Чтение онлайн

Эта шокирующая новость слегка выбила его из колеи, и он принялся детально изучать этот вопрос. И чем больше он углублялся в суть проблемы, тем яснее становилось, что вполне вероятно, тот внешний подчиняющий имплант, который он удалил, каким-то образом, скорее всего, был связан с последним «обновлением». В виде эксперимента Гегемон несколько раз совершил телепортацию из одной точки планеты в другую, даже переместился в соседнюю систему и обратно. Но затем, проанализировав расход энергии, вынужден был признать, что прежние объёмы остались где-то далеко позади, и теперь придётся постоянно заниматься пополнением. Это не являлось глобальной проблемой — практически сразу сформированные им ментальные насосы начали собирать её отовсюду.

Восстановив прежний уровень, ящер вновь настроился на метку, но она по-прежнему ощущалась нечётко, к тому же находилась очень далеко. И если сейчас он попытается переместиться к ней, то, скорее всего, не успеет восстановить энергетический паритет. Значит, следует подождать. Не стоит рисковать в случае с этим непростым противником. К тому же первоначальный план подразумевает долговременную месть.

Приняв решение, Карра Кен переключился на осуществление текущих задач и полностью ушёл в развёртывание и осуществление плана по взятию под контроль всей этой реальности.

НЕИЗВЕСТНАЯ ПЛАНЕТА

Судя по быстро темнеющему небу, день стремительно катился к закату. Здесь, под густыми кронами высоких деревьев, это ощущалось гораздо острее. Колючие ветки время от времени хлестали по лицу продирающегося сквозь густой подлесок человека. Ему было страшно. Ужас заполнял его изнутри и заставлял бежать без оглядки. А где-то там позади всё громче и громче слышались хриплые звуки догоняющей его стаи гиенособак. Эти хитрые твари словно просчитывали каждый шаг беглеца и ловко отрезали его от спасительных развалин, в которых он намеревался укрыться.

Внезапно нога бегущего запнулась о вылезший из земли корень небольшого дерева, которое еще совсем недавно по человеческим меркам начало свой долгий пусть к светилу, и он кубарем повалился на поверхность безымянной планеты, испытав при этом дикую боль в лодыжке. Мужчина тут же попытался подняться и с ужасом осознал, что, скорее всего, убежать он уже не сможет. «Либо вывих, либо перелом», — промелькнуло у него в голове, и он запаниковал ещё сильнее. К сожалению, нижний ярус ветвей у произрастающей здесь растительности как правило находился очень высоко. Но о чудо! Неподалёку ему в глаза бросилось одно исключение — на это дерево вполне реально было забраться. И он, прихрамывая и скрипя зубами от боли, поспешил туда. Это, конечно, не панацея, и стая скорее всего попросту предпочтёт дождаться, когда он ослабнет и упадёт, но это в любом случае лучше, чем быть растерзанным уже сейчас.

Каждый шаг давался с невероятным трудом, и спасительное дерево приближалось слишком медленно. Но он всё-таки успел. Сильные руки ухватились за ветвь и довольно ловко начали подтягивать тело. Острая простреливающая боль казалась, вот-вот сведёт с ума, но жить хотелось гораздо сильнее, и беглец упрямо поднимался всё выше и выше. Вот удалось забраться на второй толстый сук, затем на третий. А вот для того, чтобы дотянуться до четвёртого, необходимо было пойти на серьёзный риск — ведь сделать это можно только прыгнув и ухватившись за неё. Если бы не нога, мужчине бы наверняка удалось совершить этот трюк, ведь он был достаточно молод, силен и ловок, но, к сожалению, реальность диктует свои правила. Но несмотря ни на что, ему это было жизненно необходимо, ведь твари, которые уже подбежали к дереву, вполне в состоянии попытаться достать желанную добычу и отсюда.

Человек мысленно собрался с силами, уже наблюдая, как первые, озверевшие от голода особи пытаются запрыгнуть на нижнюю ветвь, и недолго думая совершил прыжок. Только вот в самый последний момент резкая колющая боль в ноге его подвела, и он неудачно зацепился руками, всего чуть-чуть не дотянув в прыжке. А затем кора под его пальцами треснула, и он сорвался вниз, в густое месиво из снующих туда-сюда разъярённых гиенособак, одних из немногих обитателей этого негостеприимного мира, которым каким-то чудом удалось выжить. Падая, несчастный успел прокричать всего одно слово:

— Джо-о-о-о-н!

Император Аратана, Фариал Ан-Сирайтис, вырванный из липкого кошмарного сна собственным криком, тяжело дыша, сел на кровати. Его рука машинально провела по тому месту, где он только что лежал. Простыни из самой лучшей протариунской материи оказались мокрыми насквозь. Достаточно молодой и крепко сложенный тридцатилетний мужчина, затравленно осмотрелся по сторонам, постепенно осознавая, что это был лишь сон. Очередной кошмарный сон, который время от времени преследовал его. Никакая терапия, увы, оказалась не способна справиться с этим навязчивым посттравматическим синдромом. Прошло уже больше десяти циклов с тех самых пор, как в ту пору еще наследный принц пережил покушение на собственную жизнь — то самое, которое едва не закончилось его трагической гибелью. Однако ему удалось спастись. Ему помог, наверное, его единственный настоящий друг — бывший солдат Джон Сол. Странный человек, который умудрился выжить в немыслимых условиях и спасти потерявшего память паренька, даже не подозревая кем он является на самом деле, а после доставить его домой.

— Джон… Джон… — медленно, едва слышно прошептал император. — Жаль, что тебя нет рядом.

Он частенько вспоминал этого незаурядного человека, которого по собственному малодушию и неопытности не смог спасти. Тогда ему думалось, что он совершает благо, но как оказалось впоследствии, ничего хорошего из этого не вышло. Его друг погиб, и поделать с этим оказалось уже ничего нельзя.

Сны подобные только что закончившемуся, как правило, случались перед какими-то важными событиями, и император уже давно привык, что ничего хорошего после очередного такого звоночка ему ждать не стоит. Вот и на этот раз, едва придя в себя и опять откинувшись на подушки, он подключился к управляющему контуру центрального искина дворцового комплекса. Пройдя верификацию, Фариал вновь из почти обычного человека превратился в целое государство, синхронизировавшись с разнообразными системами управления.

Ан-Сирайтис уже давно привык начинать так каждое свое утро. Обычно первым делом следовало озаботиться быстрым просмотром основных ключевых событий, предоставленных его аппаратом и пропущенных через целую толпу всевозможных министров, заместителей и секретарей. Просто физически невозможно было изучить всё — слишком огромный пласт информации пришлось бы обрабатывать. Поэтому его давно интересовали лишь самые значимые события. И вот, погрузившись в очередной суточный новостной блок, Фариал замер, потому что первое сообщение имело высочайший гриф срочности и секретности.

Открыв его, император Аратана лишь скрипнул зубами. Рапорт гласил о трагической гибели маркиза Ар-Лафета — человека, занимающего один из самых высоких постов в империи, и к тому же являющегося близким соратником молодого правителя. Информационная справка о деталях сразу же насторожила Фариала, покойный успел за время тесного сотрудничества достаточно неплохо натаскать наследника. Ему сразу же стало понятно, что смерть аристократа далеко не случайна. Данное сообщение являлось лишь верхушкой целого дерева дополнительных ссылок на всевозможные протокольные записи. Поэтому, углубившись в их изучение, император достаточно быстро утвердился в мысли, что маркиза устранили. Правда, сделано это было настолько филигранно, что даже этот, казалось бы, всесильный разумный, не смог этому противостоять, хотя на мякине этого профессионала провести было сложно. Судя по количеству отчетного материала, ведомство сразу же приступило к широкомасштабному, но скрытному расследованию. Маховик поиска истины был запущен, и оставалось надеяться, что специалисты докопаются до правды.

Всё, что необходимо было сделать, уже осуществлялось, более того, на рассмотрение императора были выдвинуты несколько кандидатур на освободившуюся должность, и теперь Ан-Сирайтису предстояло осуществить весьма непростой выбор, который будет влиять впоследствии на очень и очень многое.

Крепко сложенный мужчина откинул почти невесомое одеяло и одним слитным движением поднялся со своего ложа. Он любил спать обнажённым, хотя эта привычка появилась у него лишь около девяти циклов назад и являлась своеобразной данью памяти о погибшем товарище, — ведь когда-то Джон Сол во время скитаний по карантинной планете рассказывал ему, что любит спать именно так. Однажды попробовав, молодой император решил сделать это традицией. К слову сказать, после тех событий и последовавших за ним изменениях в жизни молодого, тогда ещё паренька, у него появились некоторые нестандартные поведенческие паттерны. После коронации он стал гораздо серьезнее относиться к собственной безопасности и всегда прислушивался к мнению человека, который был ответственен за неё.