Чтение онлайн

В тот момент Хромосу припомнился ночной кошмар. Он взглянул на шею наставника и нашёл на ней длинный, неровный шрам, немного выглядывавший из-под воротника поддоспешника. Шрам казался совсем крохотным и незначительным, но капитан был одним из тех немногих приближённых, кто был посвящён в тайну его истинных размеров. Под одеждой Хейндир скрывал следы чудовищной раны, которая много лет назад едва не унесла его жизнь. Она начиналась немного ниже и левее кадыка и шла вниз через ключицу, все рёбра, живот, таз и бедро, заканчиваясь только у самого колена. Её нанёс могучий и свирепый демон, чьи длинные когти больше походили на стальные мечи с гнутым лезвием. Одним взмахом тяжёлой лапищи он разорвал в клочья доспехи, рассёк кожу, жир, мышцы и перебил хрупкие человеческие кости. В тот роковой день, распластавшись на холодных камнях, Хейндир истекал кровью, задыхался, не в силах пошевелить грудью, и его душа была готова в любой момент покинуть бренную оболочку и отправиться в последний путь, но при помощи магии и по милости богов его всё же смогли удержать на этом свете и вынести с поля боя. Следующие месяцы он провёл в лазарете, прикованным немощью к больничной койке, сжимая зубы, мыча и теряя сознание от мучительных болей, которые было невозможно чем-либо притупить. Участь прочих воинов оказалась куда страшнее.

Коротко попрощавшись, Хейндир пошёл вместе с первым адъютантом в личные покои, чтобы подготовится к поездке, а второй побежал в конюшню, чтобы дать хорошего пинка вечно ленившимся конюхам. Тем же временем капитан Нейдуэн отправился к запрятанным в искусственных пещерах складам. Кроме помещений с конфискованными вещами, боеприпасами и бочками с сухарями и соленьями там находился старый горный родник. Холодная и кристально чистая вода вытекала изо рта каменной рыбы и собиралась в полукруглом бассейне, немногим больше таза для купанья, а всё лишнее вытекало по трубе во двор.

Единственный вход в пещерную часть Крепости находился за широким коридором, денно и нощно охраняемым бдительными стражами. Только ограниченный круг лиц мог свободно посещать пещеры, остальным же приходилось получать письменное разрешение у старших офицеров, иначе бы каждый второй страж регулярно бы запускал в запасы свою загребущую ручонку. Хромос прошёл без остановки мимо караульных стражей, безмолвно приветствуя их, и вошёл в распахнутые двери. В подземелье было заметно прохладнее, чем в остальных залах и комнатах цитадели, а местами воздух был сырым как после хорошего весеннего дождя. Пройдя дальше по коридору и свернув налево, капитан очутился в проходной комнатушке, где сидел занятой писарь и пара его молодых дежурных-подручных, умиравших от тоски.

– Доброе утро, капитан Нейдуэн, – не вставая с табурета, поприветствовал его уже немолодой мужчина с раскосыми глазами и тёмными усиками над парой тонких, словно нити, губ. – Чем я могу вам услужить в это прекрасное утро?

– Здравствуй, Дольф. Как у тебя здесь дела?

– Хорошо, даже очень хорошо. Помните, около месяца назад за неуплату налогов наши парни конфисковали несколько ящиков вина?

– Видимо это сделали не мои подчинённые, так что впервые об этом слышу.

– Ну, да…верно. Так к чему я это. Ах да… Скоро подходит срок, и мы должны будем их списать и отправлять на аукцион, а там… – Дольф быстро перелистнул несколько страниц большой и толстой книги, занимавшей половину стола, и нашёл нужные ему строчки. – Там есть и нуэрское красное и сан-роденское белое сухое, а у него просто великолепный вкус!

– Что? Собираешься сделать так, чтобы две-три бутылки волшебным образом исчезли до отправки в торговый дом?

– Нет, что вы такое говорите, капитан. Я собирался их честно выкупить, просто до начала аукциона, – лукаво ухмыльнулся Дольф от чистого сердца.

– Как ты у нас ещё всю Крепость не растащил, с твоими то способностями?

– Ну знаете капитан, на кой мне эти булыжники и стулья, если их нельзя ни съесть, ни выпить, а перекупщиков мне искать не с руки.

– Ладно, ладно, придержи свои аппетиты. Мне тут кое-что нужно посмотреть.

– Разумеется, что вы ищете?

– Мне нужны вещи, которые тебе принесли прошлой ночью. Те самые, которые забрали с места убийства купца. Понимаешь о чём я?

– Да, конечно, я всё помню. Как не помнить, если тебя посреди ночи поднимают и заставляют работать. Сейчас-сейчас, только найду только запись, – проворчал Дольф без тени злобы, размашисто перелистнул страницы и провёл пальцем по причудливым буквам-закорючкам, которые понимал только он сам. – Вот, нашёл. Записано шестнадцатым августа. Так-так-так… Шкаф восьмой, полка третья, номер ящиков восемьсот тридцать один и восемьсот тридцать два. Прошу за мной.

Дольф встал из-за стола и снял ключ с ржавого крюка, торчавшего из стены. Успевшие заново задремать помощники очнулись и нехотя поднялись со стульев, чтобы пойти следом за престарелым начальником. Быстро зажёгши пару фонарей, парень взял один в руки, а второй предложил Хромосу. Тем временем Дольф уже отпер замок на тяжёлой, малость погрызенной ржавчиной решётке и открыл проход под пронзительный визг старых петель. За толстыми прутьями их встретило просторное, окутанное мраком помещение, заставленное уймой ящиков и мешков, полных всякой всячины. Чаще всего изъятое у жадных до уплаты пошлин торговцев и неудачливых контрабандистов имущество долго не залёживалось, а уходило из-под молотка на городском аукционе, но были и такие вещи, которые могли лежать и пылиться в темноте целыми годами, приходя в абсолютную негодность, пока их наконец не выбрасывали на свалку.

Знавший склад как свои пять морщинистых пальцев, а потому не нуждавшийся в освещении пути Дольф, точно крот в родимых туннелях, шёл впереди колонны, в то время как Хромос плёлся в конце, оглядываясь по сторонам. Пейзаж быль весьма скудным и унылым, нос чесался, хотелось чихнуть, но тут внимание капитана привлекла красная бумажка, прилепленная с помощью воска к одному из ящиков. Он остановился и поднёс фонарь ближе к шкафу, чтобы лучше осветить нечитабельные каракули.

– Ей, Дольф, – Хромос окликнул убежавших вперёд кладовщиков. – Что в ящике с красной печатью?

– Дайте угадаю, триста сорок третий? – спросил Дольф, даже не взглянув в сторону капитана.

– Да, он самый.

– В нём лежат пороховые гранаты, так что лучше уберите от них фонарь подальше.

– Откуда они у тебя здесь?

– Да, недавно забрали у какого-то прохвоста, хотевшего сбыть их на чёрном рынке. Пока ему не вынесут приговор, они будут лежать здесь, как вещественное доказательство.

– Потом на флот отправишь?

– Скорее всего. Ну не продавать же их горожанам! Мы, кстати, уже пришли, – Дольф остановился и указал пальцем на два ящика. – В одном лежат все его тряпки и прочая мелочь, а во второй свалили все его бумажонки. Вам какой нужен, капитан?

– Оба.

– Понял. Так ребята, берите эти и отнесите их туда, куда господин Нейдуэн вам прикажет. А ну, давайте живее, живее…

Передав тяжёлый фонарь в руки Дольфу, молодчики взяли в руки по ящику и пошли вслед за капитаном к выходу. Соблюдая все правила, Хромос оставил роспись в журнале о получении вещей убитого и пошёл искать место для досконального осмотра. Долго бродить по Крепости не пришлось, и Хромос решил остановиться в одной из вечно пустовавших комнат, в которой к тому же была пара столов со стульями. Кладовщики оставили ящики, поклонились и получив приказ возвращаться назад к Дольфу живо скрылись в неизвестном направлении, дабы немного отдохнуть от тоскливого безделия в подземелье.

Оставшись в одиночестве, Хромос снял крышку с первого ящика, куда был небрежно и плотно впихнут весь гардероб купца. Капитан поочерёдно доставал вещи и перекладывал их на стоявший у окна стол, внимательно прощупывая складки ткани и обыскивая каждый карман, но все они оказались совершенно пустыми. Скомканная и измятая одежда была явно недешёвой и смотрелась довольно броско, что подходило человеку, желающему выделиться из толпы и показать себя с лучшей стороны, пустив немного сверкающей пыли в глаза. Здесь были свободные рубахи с расшитыми воротниками, стёганная куртка с пышным меховым воротником для путешествий по зимним дорогами, мешковатые штаны, да ещё пара бархатных кафтанов, походивших на тот, что был на Айбрене в день его смерти. Под одеждой лежали личные вещи убитого: заточенная бритва, письменный набор с высохшей чернильницей, толстый и редкий гребень из черепашьего панциря, бутылка вина, которую он, видимо, купил уже после прибытия в Лордэн, и прочие мелочи, среди которых капитану попалось кое-что необычное. В углу ящика лежала вязаная игрушка зверька, походившего на растолстевшего к зимовке сурка. Её затёртые бока были покрыты заплатами и сальными пятнами, одна лапа была некогда оторвана, а после бережно пришита назад чёрными нитями. На шее игрушки была повязана голубая атласная лента, давно потерявшая лоск и блеск. Хромос перевернул зверька и увидел, что на ленте висели два медных кольца, одно больше и толще другого.