Чтение онлайн

– Тогда попробуйте старинный метод – нитку с иголкой, – посоветовал Артур.

– У вас есть иголка?

– У Андрона спросите, – отмахнулся Артур.

Сократ возобновил свои ежедневные прогулки. Артур ненавязчиво присоединился к нему. Некоторое время он шёл молча, исподволь наблюдая за мимикой Сократа, беседующего с кем-то в уме своём.

Наконец Сократ остановился, посмотрел на Артура и спросил:

– Почему существует что-то, а не ничто?

– Вы изменяете своим принципам, – улыбнулся Артур. – В этом вопросе нет ответа.

Сократ, на секунду задумавшись, кивнул и продолжил движение.

– Наверно существуют вопросы без ответа, – сказал Артур. – Один философ сравнивал этот вопрос с вопросом: «что находится к северу от Северного полюса»?

– Если на вопрос нет ответа, – снова остановился Сократ, – значит, в вопросе какая-то ошибка.

– Я думаю ошибка в слове «ничто», – сказал Артур. – Ещё Парменид считал, что «ничего» не существует. А мы используем это понятие, как нечто существующее.

– О чём разговор? – подошёл к ним Судья.

– Сократ задал вопрос, которые некоторые считают главным вопросом философии: «почему существует нечто, а не ничто»?

– Why there is anything at all? – задумался Судья.

Он взял Артура за руку и потянул за собой.

– Пойдёмте, я хочу вас спросить о чём-то более насущном, чем пустые философские вопросы.

Он завёл Артура в свою комнату и, сев в кресло, указал ему место напротив. Артур передвинул стул и сел рядом с Судьёй.

– Я хочу прояснить для себя наш юридический статус сегодня, – сказал Судья. – Определить наши права и обязанности. Без этого мы не сможем вписаться в общество будущего.

Артур задумался, а потом лукаво посмотрел на Судью.

– У вас была собака?

Судья недоумённо посмотрел на него.

– Какая собака? При чём тут это?

Артур вздохнул, посмотрел в пол, но потом снова поднял голову.

– В этом мире у нас юридический статус животных. И вписаться в будущее мы можем только в этом статусе.

Судья нахмурился.

– Какой вздор! Кто так решил?

Артур пожал плечами.

– Новые хозяева мира – сэйны, и их господин – Великий Разум.

– Это нонсенс! – заявил Судья. – Это явное нарушение наших прав. С этим надо бороться.

Он подумал секунду и спросил:

– Где находится Верховный Суд этих самых – сэйнов? Я напишу о нарушении наших прав, и потребую судебного разбирательства.

– Вернётся Адам, вы спросите у него, – сказал Артур и поднялся.

– Сядьте! – приказным тоном сказал Судья. – Я ещё не договорил.

Артур вздохнул и уселся снова.

Судья, поджав губы, что-то обдумывал. Потом повернул голову к Артуру.

– Я слышал, что Адам трумэн? Какой национальности трумэны, на каком говорят языке?

Артур, заколебавшись, всё же ответил.

– Полагаю, что все национальности кончились. Трумэны – смешанная нация, остатки человечества, а на каком языке они говорят – я не знаю. Как-то не додумался спросить об этом Адама.

Задав ещё пару вопросов, на которые Артур тоже не мог дать вразумительного ответа, Судья отпустил Артура, и остался сидеть в своём кресле, облокотившись на руку, с видом человека, вопрошающего себя – и что я здесь делаю?

Артур зашёл в гости к Поэту. Он лежал на кровати с книгой в руке.

– Читаете «Столбцы»? – удивился Артур, взглянув на обложку. – Это далеко от классической поэзии.

– Поэзия не имеет границ, – охотно ответил Поэт. – Одно время я увлёкся творчеством обэриутов, и даже сам стал сочинять что-то в этом роде.

– Ну-ка, ну-ка, – обрадовался Артур. – Прочитайте что-нибудь.

– Это сыро, – замялся Поэт, – только проба пера.

– Ничего, ничего – успокоил Поэта Артур. – Я непритязательный слушатель, мне и проба пера интересна.

– Правда? – просиял Поэт. – Ну тогда не жалейте – вы сами напросились. Только отнеситесь к этому стиху с юмором.

– За это не переживайте, – ещё раз успокоил Поэта Артур. – Я уже привык относиться ко всему с иронией.

Поэт поднялся с кровати, взлохматил свои и без того взлохмаченные волосы, хитро посмотрел на Артура и гордо сказал:

– Я назвал это стихотворение – «Обэриутки».

Он принял свободную позу актёра, читающего со сцены стихи и начал – вдохновенно и лирически.

На чердаке у белых снов

Вращались тысячи основ,

И снеживые кружева

Летели мимо, чуть жива.

Вертелись чёрные дыры,

На дне кротовая норы

Лежали кости для игры.

Идун по праведным полям

Молился белым тополям,

В протоке мыл свои уста,

Чтоб речь была его чиста.

От грязных помыслов и дум

Душой становишься угрюм,

От светлых правильных мыслей

Душе становится теплей.

Грознеют тучи в небесах,

Бегуют дети во трусах,

Свистуют ветры в парусах.

Ментально было всё равно -

Открыта занавесь в окно,

Летели птицы по делам -

Всё было ровно пополам.

Коловращение небес

Не без полезности, не без

Игрушести весёлых схем,

Где смысла нет уже совсем.

Молчанье есть начало сил -

Так наш Господь провозгласил.

Но страшный холодень снегов

Лежит на совести богов.

Так было дело или нет,

Слетелись бабушки на свет.

Ведь каждый знает, у людей

Нет белокаменных идей.

Они стоят на дне реки,

На них седые парики.

Вращает мельница жернов,

Кто был не с нами, будет снов.

Черта оседлости не та,

Где круговодит суета,

Где мелом чертит на доске

Учитель матики в тоске.

Он знает тысячи формул,

Но нету радости ему