на главную - закладки

Чтение онлайн

КНИГИ

switch

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Том 5. Стихотворения, проза
на обложку

Бальмонт Константин Дмитриевич
Шрифт:

Обратный путь

Пройди от фиолетовых до красных Все красочные в радуге пути. Чтоб тайное вещание найти, Взгляни в живой венец расцветов страстных. Влюбись в фиалку. Незабудок ясных, Осок нарви. И лютик расцвети. Настурций куст меж маков помести. И роз возьми, из самых полновластных. Приблизься к ним. Читай глазами их. Вдыхай. Пьянись всей тайной их загадок. Пчеле миг встречи с венчиками сладок. От лепестков струится вихрем стих. Ты к молниям пришел. Подслушай их. Они поют сонетами из радуг.

Полная чаша

Цветок с цветком, цветы поют цветам, Всей силой посылаемых дыханий, Струей пыльцы, игрой восточных тканей, Приди, любовь, я все тебе отдам. И слышно здесь, как пламенеет там, За гранями, кадильница сгораний, Жасмины, розы, головни гераней, Пожары, посвященные звездам. Пока на дне небес проходят токи, Певучие ряды, к звезде звезда, Влюбилась в берег здешняя вода. Два облика. Они зеленооки. И слышен вздох: «Тобою счастлив я». И вторит нежный вздох: «Твоя. Твоя».

Рождение любви

Любить – живых учила красногрудка. Вся серая была она в раю. Сидела на утесе, на краю. А мир кругом был смех, и всклик, и шутка. И думала крылатая малютка: «О чем они? О чем и я пою? Любить не нужно все. А лишь мою». И в этот миг у ней зарделась грудка. И птичка полетела по кустам. Тогда впервые заалели розы, Гвоздики, маки, целый алый храм. И кровь любовью брызнула к сердцам. И молния, узор небесной грезы, Велела быть грозе и лить дождям

Удел крылатых

Две птички видеть – нежно и досадно. Их две, так, значит, нет здесь ни одной, А будет третья, чтоб опять весной Вдвоем единый лик разрушить жадно. Когда жь одна – как жалко, безотрадно. Она в тревоге. Сердце шепчет: «Пой!» И вот поет, чтоб взятой быть судьбой, И, здесь пожив, лететь к чужбине стадно. Люблю я все же более – одну, Когда она поет, дрожа, тоскуя, Душа к душе, в желанье поцелуя. Высокий миг – создать свою струну, Струить жемчужный дождь, сердца волнуя. Свой жемчуг лить в чужую глубину.

Закон природы

Природа – прихотливейший творец. От простоты всегда уходит в сложность. Ей побеждать желанно невозможность. Повсюду рассыпать дожди колец. Нигде не говорит она: Конец. Чуть сотворит, и тотчас, осторожность С мечтой слияв, крепит свой храм Всебожность, Играя миллионами сердец. По клавишам несчетных ощущений Бегут персты, легчайшие, чем сон. Гудит от звезд дрожащих небосклон. Еще цветов, зверей, и снов, и рдений. И лестница всемирных расхождений Растет, а прихоть – строгий здесь закон.

Знание вне знанья

Есть знание вне знанья в существах. Внушаемость. Открытость вечным чарам. Мир никогда, живя, не будет старым, Пока есть сердце, жгучий есть размах. В животных, в рыбах, в птицах и жуках Есть власть светится тем цветным пожаром, Что, рдея, по зеленым льется ярам И искрится алмазами в снегах. Соотношенье красок. Здесь не только Самозащита от зловражьих глаз, Но просто лад, втекающий в рассказ. Когда порхает маленькая молька, Она изображает Смерть и Ночь. Ты жил? Усни. Ты был? Уйдем же прочь.

Зеркало в зеркало

Чтоб дух горел в чарующем алмазе И мысль играла в радугу и гром, Идут пиры в пространстве мировом, Различья форм, цветных разнообразий. Светло лететь по зову звездных связей, Красиво каплей, чей так мал объем, Упасть с высот в звенящий водоем. Быть звуком в убедительном разсказе. Мне чудится, что, если любим мы, И милой сердцем ткем наряд венчальный, В пустыне звезд, как в музыке зеркальной, В тот час поют всезванные псалмы, Как здесь снежинки в светлый миг зимы В душе у нас рождают стих кристальный.

Бронзовка

У бронзовки, горячего жука, Блестящего в дни майского горенья, Полдневней, чем у майских, власть влюбленья, И цвет зеленых крыл – как лист цветка. В нем краска изумруда глубока, С игрою золотого оттененья. Здесь Солнцем и Землею завлеченье, Здесь долгая влюбленность в свет листка. Сознание гармонии окраски, Упорно ощущаемое тем, Кто пламенно живет, хоть с виду нем. Внушаемость теченьем общей сказки. Так у детей горят как звезды глазки: – Ведь дух детей открыт созвездьям всем.

Павлин

Как исполинский веер, хвост павлина, С большим числом изящнейших зрачков, Раскроется как россыпь синих ков, Чарует как лазурная картина. Самец, с покорным ликом властелина, Бросающего множество даров, Быть красочным еще и вновь готов, Чтоб породить с царицей дочь и сына. Но в таинство рождения вступить Чрез таинство любовного слиянья. Таинственная чувств и мыслей нить. Порабощенье волею сиянья. Созданье красок, грез, и расцветанья, Чтобы один глоток любви испить.

Тайна раковин

Есть в очертаньи раковин морских Извив волны лазурной океана. Есть отсвет в них огней зари, что рано И поздно льет в волну жемчужный стих. В них есть и лунный свет, что нежно тих И чародеен в час, когда Светлана Восходить розовата и медвяна, И ворожит теченье чар густых. Глубинные – приемлют трепетанья, Покорно подчиняясь без конца И раскрывая створки, как сердца. А в той, что всех открытей пьет влиянье, Слиянный поцелуй созвучных сил Себя, как грезу, жемчугом явил.

Танец любви

Над той чертой, где льнет до суши море, Я видел: в дне сентябрьском пронеслось Сто тысяч обнимавшихся стрекоз, Летя попарно в этом дружном хоре. Как рой счастливых душ вились в просторе. К закату, выше моря, трав, и рос, Как будто звал их лучевой откос, И подчинились нежные, не споря. До солнца. К тем расплавленным огням. К рубинам, утопающим в опале. Неслись. Взнеслись. Растаяли. Пропали. Летя по лучезарным ступеням К горнилу зорь. Завлечены багрянцем. Циклоном огневым. Любовным танцем.
1234567891011-97
Поделиться с друзьями:
© 2024 xBook

Почта для связи: xbook.shoplift810@passfwd.com