Тлеющие угольки
Шрифт:
Клифф надолго задумался, так что Линн пришлось нарушить молчание.
— Это не объясняет, почему ты пошел в бухгалтеры. Посчитал, что так ты сможешь заработать достаточно для того, чтобы самому стать хозяином?
Клифф улыбнулся и покачал головой.
— Ты сама знаешь, сколько нужно времени, чтобы младший эксперт заработал столько, чтобы можно было инвестировать в строительство. С таким же успехом я мог бы копить деньги, оставаясь простым рабочим. К тому же нужно признать, босса из меня все равно не получилось бы. Я был хорошим рабочим, но неважным строителем. Я слишком мало знал и не стремился узнать больше.
Клифф повернулся боком и поставил одну ногу на диван, согнув ее в колене. Линн вся затрепетала, когда его нога коснулась ее бедра. Он положил руку на спинку дивана и стал ласково перебирать пальцами завитки волос у нее на затылке. Линн вздрогнула, почувствовав, как руки ее покрываются мурашками, как набухают и твердеют соски. Оставалось утешать себя лишь тем, что Клифф ничего этого не замечал, потому что смотрел ей в глаза. Линн жаждала большего, однако вынуждена была сдерживать свои желания, понимая, что должна выслушать все до конца, чтобы понять наконец загадочную душу человека, за которого она имела счастье или несчастье — выйти замуж.
— Да я никогда и не помышлял о том, чтобы добиться чего-то большего, — продолжал Клифф, словно и не догадываясь, какими страстями обуреваема его слушательница. — Мне было восемнадцать лет, я делал то, что мне говорили, выполнял ту работу, которую мне поручали. И мне кажется, я выполнял ее хорошо, хотя со временем она и утратила прелесть новизны. В те годы мне как-то не приходило в голову, что я впустую трачу время, как впустую тратил деньги, которые зарабатывал. Я платил за квартиру, покупал какую-то еду, остальное же спускал в барах или в казино либо ходил с ребятами на бейсбол.
Клифф на минуту замолчал, и Линн догадалась, что он решает, стоит ли рассказывать ей о женщинах. Наконец он решил, что не стоит.
— И вот однажды я проснулся, и меня вдруг осенило: мне двадцать два года, а я занимаюсь точно тем же, чем занимался в восемнадцать. Я нисколько не вырос. Не изменился. По-прежнему жил от получки до получки, как какой-нибудь мальчишка. Но беда заключалась в том, что к тому времени я уже перестал быть мальчишкой.
— Все люди одинаковы, — заметила Линн, склонив голову набок с тем, чтобы он больше не теребил ей волосы, будя ее чувственность. — По крайней мере, большинство холостых мужчин ведут именно такой образ жизни. Они остепеняются, начинают откладывать деньги только после того, как заводят семью. А многие, насколько мне известно, не меняются даже после этого.
— Верно, но я как раз собирался жениться. Я понимал, что нужно что-то изменить, но не знал что и как. Я не знал, чего хочу от жизни. Знал лишь одно: не хочу всю жизнь провести на стройке.
Вид у него был сконфуженный, потерянный.
— Вернее сказать, это решила Джулия. Она все время твердила, что я достоин большего. Она была на пару лет старше, уже закончила колледж, работала в компании по производству компьютерных программ и получала приличные деньги.
А потом в один прекрасный день я свалился с лесов и сломан ногу. — Клифф машинально потер бедро. — Перелом был как нельзя более некстати, потому что мы уже назначили день свадьбы.
Линн положила ладонь ему на бедро и принялась растирать его. Клифф понимал, что это не больше чем невинное сочувствие с ее стороны, однако сердце его учащенно забилось.
— Боже мой, Клифф, — испуганно пролепетала она, глядя на него исполненными тревоги глазами, как будто он сломал ногу только вчера.
Клифф взял ее ладонь в свою и поднес к груди, словно решив, что так будет безопаснее. Он вытянул ноги и положил их на кофейный столик, а Линн привлек к себе. Теперь ее голова покоилась у него на груди. Линн замерла.
— Подожди, что ты?.. — попыталась протестовать она, но Клифф с мягкой улыбкой ладонью прикрыл ей рот, не дав договорить.
— Тсс, нам обоим так будет удобнее, — успокоил ее Клифф.
Через минуту она уже расслабилась и доверчиво прильнула к нему. Обняв одной рукой, он нежно поглаживал ее по щеке, чувствуя, как неумолимо нарастает в нем желание.
— Пока я валялся с переломом, — продолжал рассказывать он, — я чуть не свихнулся от безделья. Однажды в апреле кто-то из ребят попросил меня проверить, правильно ли заполнена налоговая декларация. Все знали, что я отлично считаю; я всегда замечал, если бухгалтерия допускала ошибку в моей платежной ведомости. Этот парень потом сказал, что я сэкономил для него пятьдесят монет, а Джулия обвинила меня в том, что я задаром делаю работу, за которую другим платят деньги. Тогда-то я и задумался.
— И пошел в вечернюю школу? — зевнув, спросила Линн. — А днем продолжал работать?
— Точно, — ответил Клифф, ладонью закрывая ей глаза. — Это были три года напряженных занятий, плюс еще работа. Так что времени на глупости уже не оставалось. Возможно, именно в это время наш брак с Джулией дал трещину.
Но я лишь делал то, чего хотела она, к чему подталкивала меня. Нет, не пойми меня превратно. Я и сам хотел этого, и все же движущей силой была именно Джулия. Она посоветовала мне вложить деньги в акции компании, в которой работала, и я неплохо наварил на этом. Я стал вкладывать деньги, и мне везло. В общем, через год я уже мог позволить себе бросить работу, чтобы целиком посвятить себя учебе. Нагрузка была колоссальная, но я рос на глазах.
Но задолго до этого, когда я еще работал, посещал вечернюю школу и старался быть хорошим мужем, у меня на почве постоянного стресса развился странный недуг с неудобоваримым научным названием, на деле выражавшийся в сильных болях в области брюшной полости.
– Клифф пожал плечами. — Эта болезнь пагубно отражается на... э-э... некоторых внутренних органах. К счастью, мне прописали хорошее лекарство.
— Я помню. — Клифф поймал на себе встревоженный взгляд Линн. — Тебе снова пришлось принимать эти лекарства, когда мы жили вместе. Значит, я, как раньше твоя первая жена, тоже послужила причиной стресса.
— Нет! — в сердцах воскликнул Клифф. — Не забывай, когда мы жили с тобой, у меня только что появилось новое дело и мне приходилось чертовски много работать. Наши отношения здесь ни при чем. С тобой все было не так, как с Джулией.
Разумеется, обстоятельства, сопутствовавшие их браку, а именно беременность Линн неизвестно от кого, лишь усугубляли состояние стресса. Но это была не ее вина. И Клифф хотел, чтобы она наконец поняла, что он не винит ее. Его никто не заставлял жениться на ней. Это было его решение, он сделал это по собственной воле.
— Линн, ты подарила мне счастье. Ты заставила меня улыбаться, радоваться жизни, несмотря ни на что. Если бы не ты, мне, скорее всего, было бы гораздо хуже. — О, если бы еще не эта твоя беременность, хотел добавить он, но сдержался. — Счастье с Джулией было мимолетным. Я всегда чувствовал, что не оправдал ее надежд. В этом-то все и дело. Она...
Обратив внимание, что Линн как-то притихла, Клифф спросил:
— Тебе, должно быть, неприятно, что я рассказываю о своей первой жене?
Ответом ему было лишь ее легкое дыхание. Линн мирно спала. Клифф осторожно, боясь разбудить, просунул руку ей под колени и встал, держа ее на руках.