Чтение онлайн

СТЕЛЛА. Да нет… Из всей их компании один только Стэнли пробьется.

БЛАНШ. Почему ты решила?

СТЕЛЛА. А ты посмотри на него.

БЛАНШ. Смотрела.

СТЕЛЛА. Тогда нечего спрашивать.

БЛАНШ. Должна тебя огорчить, но печати гения я что-то не заметила и на челе у Стэнли. (Снимает блузку и стоит в свете, проникающем сквозь портьеру, в розовом шелковом бюстгальтере и белой юбке.)

Картежники продолжают игру, голоса их слышатся словно бы издалека.

СТЕЛЛА. При чем тут чело, гений?

БЛАНШ. А как же тогда? Интересно.

СТЕЛЛА. В нем — сила! Ты стоишь на самом свету, Бланш.

БЛАНШ. Ах, да… (Выходит из желтой полосы света.)

СТЕЛЛА (снимает платье, надевает легкое кимоно из синего атласа. По-девичьи звонко рассмеялась). А посмотрела бы ты, что у них за жены!

БЛАНШ (смеясь). Представляю себе. Дюжие бабищи, телеса…

СТЕЛЛА. Знаешь эту, наверху? (Смеется все громче.) Как-то раз она… (Смех.) У нас штукатурка… (новый взрыв смеха) с потолка посыпалась…

СТЭНЛИ. Эй наседки, хватит!

СТЕЛЛА. Вам же не слышно.

СТЭНЛИ. Зато вам меня слышно… говорю — потише!

СТЕЛЛА. А я у себя дома: хочу — и разговариваю.

БЛАНШ. Стелла, не лезь на рожон.

СТЕЛЛА. Он выпил. …Я сейчас. (Уходит в ванную.)

Бланш встает, медленно, словно нехотя, подходит к маленькому белому радиоприемнику, включила.

СТЭНЛИ. Митч? Твое слово…

МИТЧ. Что? А… Да нет, пасс.

Бланш снова вступает в полосу света. Подняла руки, закинула за голову и, потягиваясь, лениво, небрежной походкой проходит к своему стулу. Из приемника — румба. Митч встает.

СТЭНЛИ. Кто там включил?

БЛАНШ. Я. А что?

СТЭНЛИ. Выключите.

СТИВ. Да пусть девочки послушают, а то им скучно.

ПАБЛО. Жалко тебе? Ей-богу, хорошая музыка…

СТИВ. Похоже — Зевьер Кьюгет.

Стэнли вскакивает, метнулся к приемнику, выключил. Заметив сидящую на стуле Бланш, резко задерживается. Она выдерживает его взгляд, глазом не сморгнув, и он снова садится за карты. Играющие тем временем заспорили.

Не помню, чтоб ты назначал столько.

ПАБЛО. Сколько я объявлял, Митч?

МИТЧ. Не слышал.

ПАБЛО. Где же ты был?

СТЭНЛИ. Глазел за портьеру. (Вскакивает, зло задернул занавеску.) Придется пересдать. Да и вообще играть так играть или по домам. Иному не сидится, когда выиграет — зуд в штанах. (Садится.)

Митч встает.

(Кричит.) Сиди!

МИТЧ. Я в туалет. Сыграйте с болваном.

ПАБЛО. Еще бы ему не зудело — семь пятерок зажал в кармане.

СТИВ. Завтра с утра наменяет на них двадцатипятицентовиков.

СТЭНЛИ. Да и скормит дома, по монетке, поросеночку, все в кубышку, которую маменька подарила к рождеству, — оно вернее. (Сдавая карты.) А! играй — не играй…

Митч смущенно смеется и проходит за портьеру. Остановился.

БЛАНШ (негромко). А детский уголок — занят…

МИТЧ. Знаете, пиво…

БЛАНШ. Терпеть не могу.

МИТЧ. В жару — единственное спасенье.

БЛАНШ. Не для меня. Я от пива только раскисаю. Найдется у вас сигарета? (Накинула темно-красный атласный халатик.)

МИТЧ. Конечно.

БЛАНШ. Что у вас?

МИТЧ. «Лакки».

БЛАНШ. Сойдет. Славный у вас портсигар. Серебряный?

МИТЧ. Да. Прочтите, что на нем.

БЛАНШ. О, есть и надпись! Не разберу…

Он зажигает спичку, подвинулся ближе.

У-у. (Читает намеренно с запинкой.)

…И если даст господь,

Сильней любить я стану… после смерти!

О… миссис Браунинг!.. из моего любимого сонета.

МИТЧ. Вы знаете?

БЛАНШ. Ну как же!

МИТЧ. У надписи целая история.

БЛАНШ. Совсем как в романе.

МИТЧ. Не очень веселом.

БЛАНШ. Вот как…

МИТЧ. Да, теперь эта девушка уже умерла.

БЛАНШ (участливо). О-о!..

МИТЧ. Когда дарила, она уже знала, что не выживет. Очень странная была девушка, такая милая, очень!

БЛАНШ. Любила вас, наверное. Больные так привязчивы, так глубоки и искренни в своих чувствах.

МИТЧ. Да, верно. Они умеют.

БЛАНШ. Кажется, так уж заведено: в страдании люди искренней.

МИТЧ. Конечно: искренность в людях от горя.

БЛАНШ. Да она и осталась-то теперь только у тех, кто страдал.

МИТЧ. Да, пожалуй.

БЛАНШ. Так оно и есть. Покажите мне человека, и если он не хлебнул горя, ручаюсь, он не… Послушайте! У меня что-то язык заплетается. А все из-за вас, мужчины. Представление кончилось в одиннадцать, а домой нельзя — игра!.. вот и пришлось нам завернуть выпить. Я не привыкла больше одной рюмки, две — уже крайность, а три!.. (Смеется.) Сегодня — три.

СТЭНЛИ. Митч!

МИТЧ. Сыграйте без меня. Я разговариваю с мисс…

БЛАНШ. Дюбуа.

МИТЧ. Дюбуа?

БЛАНШ. Французская фамилия. Она значит «деревья», а Бланш — «белые»: белые деревья. Весенний сад в цвету… По нему вы и запомните мое имя и фамилию.

МИТЧ. Вы француженка?

БЛАНШ. Выходцы — из Франции. Первые Дюбуа, переселившиеся в Америку, были французами, гугенотами.

МИТЧ. Вы со Стеллой — сестры?

БЛАНШ. Да, Стелла — моя любимица, маленькая сестренка. Я говорю — маленькая, а она постарше. Чутьчуть. Нет и года. Выполните одну просьбу?

МИТЧ. Конечно. Какую?

БЛАНШ. Я купила в китайской лавке на улице Бурбон бумажный фонарик. Прелестной расцветки. Прикрепите к лампочке. Вам не трудно?

МИТЧ. Почту за счастье.

БЛАНШ. Не выношу этих голых лампочек. Все равно что сальность или хамская выходка.

МИТЧ (прилаживая фонарь). Боюсь, мы для вас неподходящая компания — грубый народ.

БЛАНШ. А я легко приспосабливаюсь.

МИТЧ. Прекрасное качество. Приехали погостить?

БЛАНШ. Стелле нездоровится, вот и приехала ненадолго, надо помочь. Она так похудела.