Чтение онлайн

И тут Джейсон улыбнулся ей. Правда, улыбка получилась несколько вымученная, неуверенная.

— Мне кажется, я понимаю. Я ведь всегда знал, что ты не влюблена в меня по уши, — сказал он. — Но я пытался отнестись к этому разумно. Я решил, что тебя надо принимать такой, какая ты есть. Ты — образец нью-йоркской деловой женщины, и мне казалось, что безумная страсть не в твоем характере.

— Ты прав. Так оно и было до прошлой недели.

Джейсон поморщился.

— Я понимаю, глупо говорить, что мне жаль, но я действительно сожалею, что все так произошло.

— Я это знаю, — сказал он печально. — Поверь, мне тоже очень жаль.

— В течение последних трех лет мы удовлетворяли желания друг друга, не так ли? — спросила она, заглядывая ему в глаза.

— Наверное, ты права, — усмехнулся Джейсон. — Я ведь тоже не был по уши влюблен в тебя. Но тем не менее мне как-то не по себе. Мне не хочется тебя терять…

Тейлор оглянулась вокруг. Оранжевый свет ламп казался теперь еще более неестественным, чем обычно. Посетители ресторана улыбались и были счастливы. Странно чувствует себя человек, когда очень личное переживание застигает его вдруг среди толпы.

— Наверное, следовало бы тебя поздравить, — продолжил Джейсон сдержанным тоном.

— Спасибо, — ответила Тейлор. — Знаешь, а мне ведь тоже не хочется тебя терять.

Джейсон взъерошил волосы и рассмеялся.

— Догадываюсь, что ты хочешь сказать. Ты хочешь предложить, чтобы мы остались друзьями.

— Я хотела эту мысль сформулировать получше.

— Отчасти я даже рад, что ты нашла человека, которого действительно любишь, — сказал он наконец. — Послушай, наши отношения были очень хорошими. Но все-таки нам чего-то не хватало, не так ли?

— Так. Но все было замечательно.

— Да. Ну что ж, я попробую стать тебе просто другом. Если не получится, я скажу тебе прямо. Договорились?

— Договорились, — кивнула Тейлор. — Было бы здорово, если бы я влюбилась в тебя, Джейсон. И ты это знаешь.

— Знаю. Но мы с тобой слишком рассудочные люди.

— Может быть, правильнее было бы сказать «сдержанные». И такие цивилизованные, что чересчур хорошие манеры не позволили нам влюбиться безоглядно.

Джейсон снова рассмеялся.

— Иногда ты попадаешь прямо в «яблочко», леди. Подумай только, на что ты меня обрекаешь… ты отпускаешь меня на волю, в мир, населенный множеством женщин, которые жаждут рассудочных отношений.

— Не дури, Джейсон, — рассмеялась Тейлор. — У нас с тобой как раз и были рассудочные отношения, разве не так?

— Пожалуй, но у нас все было так упорядочено, так аккуратно… А что, если я найду умную, красивую, обаятельную женщину, которая захочет свить гнездышко в моем сердце?

— Попытай удачи, — сказала Тейлор. — Возможно, тебе это понравится.

Джейсон пробормотал что-то невнятное и снова взял ее за руку.

— Давай-ка поедим, а потом я отвезу тебя домой. Мне надо еще привыкнуть ко всему этому и не хочется, чтобы процесс привыкания происходил в ресторане. Давай поговорим о чем-нибудь другом, договорились? Расскажи о Картере. Что он, черт возьми, делает в Нью-Йорке?

Остальную часть вечера они, как и положено настоящим друзьям, посвятили обсуждению всего, что было связано с внезапным появлением Картера Толмана в ее жизни. Время от времени Тейлор все-таки ловила на себе его взгляд, преисполненный боли. Джейсон изо всех сил старался не выдавать своих чувств, но время шло и скрывать их становилось все труднее.

— Может быть, пойдем? — спросила Тейлор.

— Ты просто меня жалеешь.

— Ты говоришь это так, как будто мы с тобой никогда больше не увидимся.

— Сейчас мне именно так и кажется.

Проводив ее по дому и поцеловав в лоб, Джейсон сказал:

— Я останусь твоим другом, дорогая, хочешь ты этого или не хочешь. Кто знает, может быть, этот Франко тебе скоро наскучит.

Тейлор улыбнулась.

— Может быть, да, а может быть, нет.

Поцеловав его в губы, она скрылась в парадном.

В среду утром у Тейлор было служебное совещание, затянувшееся аж до обеда. Лорен пришлось заказывать бутерброды и воду в кафетерии на Первой авеню. Никто из присутствующих не возражал против работы в обеденный перерыв. Одна из отличительных особенностей агентства «Уилсон Тодд» заключалась в том, что сотрудники его были одержимы своей работой и преданы делу. Тейлор и Эд Уилсон кропотливо, по одному подбирали сотрудников, и тем нравилась царившая в офисе атмосфера. Тейлор никого не понукала, она просто знала, что сотрудники сделают все, что в их силах. Каждый из них был готов, если потребуется, задержаться на работе, потому что получал от работы настоящее удовольствие. Тейлор Синклер принадлежала к тому редкому типу руководителей, которые не видят в своих сотрудниках соперников. Когда те заслуживали этого — а такое случалось нередко, — она щедро расточала похвалы в их адрес.

Когда совещание наконец закончилось, Тейлор обнаружила, что ей на автоответчике оставлено несколько посланий, причем одно из них — от Гаррисона — было срочным.

Тейлор сразу же позвонила ему.

— Привет, Гаррисон, что случилось? — спросила она, как только их соединили.

— Мне нужно кое о чем поговорить с тобой, причем один вопрос личного характера.

Ей показалось, что Гаррисон чем-то подавлен. В голосе его не было привычной живости. Тейлор сразу же насторожилась.

— Зайди ко мне в офис около пяти, мы чего-нибудь выпьем и поговорим.

— Обязательно, — сказала Тейлор и тут же спросила: — Что-нибудь произошло?

— Может быть, да, а может, нет, — ответил Гаррисон, — мы потом поговорим об этом. Кстати, ты не заглядывала в последний номер «Верайети»?

— Нет.

— Возможно, тебе будет интересно. Там в колонке светской хроники кое-что написано о тебе.

Тейлор была поражена.

— Обо мне?! — У нее даже голос зазвенел от неожиданности. — А что там написано?

— Там написано, что ты на прошлой неделе развлекалась с кинорежиссером Энтони Франко.

— Ах, это… — Тейлор рассмеялась. — Энтони — один из наших клиентов. Мы занимаемся рекламой фильмов производства кинокомпании «Монарх пикчерз».

— Понятно. Я ведь и сам знал об этом. — Тейлор показалось, что Гаррисон говорил теперь с некоторым облегчением. — Там всего несколько фраз и никаких фотографий. Ты становишься знаменитостью, дорогая.

— Это все из-за того, что я оказалась рядом с вами, Гаррисон.