Третий глаз-алмаз
Шрифт:
– Стараюсь быть внимательной, – улыбнулась я, – но порой теряю мобильный, он маленький, сам вываливается.
– Вам нужен пояс, – сказала продавщица.
– Простите? – не поняла я.
Девушка приподняла свою блузку.
– Вот, глядите. Вдеваете ремень в петли на брюках или в поясе юбки, фиксируете специальными кнопками-зажимами по всей длине. Сорвать его невозможно, но пояс очень мягкий, движений не стесняет. Видите два кармана? В боковой вкладываете мобильный, он засовывается до щелчка, и выскакивают лапки, которые не дают телефону вывалиться! Хоть на голову встань, сотовый не шевельнется. Зазвенит звонок, кнопочку нажимаете, вот так! Опля! Болтаем спокойно!
– Удобная вещь, – согласилась я, – но, боюсь, я забуду положить аппарат в карман после беседы.
– Цепочка есть, – пояснила продавщица, – вы ее пристегиваете, отпускаете мобилу, она повисает… Ловко придумано. Берите, последний остался, немцы делают, они в этом понимают. И стоит подъемно! Вот, гляньте!
Девушка опустила блузку, достала с полки коробку и положила на прилавок.
– Для кошелька есть свой карман, – тараторила она, – сзади заправляется внутрь, загибается за пояс, ну ни один вор туда лапу не засунет. Там тоже фиксаторы, держат хорошо, ни за что не откроются сами по себе. А вот если вы кнопочку нажмете, то кошелечек выскочит, он тоже на цепочке. Стопроцентная антивандальная гарантия.
– Давайте, – согласилась я.
– И собачку берем?
– Непременно.
– Скидочку сделаю, за игрушечку тогда ровно полтысячи, – решила обрадовать меня девушка, – и талончик на кофе. Кто у нас покупает, тому обеспечен бесплатный латте на втором этаже, только покажите квиточек!
Я вполне способна заплатить за чашечку бодрящего напитка, но подарки всегда радуют.
– Спасибо, очень мило с вашей стороны, – поблагодарила я продавщицу.
– Спасибо, что зашли в наш магазин, – продемонстрировала хорошее воспитание девушка. – Давайте поясок на вас наденем, сразу и телефон, и кошелечек уберем. Так, задний кармашек за джинсы загнем… Удобно?
– В принципе, да, – кивнула я, – хотя ощущение немного странное.
– Привыкнете, – пообещала девушка, – обратите внимание, какие немцы предусмотрительные. Карман для кошелька внутри кожаный, а снаружи, там, где он к телу прилегает, обшит фланелью! Ну, достаньте сотовый. Ой, здорово! Нравится?
– Отличная вещь, спасибо, – кивнула я и пошла к двери.
– Кофейку попить не забудьте, – крикнула мне вслед продавщица.
Я поднялась на второй этаж, отдала купон официанту и была обласкана по полной программе. Меня усадили на удобный диванчик, принесли стакан с латте, два небольших печеньица, и все это с ласковой улыбкой и заявлением:
– Угощение абсолютно бесплатное!
Я очень хорошо знаю, что в качестве подарков в магазинах, как правило, раздают залежалый товар не самого первоклассного качества, поэтому сейчас осторожно отхлебнула кофе и пришла в восторг. Жизнь показалась прекрасной. Ну-ка, посмотрим полученную от Тельмы Генриховны визитку.
Я вынула из сумки белую карточку. «Мирошниченко Ирина Вадимовна, менеджер по работе с клиентами, фирма „Солс“. Ну неужели трудно указать, чем занимается контора? Некоторые люди явно переоценивают свою известность и значимость!
Пальцы нащупали на новом поясе нужную кнопочку, нажали на нее, раздался тихий щелчок. Сотовый очутился в руке. Настроение у меня стало еще лучше: продавщица не обманула, немцы сделали замечательное приспособление, жаль, что пояс был последним, непременно нужно купить подобный Маше, Зайке, Оксанке, Ирке…
– Фирма «Солс», мы рады вам помочь, – заученно сказал женский голос.
– Позовите Ирину Вадимовну Мирошниченко, – попросила я.
– Она в данное время отсутствует.
– А когда вернется?
– Очень прошу простить, Ирина повела клиента на демонстрационную площадку. Может ли кто-нибудь ее заменить?
– До которого часа Мирошниченко будет на работе? – поинтересовалась я, бросая взгляд на часы.
– Мы открыты для вас круглосуточно.
– Наверное, Ирина все же уходит спать! – предположила я.
– Сегодня ее смена.
– Значит, я могу приехать даже в полночь и ее застану?
– Обязательно, мы работаем для вас, – заученно повторила собеседница.
К сожалению, люди, которые придумывают правила дорожного движения, иногда ошибаются, забывая про то, что шоферу подчас требуется развернуться. Я аккуратный водитель, поэтому сейчас ехала в левом ряду, напряженно всматриваясь в знаки. Ну где же нужная стрелка? Похоже, придется катить до Петербурга! Так и не увидав разрешения на разворот, я посмотрела в зеркальце. Может, нарушить? Вот Аркадий бы не сомневался! Магистраль пустынна, она явно не пользуется популярностью у шоферов и, скорей всего, закончится тупиком! Пешеходов тоже не видно! Эх, была не была! Я предусмотрительно включила поворотник, крутанула рулем и мгновенно оказалась на противоположной стороне дороги. Фу! Вовсе не страшно! Естественно, на оживленном шоссе среди мощного потока автомобилей я бы никогда не решилась на столь наглый маневр! Но сейчас-то вокруг никого нет, я не создала аварийную ситуацию, и меня не видела ни одна душа! Можно спокойно направляться к Мирошниченко.
И тут из-за ларька с газетами, размахивая полосатым жезлом, выскочил гаишник. Я вмиг вспотела – вот оно, Дашуткино счастье во всей красе! И откуда он только взялся на мою голову?
Припарковавшись у бордюра, я опустила стекло и заискивающе заулыбалась, глядя, как плотная фигура в форме медленно приближается к «букашке». Чем короче становилась дистанция, разделявшая нас со стражем дорог, тем сильнее меня охватывало уныние. Да уж, с этим, мягко говоря, немолодым дядечкой договориться будет трудно, похоже, он поступил на службу в тот год, когда я появилась на свет. Ну, моя дорогая, ты влипла.
– Старший лейтенант Приходько, – мрачно козырнул дед, – документики попрошу.
– Пожалуйста, пожалуйста, – заверещала я, – права, страховка, техпаспорт, у меня много лет безаварийной езды!
– Что же вы, гражданка Васильева, нарушаете, – с укоризной протянул Приходько. – Ладно бы тока за руль сели и головы не имели, но ведь возраст уже почтенный, а ведете себя по-детски! Пересекли двойную сплошную!
– Извините, – забормотала я, – это случайно вышло!
– А мне думается, нарочно, – иезуитски протянул лейтенант. – Лучше признать свою вину честно, тогда мы договоримся! Очень не люблю нераскаявшихся преступников, испытываю желание наказать их по полной!
– Ой, виновата, – чуть не заплакала я, – торопилась по делу!
– Так, – закивал гаишник, – уже лучше.
– Вот и решила: никто не увидит!
– Совсем хорошо, – улыбнулся Приходько, – теперь попросим прощения!
– У кого? – удивилась я.
– У меня, – пояснил лейтенант, – я страдаю, когда вижу факт вопиющего наплевательства на правила.
– Виновата, исправлюсь. – опустила я голову, – больше это не повторится.
– Правильное поведение, – обрадовался Приходько, – уважительное раскаяние. Я вас отпущу без последствий, вот только, ну… кхм… не могли бы вы мне тысячу рублей разменять, по две!
– Тысячу по две? – не поняла я. – То есть по пятьсот?
– Нет, – закатил глаза лейтенант, – одну по две! Я покажу вам одну бумажку и уберу, а вы мне две такие дадите!
– Понятно, – кивнула я и открыла сумку.
В первую минуту, не обнаружив портмоне на месте, я испугалась, но потом вспомнила про пояс и попробовала дотянуться до кармана. Руки не хватило.
– Чегой-то вы так странно выгибаетесь? – насторожился Приходько.
– Пытаюсь выудить кошелек, – пропыхтела я.