Тени над озером
Шрифт:
Она быстро приняла душ, стараясь смыть остатки ночного кошмара, и оделась. Убедившись, что её внешний вид в порядке, Анна отправилась на кухню, где её уже ожидал Рома с чашкой кофе в руках.
– Доброе утро, – тихо сказал он, поднимая глаза на девушку. В его взгляде скрывалась не меньшая тревога, чем у неё. – Как спалось?
Анна усмехнулась, пытаясь скрыть беспокойство
– Трудно назвать это сном, скорее было что-то ближе к борьбе с хаосом в голове. А ты как?
Рома вздохнул и покачал головой.
– Не лучше. Едва ли смог уснуть на пару часов.
Анна и Рома долго молча сидели за столом с чашками кофе, каждый погруженный в свои собственные мысли. Интенсивность ночных событий оказывала на них давление, но они знали, что должны собраться и действовать. Тишину прервал звук дверного звонка.
Анна с тревожной ноткой в голосе спросила:
– Ты кого-то ждал?
Рома отрицательно покачал головой.
– Ань, твой дом… Кого мне ждать, если ты сама здесь?
На вопрос Громова Аня не ответила, лишь медленно проморгала, всматриваясь в его лицо.
Тревога усилилась по мере их неспешного приближения к входной двери. Рома осторожно встал, и шаги его по полу деревянного дома звучали глухо, разрывая тишину утреннего часа. Он вглядывался в глазок двери, но ничего не увидел, кроме непроглядной тьмы.
– Ничего, – прошептал он, но Анна видела, как его взгляд напрягся.
– Может, это просто злой розыгрыш? – нервно предложила она.
Рома открыл дверь на небольшую щель, и холодный ветер ворвался в дом, пробравшись до самых костей. На пороге лежал маленький конверт. Никаких признаков людей или машин поблизости не было видно.
Громов осторожно поднял его и, вернувшись в гостиную, вскрыл конверт. Внутри лежала маленькая записка:
"Не пытайтесь остановить то, что уже началось. Озеро не прощает тех, кто его трогает."
Анна почувствовала, как её руки леденеют, а внутри нарастает страх.
– Что это значит? Кто мог это написать? – прошептала она, глядя на Рому, ожидая от него какого-то решения.
– Похоже, кто-то знает о наших планах… – произнес он нервно. – Но я не уверен, кто именно. Это может быть предупреждение, а может – попытка запугать нас.
Анна и Рома обменялись тревожными взглядами, и напряжение в комнате стало осязаемым. Оба понимали, что отступление сейчас – не вариант.
– У нас не так много времени, – тихо сказал Громов, озираясь по сторонам, словно пытался обнаружить незримого наблюдателя.
Анна кивнула.
– Нам нужно понять, что именно происходит. Давай начнем с… – её голос дрогнул, – …с озера.
Рому пробрала дрожь.
– Сразу туда? Может походим по домам, – предложил Громов, нервно улыбаясь.
– У нас не так много времени… – ответила Аня, игриво цитируя слова Ромы, стараясь подражать его интонации.
– Хорошо, начинаем с озера, – решительно сказал Рома, бросив взгляд на записку, которая казалась грозным предупреждением, и сунул её в карман.
Выйдя из дома, они почувствовали неприятный холодный ветер, который словно подчёркивал ощущение надвигающейся опасности.
– Ладно, давай двигаться, – угрюмо сказал Рома.
Они направились к озеру, каждый шаг давался с трудом. Тревожная тишина окружала их, казалось, даже природа затаила дыхание.
– Тишина на меня морально давит. Так и будем молча идти? – сказав это, Солнцева остановилась.
Рома, следуя ее примеру, остановился, погрузившись в задумчивость. Мысли мелькали в его голове, как мимолетные тени, прежде чем он решился на ответ.
– Это место всегда было мне чуждо, – тихо начал Рома, словно боясь нарушить напряжённую тишину. – Сначала я думал, что это просто суеверия, но чем больше времени я тут провожу, тем больше понимаю, что здесь что-то действительно не так.
Анна посмотрела на него с удивлением. Она не ожидала такой откровенности.
– Ань, – продолжил он. – Ты ведь тоже чувствуешь это, да? Чувствуешь, как это место дышит ненавистью и страхом?
Солнцева кивнула. Она не хотела признавать это, но то, что происходило вокруг, укрепляло её в убеждении, что Рома прав.
– И это послание… – добавил он, понижая голос. – Тот, кто его оставил, знает явно больше, чем мы.
Они шли, и каждый метр казался им подвигом. Озеро скоро показалось впереди, укрытое в тумане, который не поспешил рассеяться вместе с утренним солнцем. Присутствие чего-то зловещего становилось всё более явным.
Глава 4
На берегу, где гаснет свет,
Стояла лодка, старый след.
Анна с Ромой, в тени и страхе,
Отправились в глухие дали в мраке.
Они подошли к берегу озера, где стояла старая деревянная лодка, прочно привязанная к столбу. Лодка выглядела как пережиток прошлого: её облупившаяся краска и покосившиеся доски говорили о том, что она давно не использовалась. Анна и Рома обменялись взглядами, в которых читались и решимость, и тревога.
Когда они отплыли на середину озера, туман стал гуще, обволакивая их как призрачное покрывало. Вдруг Рома остановился и поплыл взглядом вдоль мутной поверхности воды, вглядываясь во что-то невидимое. Ледяная дрожь пробежала по спине Анны, когда она заметила, как его глаза замутнели, как будто тьма забрала себе его разум.
И снова та тень. Она появилась из ниоткуда, окутывая Рому тёмным маревом, которое медленно, но неотвратимо затягивало его в свою бездну. Анна взвизгнула от страха, но он уже был потерян. Рома поднялся, как под гипнозом, и спрыгнул за борт.
– Нет! – крикнула она, но её голос растворился в тумане и холодной воде.
Она прыгнула следом, пытаясь схватить его, но тень уводила Рому всё глубже и глубже. Вода оказалась на удивление холодной, настолько холодной, что Анна почувствовала, как её мускулы начинают судорожно сводить. Бульканье воды и её собственные крики смешались в хаотичную какофонию непонимания и отчаяния. Она пыталась плыть за ним, но силы её покидали с каждой секундой.
Рома ушёл вглубь, и его фигура постепенно растворилась в темноте озера. И вдруг, всё стихло. Вода вокруг, ранее бурлящая и бурная, стала тягучей и неприступной, как свинец.