Чтение онлайн

Покорно кивнув, он закрыл глаза, отдаваясь сладостному потоку ее магии: лунному свету на воде, дождю на луне, чистому, ярко-серебристому, его холодная волна омыла его сердце и боль мгновенно утихла, так что он невольно застонал.

И снова провалился в небытие.

* * *

Аса оставил его в лазарете еще на один день, пригрозив привязать Джадрена к кровати, если он попытается встать для чего-то большего, чем посещение необходимых процедур. Селия стояла рядом, не обращая внимания на его язвительные оскорбления и колкости, и улыбалась так, словно вместо этого он читал ей стихи о любви.

Она ушла только по приказу Асы, одарив Джадрена поцелуем, от которого он не смог уклониться, мило улыбаясь и обещая вернуться прежде, чем он по ней соскучится.

Он соскучился по ней еще до того, как она исчезла из виду. Его долгом было уехать от нее, и как можно скорее.

Постоянный поток посетителей, желавших ему добра, еще больше сбивал его с толку. Он с самого начала знал, что Дом Фела — это сточный колодец идеалистов, все они радостно завязывали дружбу и союзы, все были так счастливы и общительны, но он никогда не думал, что они обратят это против него.

Все они, казалось, искренне радовались его выздоровлению, повинуясь предписаниям Асы избегать неприятных новостей и вести раздражающе праздную болтовню. Высокий светловолосый Хан весело рассказывал о тренировках с оружием, которыми они займутся, как только Джадрен придет в себя, а рыжеволосая веснушчатая Иллиана увлеченно рассказывала ему о существе, скрывающемся в водной пучине обучающей мастерской, которое невероятно напоминало гигантского розового морского конька.

Даже Элис, к которой он относился с безжалостной снисходительностью, проводила с ним время, болтая о совершенно нейтральных аспектах волшебства, выясняя его мнение о потенциальных линиях продуктов для Дома Фел.

Ник тоже навестила его, расспрашивая о его нуждах, но не задержалась надолго, хотя и бросала на него испытующие взгляды и ободряюще улыбалась. Габриэль Фел не приходил до тех пор, пока Аса не разрешил Джадрену покинуть лазарет — после вечерней трапезы и последнего вливания целебной магии, как от Селии, так и от целителя Рефоэля. К приходу Фела лазарет был безлюден, и Джадрен нетерпеливо ждал, когда истекут минуты, чтобы он смог покинуть его.

— Полагаю, это было неизбежно, — мрачно заметил Джадрен, когда лорд Фел вошел и установил заслоны для уединения. — Пришел, чтобы снова попытаться казнить меня? Я бы попросил что-нибудь менее болезненное, но это не доставит тебе такого удовольствия, как я полагаю.

— Как бы заманчиво ни было предложение, я не собираюсь тебя убивать, — ответил Габриэль, пододвигая стул к кровати Джадрена, и усевшись на него верхом. — Если бы я вообще мог, — добавил он с вопросом в голосе.

— Ну, в любом случае, не из-за недостатка стараний, — утешительно сказал Джадрен. — И я не виню тебя, — продолжил он уже более серьезно. — Лорд Фел, я никогда не планировал привязывать твою сестру к себе. Я знаю, что у тебя нет причин мне верить, но я не хотел этого для Селии.

Сереброволосый волшебник выглядел ошеломленным этим признанием.

— Что ты хотел для нее — или, скорее, чего ты хочешь?

Хороший вопрос.

— Лучшего, чем я, — ответил Джадрен с жестокой честностью. — Я не питаю иллюзий по поводу своей способности функционировать как нормальное здоровое человеческое существо. Селия заслуживает достойной жизни. До сих пор у нее были дерьмовые отношения, большей частью из-за меня. Единственный плюс того, что она связана со мной, заключается в том, что это дает ей лучший правовой статус. Теперь она не обязана посещать Академию Созыва, если не хочет. Ни один другой волшебник не сможет привязать ее к себе. — Он выдавил из себя улыбку, когда Габриэль Фел недоверчиво нахмурился. — Я планирую уйти, — уточнил Джадрен. — Все, что мне нужно от тебя — это разрешение, освобождающее меня от контракта. У вас всех есть возможность использовать магию Селии здесь. Она позволит вам это сделать, и вы сможете сохранить ее рассудок и здоровье. Я отказываюсь от всех претензий на нее. Я исчезну, и никто меня больше не увидит.

— Зачем тебе это нужно? — в голосе Габриэля звучало искреннее недоумение. — Я ищу здесь подвох и не вижу его.

— Никаких подвохов. Не в этот раз. Я никогда не планировал оставлять ее у себя.

— Но пока она жива, ты не сможешь привязать к себе другого фамильяра.

— Я не хочу, — заверил его Джадрен. — Поверь, для всех будет лучше, если у меня не будет доступа к такому уровню силы.

Озадаченный Фел изучал его.

— Мне неоднократно говорили, что все волшебники Созыва жаждут получить как можно больше силы.

— Только не я, — поспешно сказал Джадрен. — Все, чего я хочу, — это место, где я смогу побыть в одиночестве, где меня никто не потревожит. — Например, в горной пещере. Нет, слишком холодно. Может быть, пустыня. И уж точно не болото, по которому Селия могла бы пройти, ориентируясь с помощью своих сверхспособностей и найти его.

— После того, что ты, по-видимому, пережил за всю свою жизнь, — медленно произнес Фел, — я не могу винить тебя за то, что ты хочешь, чтобы тебя оставили в покое.

— Побереги свою жалость, Фел.

— Вполне справедливо. — Он задумался. — А как насчет твоих слов, что настоящая любовь делает из нас дураков?

— Нельзя доверять словам человека, которому пронзают сердце.

Габриэль удивленно посмотрел на него.

— Образно или буквально?

Джадрен только рассмеялся. Однако вслух он ничего не сказал.

— Если ты действительно любишь Селли, — начал Фел, — то…

— Она предпочитает, чтобы ее называли «Селия», знаешь ли, — сказал Джадрен, прервав его прежде, чем он успел зайти слишком далеко по болезненному пути.

Фел приостановился, нахмурившись.

— Что?

— «Селли» — это ее детское прозвище, — пояснил Джадрен. — Сейчас она предпочитает «Селия». Вы должны уважать это.

— Я не знал.

— Ну, теперь ты знаешь. — Джадрен беспокойно дернулся, готовый покинуть кровать, дом и жизнь Селии. — Итак, мы договорились? Я исчезаю, ты отпускаешь меня, и мы покончим с этим.

— Что ты скажешь Селли… Селии? — спросил Габриэль, поправляя себя. — Несмотря ни на что, она не будет этому рада. Скорее всего, она захочет поехать с тобой.

— Я позабочусь о своем исчезновении. А вы постарайтесь отвлечь ее от мысли, что ей нужно меня искать.

Габриэль задумался.

— Думаю, Ник скажет, что это ужасная идея.

Раньше Джадрен сделал бы резкое замечание по поводу того, что он не обращает внимание на то, что думают фамильяры. Теперь же он лишь с мрачным укором посмотрел на Фела.

— Мы с тобой оба понимаем, что я не гожусь для Селии. Позволь мне сделать это для нее.

— Хорошо. — Габриэль мрачно протянул руку. Хотя это и не входило в обычай Созыва, Джадрен сделал уступку деревенским манерам Фела и пожал ее.