Чтение онлайн

– В лес Гиз-Годолл? – ошарашенно переспросил Инзима. – А как же?…

– Что? – рявкнул Кос, зло сверкнув глазами. Он уже запрягал илори. – Волки размером с лошадь? Каким еще сказкам ты веришь? Разве я похож на трусливого мальчонку, которого на пути к мелину остановят глупости?

Инзима закусил губу и молча вложил кукри в ножны.

– Далековато, – выразил здравое сомнение Матаара.

– Придется сделать крюк. – На верного друга Кос не кричал. – Но к закату должны добраться. Если не пожалеем бедняг. – Он ласково погладил по мощной шее Деловушу, и та отозвалась гортанным коротким фырчанием. – Там ночь переждем и за дело.

– Главное, чтобы за день нас не опередили, – согласился Мат, снаряжая Полоску. – А ночью в лес никто не сунется. Только вот придется расстаться кое с кем здесь…

Командир прищурился, глядя то на Ри, то на одевающуюся торопливо Лодисс.

– Только тормозить нас будет, – напирал Мат. – А если место почуют другие… Он же первым…

– Сама с ним нянчишься, – жестко бросил Кос, обращаясь к Ло.

Небогляд коротко кивнула, проверяя затянутые ремешки, заколола последние остроконечные спицы в пучок волос и свистом подозвала Узелка. Невозмутимая и решительная, она не удостоила Ри и взгляда. И только Инзи успокаивающе похлопал его по плечу, всколыхнув и без того тревожное волнение.

– В дорогу! – прикрикнул Кос, самодовольно ухмыляясь.

Каждый в Старых землях знает, что Отэранги зол на людей и что рано или поздно Туманное ущелье завалит, и валуны погребут под собой всех, кто осмелится ночевать, почивать или просто отдыхать в одном из многочисленных постоялых дворов Атаранги, насаженных на узкую дорогу, как сушеные грибы на нить. Но кого это знание хоть раз останавливало? Местные смеются: "Умереть можно и от вывиха ноги. Даже искупавшись в реке, где самое глубокое место по колено, у тебя больше шансов утонуть". Такой легкомысленный подход успокаивал многих, но бывалые-то знали, утонуть в мелкой речке – шансы весьма не малы.

Обычно в Атаранги шумно во время завершения Охоты и начала Тишины – сезон пьяного кутежа, карглека и любовных утех с местными распутными девицами. Но когда селение посещают опасные путешественники, вот как сейчас, то привычный гомон, трескотня и базарная суматоха утихают и прячутся по закуткам. Охотники, задержавшиеся тут, стараются зазря не высовываться. Они же имеют право отдохнуть после ночи безудержного веселья! И пусть, объединившись, они и способны дать отпор даже каргхару с мелином в смертоносном клинке, но у охотников не было и быть не могло такой привычки: объединяться. Разрозненные отряды бились за небесные камни, никогда не договариваясь с коллегами по каржьему цеху. В Охоту они все были друг другу враги. И худший враг в Старых землях – это Коган Халла со Жнецом и отрядом отъявленных головорезов.

Они неторопливо въехали в Атаранги еще днем. Грязный вол тянул повозку с клеткой, в которой на соломе сидели двое чумазых, продрогших ребенка. Колеса шатались, вол еле держался на ногах.

Сторожить добычу остался весельчак Лиссо. Руда Рудам был отправлен разузнать новости и расспросить о мальчишке, сбежавшем от дяди. Нюхачу отряда Акти Мизуму Коган поручил договориться насчет илори, еды и бани. Но Руда знал, что тот, как всегда напьется и заснет там же, где наблюет, поэтому не спешил уходить, выслушав и приказы следопыту. А первым делом разыскал патрону домишко поудобнее и решил вопрос с женщинами, поэтому, когда Коган и Пото вошли в указанный двор, там ждали три пышногрудые красотки в нарочито пестрых нарядах с длинными, до земли, подолами, расшитыми самым безвкусным образом. Выбирать Коган не стал:

– Кто постарается лучше, ту одарю самой крупной хлазой в ее жизни.

Девахи растерялись, но, после мимолетного замешательства и прищуренного взгляда охотника, пронизывающего до дрожи, поспешили внутрь дома.

Охотник с мелиновым мечом в Атаранги… Давненько таких гостей не заезживало в Туманное ущелье, в самую срань Старых земель, всего-то в дне пути от границы с Дикими землями. Каргхары, заполучившие мелин, старались переехать поближе к Гавани Гирей, чтобы первыми услышать о новом наборе в личную охрану владетеля Тэи и прибыть на турнир без опоздания. Поэтому хеллизия в Старых землях больше походила на обычную резню, в Новых же землях борьба за мелин не была похожа ни на что. Зачастую побеждал не тот отряд, в котором больше охотников снаряжены мелинами, а тот, у кого вальзива оказывалась более приспособленной к сопротивлению силе соперника. Что бы ни рассказывали о фейерверках волшебства, глубинных превращениях и каннибализме, творящихся при самой настоящей охоте на мелин, все эти байки стоит смять и выбросить в нужник. Ни один из охотников не поведает правды постороннему.

Коган Халла никогда никому не рассказывал о том, как заполучил свой камень мечты. Даже верным соратникам. Хотя бы потому, что не верил в верность, считая ее сучкой, падкой на доброе отношение и готовой сменить лик за звонкую монету или даже пустое обещание.

Гвиртовым шаром, который был у Когана вместо правой кисти, он нежно касался кольца в эфесе Жнеца. Меч лежал на столе в деревянных ножнах, покрытых свиной кожей. Левой же рукой Коган жестко сжимал ягодицу одной из девок, самой пышнотелой, стоящей к нему спиной с задранным подолом и спущенным бельем. Он грубо входил в разгоряченное лоно женщины, тяжело дыша, резко и вальяжно, то ускорялся, то чванливо углублялся, замерев и стараясь достать дна удовольствия. Коган знал: если бы не прикосновения Жнеца, он бы завершил уже на первой бабе.

– Будешь?

Пото, сидя за дальним углом, поглаживал доски столешницы и пытался хоть что-то разглядеть за окошком, затянутым слюдой. Услышав обращение, он отрицательно мотнул головой и снова отвернулся. Спрятав под льняную рубашку веревочку, что висела на шее, он сложил руки на коленях и стал быстро перебирать пальцами многочисленные ремни, которыми он стягивал гвиртовые пластины перед охотой.

Девушка, упираясь о спинку кровати, украдкой любовалась Жнецом.

Постучавшись, вошел Руда Рудам. Он еще не успел снять защиту и обливался потом. Густые рыжеватые усы сплетались с бакенбардами и свисали грязными паклями.

– Разузнал? – гаркнул Коган так, что баба вздрогнула.

– А то, – похвалился Руда.

– Пшла! – Бородатый каргхар с поросячьими глазками и липкой кожей хлопнул звонко по ягодицам девки и оттолкнул ее от себя.

– Как там Акти? – спросил он, пока блудница торопливо натягивала пышное белье.

– Как обычно. Налакался и спит.

– Последний сезон его терплю. – Коган взял полотенце, вытер пот со лба и под расстегнутой рубахой. – Подыщем нового нюхача. Держи в уме.

Когда девка убралась, Руда доложил:

– Недоносок был тут. Собрался в Ноксоло. Его подобрал Косаль Таг.

У Когана задергался один глаз. Он не пересекался с Косом, но был наслышан о его честных принципах. Такие люди, по мнению Когана, не должны захламлять своей тягой к справедливости прямой и ясный путь крови любого каргхара. Он не уделил внимания последним словам, а только ухмыльнулся:

– Какая удача! Не ты ли мне давеча доносил, что в Ноксоло набирают ветхалей и обещают хорошую плату?

– Я.

– Который раз они пытаются ветхи собирать со староземельцев? Третий? Пятый? Но дело-то ведь нужное? Без податей и налогов никакого уважения к власти не будет. Нам же нужна работенка на тридцать пять льяд Тишины?

– А то!

– Еще и сорванец туда же путь держит. И тут не обошлось без Немервы! Эта богиня все-все знает о судьбах людей, и нам нет-нет да подкинет золотую монету в кошель заштопанного будущего. А?!

– Так значит, мы не будем его преследовать?

– Найди сначала, кому сбагрить близнецов, да подороже!

Руда развернулся и собрался уже выходить, когда в спину прилетели новые распоряжения:

– Раздобудь веники получше, да баб помоложе и порезвей! И жрачки!

Когда Руда ушел, Коган тяжело вздохнул и присел на край жесткой кровати, представляющей из себя мoреные дубовые доски, ладно приколоченные к спинкам и коротким ножкам.