Чтение онлайн

— Двадцать девять человек. Четыре гомункула и два созданных монстра, — быстро ответил тот. — Половина наших, хуторских, а половина пришлых, кого привел Михаил Семенович.

— Есть здесь похищенные люди? — сказал я, чувствуя, как стучит сердце.

— Есть… девушка. Адвокат. Не знаю, как ее зовут. Очень красивая. Ее еще не начали изменять, надо, чтоб «Никто» сделал вещество. Не знаю, почему ее взяли, а не алкаша-бродягу. Наверное, чтоб отомстить кому-то. Может, тебе.

— «Никто»?

— Да… это какая-то магическая штуковина. Ей все поклоняются. Сейчас ей сделали что-то вроде маленького храма во дворе. Она изменяет химические вещества. Наделяет их магией или что-то такое. Я в этом не разбираюсь. Чтобы превратить человека в монстра, нужны реактивы, а потом магия.

— Чего ты хочешь? — вдруг спросил он.

— Тебя не должно это волновать.

— Ничего у тебя не получится… Их много, и оружия там уйма. Уходи отсюда, зачем тебе это нужно. Найди себе другую бабу, мало ли их что ли на свете. Ты их небось десятками трахаешь… одной больше, одной меньше…

Я ударил его рукояткой револьвера по голове. Брызнула кровь и человек отключился. Пока он не пришел в себя, я привязал его к дереву, сунул кляп в рот и для надежности заклеил сверху широким скотчем. Даже мычать не сможет, однако надо спешить. Неизвестно, когда у них смена часовых или что-то такое.

Перелесок выходил прямиком на поляну, вокруг которой разместились дома и склады. Все, как в астральном мире, из которого я недавно вернулся. Только на том месте, где лежала «статуя», было что-то вроде деревянного навеса с остроконечной крышей. Под ней лежала коробка, а в ней, наверное, артефакт.

Я посмотрел на него магическим зрением — да, так и есть. Там что-то черное, причем настолько, что такого я еще не видел. Абсолютная темнота, как в космической «черной дыре».

А еще рядом — несколько отверстий-колодцев. Таких же, как в астрале. Только здесь в одном из них Вика.

Во дворе было пять человек. Кто-то просто стоял, кто-то вставлял разбившееся стекло. Все с сектантскими татуировками. «Темное зрение» позволяло их увидеть очень хорошо.

С чего же начать? Просто расстрелять тех, кто вижу? Несмотря на всю ненависть, я почувствовал, как мерзко вот так, из-за угла, начать стрелять в безоружных людей, какими бы ублюдками они не были.

Но тут из дверей показался еще один человек. Одетый в грязный белый халат, в руке он держал штатив из-под капельницы, а в другой нес прозрачную емкость с жидкостью. Проходя, он что-то сказал стоящим рядом троим мужчинам, и те незамедлительно бросились исполнять его указание — подняли высоченную лестницу и опустили ее в яму. Затем один из них стал требовать от находящегося в яме, чтобы он поднимался наверх. Получив отказ, сектант пробормотал какую-то угрозу, принес из ближайшего дома электрошокер, попробовал его в воздухе и шагнул на лестничную перекладину, чтобы спуститься вниз.

Внизу была Вика. Пойманный мной сказал, что из пленников сейчас только она.

«Пятисотый» выстрелил, и человек с электрошокером кувыркнулся в воздухе, упал, и остался недвижим. Двое его друзей оцепенели, в изумлении уставились по сторонам, но лучше бы они этого не делали — мой чудовищный револьвер каждому из них снес по полголовы.

Оставшимися в барабане патронами я убил еще двоих. Они не успели убежать.

Несколько секунд царила тишина — сектанты пытались понять, что произошло, а затем она исчезла — в меня начали стрелять со всех окон и дверей.

Пули стучали по стволам деревьев, выбивая из них щепки.

Пригнувшись как можно ниже, я палил в ответ и убил несколько человек, слишком высунувшихся из угла. Один из них был с автоматом, и мне очень повезло, что я успел его прикончить. «Калашников» — это все-таки не игрушка. Еще одним выстрелом я разбил ему ствольную коробку, чтобы оружие никто не подобрал.

Убедившись, что «в лоб» меня не возьмешь, сектанты побежали вокруг, чтобы обойти перелесок и окружить меня. Положение стало хуже.

В десятке метров от меня находился небольшой каменный домик с открытым окном в боковой стене. Скорее всего, там никого не было. Во всяком случае, никто оттуда не выбегал и не стрелял, хотя я был рядом.

Выхватив второй пистолет и быстро расстреляв весь магазин, я запрыгнул в окно. Дом состоял всего из одной небольшой комнаты. И еще внутри был запертый на засов подвал — к нему вела спускающаяся лестница. Дверь на нем — прочнейшая, из толстого железа, и такой же засов.

Мое положение стало лучше, но ненамного. Стены пули сектантов не пробивали, хотя они стреляли и из ружей, судя по звуку, довольно большого калибра.

А затем они выпустили гомункулов. Всех четверых. Четыре чудовища пошли на меня, словно в психическую атаку — медленно, не спеша, будто не опасаясь выстрелов.

И совершенно напрасно. Я потратил всего четыре патрона, стреляя на выбор, как в тире. Шкура у гомункулов толстая, боли они почти не чувствуют, но у черепов есть придел прочности, и пуля «пятисотого» его превышала. Четыре выстрела, и все гомункулы медленно, будто не торопясь, осели на землю.

Опять наступила тишина. Я осторожно выглядывал в окно, никого не видя, затем начал перезаряжать револьвер, и дверь слетела с петель и в комнату ворвался измененный. Такой же монстр, какой напал на нас с лаборантом в лесу.

Одним ударом лапы он отбросил меня, затем прыгнул, намереваясь откусить мне голову. Еще секунда… Разряженный револьвер лежал на полу и не мог мне помочь.

Единственное, что мне оставалось, это обратиться к умению «темной силы», которому я не так давно научился.

…Наверное, к магии добавилась еще и злость. Иной причины, по которой я сумел сломать шею монстру, назвать не могу.

Прилив сил длился очень недолго. Отбросив неподвижное тело монстра в сторону, я бросился трясущимися руками перезаряжать револьвер. Слабость нахлынула сразу, хотя кое-как я держаться мог.

И тут…

— Выпусти, — услышал я из-за двери в подвал.

— Кто там? — спросил я, стараясь не отрывать взгляд от окна.

В ответ — тишина. Только какая-то возня и шорохи. А затем опять:

— Выпусти… пожалуйста…

Странный голос. Вроде и человек, но люди говорят иначе.

Черта с два я тебя выпущу, пока все не закончится, подумал я, но затем изменил свое мнение.

Все не так весело, чтобы надеяться на быструю победу или на победу вообще. Ситуация патовая. Если кто-то покажется из соседнего дома, я его пристрелю — но то же самое ждет меня, если выгляну из дверей. Ночь не за горами, и в темноте сектанты могут запросто поджечь мое убежище.