Чтение онлайн

— Передать с рук на руки? — вспылила Линн. Голова у нее кружилась от счастья. — Ты говоришь обо мне, как о каком-нибудь строительном проекте.

Тейлор пожал плечами и с улыбкой повернулся к Клиффу.

— Кое-кто здесь умеет ремонтировать старые дома...

— Итак, когда же это свершится? — сказала Энн полчаса спустя, когда приготовили закуску и вино. Линн, по настоянию невестки, было позволено лишь пригубить бокал. — И не говорите мне «завтра» или что-нибудь в этом роде. Мне требуется время, чтобы подготовиться.

— У тебя есть ровно неделя, если считать со вчерашнего дня, — сказала Линн, снова занимая место на широких перилах крыльца. Клифф обнял за талию, словно боялся, что она может упасть. — Да и к чему какие-то приготовления? Мы не собираемся закатывать пир на весь мир. Только вы двое, Нита и Грант, да еще чиновник из муниципалитета, чтобы сказать подходящие случаю слова.

На лице Энн отразилось разочарование.

— Но... если вы не собираетесь рассылать кучу приглашений, то не получите и гору подарков, а ведь это так приятно.

Все, кроме Энн, дружно рассмеялись.

— Можете надо мной смеяться, — обиженным тоном изрекла Энн, — но вы лишаетесь половины удовольствия.

Клифф крепче обнял Линн.

— Я уже получил самый главный свадебный подарок.

— Должен признать, — заметил Тейлор, — что и то и другое сразу — это что-то вроде премии. Мне пришлось ждать три года, пока моя жена подарила мне вторую половину.

Линн заметила, что только Клифф не улыбнулся словам ее брата; убрав руку, он отошел и сел на стул в нескольких футах от нее.

Она понимала: в глазах Клиффа ребенок вовсе не является желанной и долгожданной премией, но надеялась, что со временем он полюбит их еще не родившегося первенца так же, как уже любит его она.

Если это и произошло, то Клифф не подавал виду. Напротив, он вел себя так, будто ничего не случилось. Он был добр, заботлив и предупредителен, исполнял все ее желания и прихоти. В постели он по-прежнему оставался для нее лучшим любовником, о котором она могла только мечтать, и она всячески пыталась угодить ему.

Только в его объятиях она в полной мере проникалась сознанием того, что он любит ее. Она чувствовала в нем глубокую неразделенную страсть и боялась, что не сможет до конца утолить ее. Ей чудилось, что он любит ее с отчаянием обреченного, для которого каждая ночь может оказаться последней. Не является ли это последствием его неудачного брака? Что, если он не может до конца довериться ей именно потому, что Джулия ушла от него и теперь и от нее, Линн, он не ждет ничего хорошего? Как доказать ему, что она будет любить его вечно? Или это следствие неких подавленных воспоминаний из далекого детства? Она ничего не знала об этом отрезке жизни Клиффа, кроме того, что детство у него было несчастным.

Время от времени Линн пыталась вызвать его на откровенность, но он уходил от ответов, спешил переменить тему разговора, смеялся и говорил, что его бесславное прошлое не достойно высокопарных слов. И ей не осталось ничего другого, как только идти у него на поводу. Ему, казалось, нравилось помогать ей обставлять детскую; когда она показывала ему вещи, которые покупала для будущего ребенка, Клифф в недоумении качал головой.

— Не может быть, чтобы человек был таким маленьким, — бормотал он, когда они распаковывали очередной сверток.

— Таким он будет недолго, — соглашалась она. — Но первые месяца два даже вот это, — она показала ему красные в белую полоску крохотные пинетки, — будет ему великовато.

— А почему ты называешь ребенка «он»? Разве ты не хочешь девочку вроде Аманды?

За прошедшие несколько месяцев Клифф и Манди успели подружиться. В канун Рождества, когда ей не хватало недели до одиннадцати месяцев, малютка поразила всех — мать, отца и тетку, — предприняв первую попытку самостоятельно ходить. Она протопала от кофейного столика до колена Клиффа, за которое и уцепилась с торжествующей улыбкой. Правда, вид у нее при этом был несколько перепуганный.

— Нет, — сказала Линн, кладя его ладонь на свой округлившийся живот. — Я хочу маленького мальчугана, похожего на тебя.

На мгновение Клифф изменился в лице, глаза его приняли холодное, отстраненное выражение, которое так пугало Линн в последнее время. Однако в следующую секунду он уже подхватил ее на руки.

— Я не мальчуган. Хочешь получить доказательства?

Она улыбнулась и, обвив его шею руками, сказала:

— Пожалуй, хочу. Докажи.

Клифф старался. Он понимал, что попытки его не всегда выглядят убедительными, но он честно старался. Ему казалось, что он уже убедил Линн и ее близких, будто не меньше их радуется будущему ребенку. Не мог он убедить только себя. К несчастью, у него возобновились боли в области кишечника, и теперь ему снова приходилось принимать лекарства. Он не знал, с чем это связано: то ли с необходимостью каждый день таскаться на пароме, то ли со свалившимися на него новыми обязанностями, то ли просто с сознанием, что он постоянно обманывает себя и других. Знал он другое — ему становилось все труднее притворяться, что он именно тот мужчина, который необходим Линн.

Он видел, что зачастую его реакция на ее слова или поступки — а возможно, отсутствие какой бы то ни было реакции — огорчает ее. Он любил ее, как не любил никого в жизни, но одновременно ему приходилось бороться с демонами, которые поселились у него в душе.

Ты не Логан Форман, твердил он себе в минуты смятения, когда казалось, что демоны одерживают верх. В твоих жилах нет ни капли его крови, а потому нет причин опасаться, что ты можешь превратиться в его копию. Ты должен бороться. Ты сильный, и ты любишь свою жену, как никого на свете.

Но тогда чья кровь течет в его жилах? Этот вопрос не выходил у него из головы.

Если мать говорила правду — а у него не было причин сомневаться, если только не принимать во внимание его собственное глубинное нежелание поверить в истинность ее слов, — тогда на кого он должен быть похож не только внешне, но и характером?

В нем жила потребность взять на себя ответственность за ложь Линн и не показывать виду, что он все знает. Он поступал так не только потому, что любил ее, но еще и потому, что в таком случае он мог почувствовать свое превосходство перед тем человеком, кровь которого, возможно, текла в его жилах.

Винсент Салазар, если я и твой сын, то я все же лучше тебя. Это была единственная мысль, которая согревала ему сердце.

Между тем неумолимо приближался день, когда на свет должен был появиться ребенок Линн.

Клифф хотел, чтобы она оставила работу, но она неизменно отвечала «нет».

— Я хочу получить квалификацию. Когда ребенок родится, я, разумеется, возьму недели две отпуска. К тому же Нита и Грант говорят, что не видят причин, почему я не смогу брать его с собой на работу. Клифф, для меня крайне важно сдать экзамены.