Чтение онлайн

А то вдруг вернётся и заставит переодеваться при нём. С него станется.

Запираюсь и быстро переодеваюсь. Закидываю мокрые вещи в сушилку. Блин, вот не хочу я заботиться об этом придурке, но он ведь тоже намочил все свои шмотки. Не пойдёт же домой в вещах Ильи?

Вздыхаю и понимаю, что не буду запускать сушилку, пока не возьму его одежду. Чёртова вежливость. Ну и зачем мне это качество нужно? Разве такие люди, как Матвей заслуживают, чтобы к ним относились по-человечески?

Выхожу в коридор и как раз сталкиваюсь с мажором. В руках у него его вещи, а на нём спортивные штаны и футболка. Причём штаны висят на бёдрах так низко, что кажется ещё чуть-чуть и свалятся.

– Кхм, давай подсушу твою одежду, – смущённо тяну руки.

Закидываю в сушку, включаю нужный режим. Всё это время мажор стоит у входа в ванную комнату, подпирает дверной косяк и пялится на меня. Щёки полыхают, стараюсь не думать ни о чём.

В комнате я подтаскиваю ноутбук к кровати. Думаю, как бы сесть куда подальше. Но Матвей меня притягивает к себе. Берёт бразды управления в свои руки, что-то клацает в браузере и вскоре на экране появляется видео. И понимаю, что никакое это не кино.

Я ошеломлённо смотрю на девушку во фривольном костюме горничной, которая призывно наклоняется и вытирает что-то с пола. А к ней навстречу выходит накачанный мужик в одних трусах, но с галстуком. Что? Да он издевается надо мной!

– Матвей… – ошеломлённо произношу я.

Девушка на экране уже скидывает с себя одежду, оставляя на теле только тонкую линию стрингов. Мажор прикрывает мне глаза ладошкой и смеётся. Я же просто прирастаю к кровати. Звуки-то слышны. И «кино» явно переходит в стадию активности.

Меня в жар бросает от неловкости момента.

Но спустя пару минут всё заканчивается. Наступает тишина. Даже какая-то оглушающая.

– Прости. Не стоило это затевать. Забыл, что ты такая… стеснительная. Лучше бы мульт про пони включил, – продолжает стебаться мажор.

Сердце стучит уже где-то в ушах. Он реально пошутил. Но если бы заставил меня смотреть это… я, кажется, даже не удивилась бы. Кошмар. Я никогда не видела такие фильмы для взрослых, и не горю желанием узнать подробности, что там показывают.

За кого он меня принимает? Зачем так забавляется надо мной?

Сам ведь понял, что не было у меня никого. Что я в этих делах совершенно ничего не смыслю. А может быть это именно ему и нравится во мне? Потому что я невинна? Привлекает его такое положение вещей?

– Лучше ты всё узнаешь на своей практике, – вдруг говорит он мне в самое ухо.

И его язык… касается мочки уха. Он обхватывает кожу и вбирает в себя, а затем прикусывает зубами. По всему телу бегут мурашки.

Я испуганно дёргаюсь, его ладонь слетает с моего лица, а я чуть ли не падаю с кровати. В последний момент Матвей перехватывает меня за талию и рывком возвращает на место. На монитор я даже боюсь смотреть.

– Расслабься, конфетка. Ничего такого мы смотреть не будем. Пока.

Как обнадёживающе звучит.

– Итак, что предпочитаешь? Ужасы, боевик, комедию или может быть… – его взгляд скользит по моему лицу. И ничего хорошего в нём нет. – Хочешь посмотреть что-то романтическое? Слезливую мелодраму про любовь?

– Ужасы.

Потому что моя жизнь именно в это и превратилась с его появлением.

Матвей спокойно хозяйничает в моей кровати. Подтягивает подушки повыше, ноутбук поближе. Я же понимаю, что даже если очень захочу, мы всё равно будем с ним слишком близко друг к другу. Лишь бы не стал и дальше продолжать свою атаку на меня.

Сажусь максимально далеко, но Матвею это не нравится. Тянет к себе. Закидывает руку мне за плечо, и мы реально начинаем смотреть какой-то жутко страшный фильм. Мало того, что там в доме все какие-то маньяки, которые желают друг другу глотки перерезать, так ещё и призраки неожиданно появляются.

Я постоянно прикрываю глаза. Смотреть такое кино неприятно и безумно страшно. Чувствую, что отсутствие сна мне сегодня гарантированно.

В какой-то момент к нам в комнату стучат. Дверь открывается и на пороге появляется мама. Она окидывает нашу мирную компанию взглядом. На её лице появляется запоздалое подозрение.

Где ты мама была полчаса назад или больше?

Когда мажор меня целовал насильно и купал в бассейне?

Это сейчас он вообще паинька. Вон даже руки не распускает. Я прямо даже не знаю, что и думать теперь. Неужели закончилась его фантазия в плане издевательств? Или просто готовит что-то масштабное?

– Как тут у вас дела? Всё мирно?

– Спасибо, Ольга Васильевна, всё просто отлично. Смотрим кино.

Она кивает. Переводит взгляд на меня.

– Всё хорошо, – выдавливаю из себя.

– Поскольку время позднее, Кирилл Юрьевич предлагает тебе остаться тут на ночь. Зачем ехать сейчас, завтра ведь выходной, можно будет пожарить шашлыки на заднем дворике. Отдохнуть.

– Замечательная идея.

О нет. Я мгновенно холодею. Этого ещё не хватало. Если Матвей днём себя ведёт так, то вдруг ему ночью что-то в голову взбредёт? Он ведь может. Определённо точно может придумать что-то порочное и неправильно.

От этих мыслей я тут же цепенею настолько, что всё тело превращается в одну натянутую стрелу. Забываю, как дышать. Забываю, что есть возможность ещё всё остановить.

Нужно только сказать маме, что тут всё не так просто. Что Матвей меня достаёт. Навязывает своё общество, ведёт себя вызывающе и неподобающе…

Но момент упущен. Мама разворачивается и покидает мою комнату. А я поражённо смотрю ей вслед. Мне конец. Я просто не справлюсь со своим бешеным сводным братом. Хотя теперь… язык даже не поворачивается его так называть.

Не сразу понимаю, что что-то меняется. Что по плечам вдруг раскатывается какое-то непрошенное тепло. Хочется мурлыкнуть от удовольствия…

Чёрт! Матвей массирует мне спину!

Я дёргаюсь и подскакиваю с места.

– Что не так, конфетка? Неужели тебе наскучило моё общество?

Снова издевается. Если он полчаса смог смирно рядом со мной лежать, это вовсе не значит, что я решила, что он нормальный. Это значит, что он просто не придумал очередной пакости или в процессе разработки чего-то особенного.

– Я тебя боюсь, – выдаю я уже в открытую.

– Да не буду я ничего делать. Девочкой останешься, зуб даю.

– Это не внушает доверия. Ты меня поцеловал, – шиплю я.