

— Не говори так! Я…

— Селли! — зазвенел среди деревьев голос Габриэля. Серебристая вспышка, и Ник в своей альтернативной форме приземлилась на небольшой поляне впереди, а Габриэль, как ни странно, оказался у нее на спине. Он спрыгнул на землю и бросился к ним.

Селли воскликнула с несказанным облегчением, готовая обнять брата. Но его траектория изменилась. На бегу он выхватил серебряный меч из лунной магии, выражение его лица было свирепым и ужасным, магия ощутимо струилась из него, когда он бросился на Джадрена.

Это произошло прежде, чем она смогла отреагировать. Ее сознание не успевало за тем, что видели глаза. Габриэль — неистовая буря движений, какой она никогда от него не видела, — пронзил Джадрена в сердце, пригвоздив его к дереву.

Она могла бы закричать. Джадрен рассмеялся в третий раз. Он посмотрел на меч, пронзивший его, на яркую кровь, запятнавшую его черную рубашку, затем поднял взгляд на Габриэля.

— Отлично сделано, лорд Фел.

Он дернул рукой, чтобы отдать честь, но не смог ее поднять. Она безвольно упала на бок. Он еще что-то сказал — слишком тихо, чтобы она могла расслышать, — а потом рухнул, как восковая кукла, удерживаемая в вертикальном положении только благодаря мечу ее брата.

Теперь она закричала.

Крики Селли заглушали все, все чувства, все рациональное. Габриэль слышал их, но, казалось, не мог отвести взгляд от неестественно бледного лица Джадрена, его ярких волос, выделявшихся на фоне восковой кожи, и темной крови, забрызгавшей его. Последние слова Джадрена эхом отдавались в его сознании.

Тогда Селли протиснулась мимо него, потянулась к мечу, чтобы вытащить его, и закричала, чтобы Джадрен очнулся. У Габриэля разрывалось сердце, и он оттащил ее, чтобы она не причинила себе вреда. Она выплеснула на него всю свою ярость — вихрь ударов кулаками и ногами, она осыпала его ругательствами и проклятиями.