Чтение онлайн

Влияние денежного интереса и привычной денежной психологии на развитие институтов видно в тех законодательных актах и принятых в обществе соглашениях, которые направлены на защиту собственности, приведение в исполнение договоров, удобство осуществления финансовых операций, закрепление имущественных прав. Сюда относятся перемены в законодательстве, касающиеся банкротства и ликвидации имущества, ограниченной ответственности, банковских и валютных операций, коалиций рабочих или работодателей, трестов и картелей. Оснащение общества такого рода институтами имеет огромное непосредственное значение только для имущих классов и находится в прямой зависимости от размера собственности; иначе говоря, в прямой зависимости от того, насколько эти слои общества вписываются в категорию праздного класса. Однако косвенно эти соглашения в сфере бизнеса имеют самое серьезное значение для процесса производства и для образа жизни общества. И финансовые слои, направляя в этом отношении развитие институтов, служат какому-то назначению, имеющему для общества самое важное значение не только в сохранении принятой системы общественной жизни, но также придавая определенную форму собственно производственному процессу.

Ближайшей целью такой финансово-институциональной системы и ее улучшения является усиление возможности мирной и организованной эксплуатации, но ее действие в отдаленной перспективе распространяется гораздо дальше этой непосредственной цели. Мало того, что требующее меньших усилий руководство бизнесом предоставляет возможность для более спокойного течения производства и внепроизводственной жизни; устранение в результате этого беспорядков и осложнений, требующих проявления проницательности и умения разбираться в повседневных делах, способствует тому, что участие самого денежного класса становится излишним. Без «капитана» можно обойтись, коль скоро денежные сделки сводятся к формальности. Такой итог, безусловно, возможен пока лишь в неопределенном будущем. Сложившиеся в современных институтах усовершенствования, выгодные для денежного интереса, имеют тенденцию к замене еще в одной области «капитана» на «бездушную» акционерную корпорацию и таким образом способствуют тому, чтобы без важнейшей функции праздного класса, функции обладания собственностью, можно было обойтись. Косвенным образом, следовательно, то направление, которое придает развитию экономических институтов влияние праздного класса, имеет очень большое производственное значение.

Глава IX. Сохранение архаических черт

Институт праздного класса оказывает свое действие не только на строение общества, но также на характер отдельного его члена. Как только проявление какой-то конкретной склонности или выражение определенной точки зрения получает признание, становясь официальной нормой или образцом в общественной жизни, эта точка зрения начинает влиять на характер членов общества, принявшего ее в качестве нормы. Она будет до некоторой степени формировать их образ мысли, подчиняя себе развитие человеческих способностей и наклонностей и выступая фактором отбора. Частично такое влияние происходит из-за вынужденной адаптации при воспитании и обучении, частично — путем устранения в процессе отбора неприспособленных индивидов п генеалогических линий. Тот человеческий материал, который не годится для существования по тем способам, которые навязываются общепринятой системой жизни, подвергается как подав-лению, так и до некоторой степени элиминации[39]. Принципы денежного соперничества и освобождения от производства, таким образом, возводятся в каноны жизни общества и становятся достаточно важными факторами принуждения в той ситуации, к которой людям приходится приспосабливаться.

Два общих принципа, принцип демонстративного расточения и принцип освобождения от производства, воздействуют на развитие общества и тем, что направляют образ мысли, определяя таким образом развитие институтов, и тем, что сохраняют при отборе отдельные свойства человеческой натуры, способствующие ведению жизни по замыслу праздного класса, определяя таким путем реальный характер общества. Непосредственная тенденция воздействия института праздного класса на формирование человеческого характера направлена на сохранение пережитков и обращение вспять духовного развития. Это воздействие на характер общества является по своей природе закрепощением духовного развития. В современной культуре особенно институт праздного класса обладает, в общем и целом, тенденцией к консервативности. Сущность этого утверждения достаточно знакома, однако многим оно может показаться чем-то новым в его настоящем приложении. Поэтому даже с риском скучного повторения и изложения банальностей, возможно, не будет неуместным краткое рассмотрение его логических оснований.

Социальная эволюция — это процесс отбора и приспособления темперамента и образа мышления, происходящий под нажимом обстоятельств, складывающихся при жизни в сообществе. Приспособление образа мышления людей — это развитие социальных институтов. Но наряду с развитием институтов происходила более существенная по своему характеру перемена. При изменившихся потребностях, диктуемых складывавшейся ситуацией, изменялись не только сами привычки людей — эти изменившиеся обстоятельства вызывали соответствующую перемену в человеческой природе. При изменении условий жизни изменяется человеческий материал, из которого состоит общество. Такое изменение человеческой природы считается современными этнологами процессом отбора среди нескольких относительно стабильных и распространенных этнических типов или этнических элементов. Люди имеют тенденцию более или менее точно воссоздавать или воспроизводить в потомстве тот или иной из постоянных типов человеческой природы, закрепленных в чертах их характера; такое воспроизведение происходит в близком соответствии с ситуацией в прошлом, которая отличается от сегодняшней. Существует несколько таких относительно стабильных этнических типов, входящих в состав населения в странах западноевропейской культуры. При воспроизведении наций эти этнические типы сохраняются сегодня не в твердых и неизменных формах единого, точного и им только присущего образца, но в виде большего или меньшего числа вариантов. Известная изменчивость[40] этнических типов имела место в результате процесса продолжительного отбора, которому подвергались некоторые типы и их комбинации на протяжении всех этапов развития культуры.

Этому неизбежному видоизменению самих типов, происходившему благодаря довольно длительному процессу отбора, не уделялось достаточного внимания авторами, обсуждавшими выживание этнических элементов. Наше изложение касается двух основных разновидностей человеческой природы, получающихся в результате того сравнительно недавнего процесса отбора и адаптации, который имел место среди этнических типов, объединенных рамками западноевропейской культуры. При этом основной интерес представляет собой возможное влияние современной ситуации на дальнейшую изменчивость по одному или другому из двух различных направлений, проявившихся в этих разновидностях.

Позицию, занимаемую в этом вопросе этнологией, можно резюмировать кратко; и список типов и их вариантов, а также вопросы, связанные с их выживанием и атавистическими явлениями, дабы избежать всяких, кроме разве что самых необходимых, подробностей, представлены здесь со схематической скупостью и упрощенностью, которые были бы недопустимы для всякой другой цели. Человек наших производственных общностей имеет тенденцию воспроизводиться близко к тому или другому из трех основных этнических типов: долихоблонду, брахицефалу и средиземноморскому типу, — оставляя без внимания мелкие и лежащие за пределами нашей культуры элементы. Однако в пределах каждого из этих основных этнических типов наблюдается тенденция возврата к одному или другому из по меньшей мере двух основных направлений изменчивости: миролюбивому, или дохищническому, варианту и хищническому. В каждом случае первый из этих двух вариантов ближе к своему типу в том виде, в каком тип существовал на самой ранней стадии жизни в сообществе, судя по имеющимся свидетельствам, археологическим или основанным на психологии; такой вариант выступает атавистическим представителем типа. Первый вариант понимается как представитель предков существующего цивилизованного человека, относящихся к миролюбивой фазе дикарства, которая предшествовала хищнической культуре, системе, основанной на статусе, и развитию денежного соперничества. Второй, или хищнический, вариант типов берется в качестве пережитка не столь давней модификации основных этнических типов и их комбинаций — модификаций основных этих типов, происходившей главным образом при отборе и адаптации, в жестких условиях хищнической культуры и соперничества на современной стадии развития общества, или на стадии собственно денежной культуры.

По общепризнанным законам наследственности, могут встречаться пережитки более или менее далеких фаз развития в прошлом. В обычном, среднем случае, даже если тип изменяется, его отличительные признаки передаются почти в том же виде, в каком они были в недавнем прошлом — которое можно назвать «унаследованным настоящим». Для целей настоящего рассмотрения можно считать, что «унаследованное настоящее» представлено поздней хищнической и квазимиролюбивой культурой.

Современный человек имеет тенденцию воспроизводиться близко именно к этому варианту человека, характерному для недавней — еще существующей в наследственности — хищнической или квазихищнической культуры. Это утверждение требует уточнения в том, что касается потомков зависимых или угнетенных классов времен варварства, однако необходимое уточнение, вероятно, ив так важно, как могло бы показаться на первый взгляд. Если рассматривать население как целое, то представляется, что этот хищнический, сопернический вариант не достиг широкого распространения или высокой стабильности. Другими словами, свойства человеческой природы, унаследованные западным человеком, вовсе не являются единообразными в отношении различных склонностей и способностей, их сферы действия и относительной силы. Человек «унаследованного настоящего» немного архаичен в том смысле, что он не соответствует самым последним требованиям, выдвигаемым жизнью в сообществе. И тот тип, к которому главным образом, вероятно, возвращается под действием закона изменчивости современный человек, — это тип несколько более архаичной природы. С другой стороны, если судить по атавистическим признакам, проявляющимся у тех лиц, которые отличаются от общераспространенного хищнического типа темперамента, дохищнический вариант обладает, видимо, большей стабильностью и более равномерным распределением или удельным весом составляющих данный темперамент элементов. Такое расхождение свойств человеческой природы при наследовании, как то, что существует между начальными и более поздними вариантами того этнического типа, который достаточно точно воспроизводится в конкретном индивиде, затемняется аналогичным расхождением между двумя-тремя основными этническими типами, которые составляют население западных стран. Считается, что практически каждый человек из населения этих стран представляет собой гибрид широко распространенных этнических элементов, которые могут быть представлены в нем в самых различных пропорциях, в результате чего наблюдается тенденция возврата к тому или иному из составляющих этнических типов. Эти этнические типы отличаются друг от друга по темпераменту в какой-то степени подобно тому, как отличаются друг от друга хищнический и дохищнический варианты любого этнического типа; причем долихоблонд обнаруживает больше свойств, характерных для хищнического темперамента, — или по крайней мере большую расположенность к применению силы, — чем брахицефал; сравнительно мало хищнических качеств у средиземноморского типа. Когда в развитии институтов или действенного общественного мнения в данном обществе обнаруживается расхождение с хищнической природой человека, нельзя, следовательно, сказать с уверенностью, что такое расхождение указывает на возрождение дохищнического варианта. Атавистический возврат к этому варианту может быть обусловлен все большим преобладанием того или иного из «низких» этнических элементов. И все же, хотя и нет достаточно убедительных доказательств тому, что различия в темпераментах, оказывающих действие на состояние современных — сообществ, обусловлены не только отбором среди устойчивых этнических типов, этот отбор, видимо, является в некоторой ощутимой мере отбором между их хищническими и миролюбивыми вариантами.

Такое представление о современном этапе эволюции человека не является единственно возможным для данного обсуждения. Общие выводы, достигнутые с использованием таких представлений об отборе и адаптации, в сущности, остались бы справедливыми, если бы термины и понятия были заменены прежними терминами Дарвина и Спенсера. При данных обстоятельствах в употреблении терминов допустима известная свобода. Слово «тип» употребляется вольно и обозначает разновидность темперамента, которую этнологи, возможно, посчитали бы лишь тривиальным вариантом, а не выраженным этническим типом. Во всех случаях, когда более подробные различия представляются для рассмотрения существенными, стремление провести такие различия будет явствовать из контекста.

Современные этнические типы являются, стало быть, вариантами первобытных расовых типов. Пройдя через; школу варварства, они претерпели изменение и достигли известной устойчивости в их измененном виде. Современный человек — это варварский, либо плебейский, либо аристократический вариант представленных в нем этнических элементов. Но этот варварский вариант не достиг наивысшей степени гомогенности или стабильности. Культура варварства — хищническая и квазимиролюбивая стадии развития общества, — несмотря на ее большую абсолютную протяженность во времени, не была ни достаточно продолжительной, ни достаточно неизменной по своему характеру, чтобы придать этому варианту полную устойчивость. С известной частотой происходят отклонения от человеческой натуры варварского склада, и в наши дни эти случаи изменчивости становятся заметнее, потому что условия жизни современного общества уже больше не направлены на последовательное подавление всяких отходов от того, что является нормой для культуры варварства. Хищнический темперамент проявляется не во всех аспектах жизни современного общества, и менее всего — в современном производстве.

Отступления от унаследованных от варварства свойств характера у современного человека очень часто носят характер возврата к еще более раннему варианту типа. Этот ранний вариант представлен темпераментом, характеризующим первобытную фазу миролюбивого варварства. Обстоятельства жизни и направление усилий, господствовавшие до пришествия культуры варварства, сформировали характер человека и закрепили в нем некие существенные черты. И именно к этим древним, родовым чертам современные люди склонны возвращаться вновь в том случае, когда человеческая натура «унаследованного настоящего» подвергается изменчивости. Условия, в которых жили люди на самых ранних, первобытных стадиях жизни в сообществе — жизни, которую, собственно, уже можно называть общественной, — были, видимо, мирными условиями; и характер — темперамент, духовная позиция — людей в этих начальных состояниях окружающей среды и институтов был, видимо, миролюбивого, неагрессивного, чтобы не сказать ленивого, склада. В целях непосредственного изложения эту миролюбивую стадию культуры можно принять в качестве фазы, знаменующей начало развития общества. В той мере, в какой это касается настоящего изложения, отличительным психологическим качеством в такой гипотетической начальной фазе развития культуры явилось, видимо, бессознательное, не находившее словесного выражения чувство групповой сплоченности, широко выражавшееся в самодовольном, но никак не деятельном расположении ко всему, что представляло собой благоприятные условия для общественной жизни, а также выражавшееся в болезненном отвращении ко всему, что могло подавлять жизнедеятельность или препятствовать продолжению рода. Благодаря своему вездесущему проникновению в образ мышления дикаря дохищнической стадии такое распространенное, но слабое представление о пользе для всех возымело, видимо, заметное действие на образ жизни дикаря и на то, каким образом осуществлялись его привычные взаимоотношения с другими членами группы.