Чтение онлайн

– Не нашего полета птичка, – протянула Лиза, – хорошо, слушай.

Через десять минут исповеди госпожи Гинзбург я очень порадовалась тому, что никто из моих домашних не поет на сцене песни про любовь. Похоже, в мире шоу-бизнеса бытуют весьма своеобразные представления о порядочности, любви и долге.

Юра поднялся в середине девяностых, написал несколько мелодий для группы «Сладкий июнь» и разбогател. Три мальчика, голосившие про цветущую сирень, падающие звезды и белые облака, гребли деньги лопатой. Бойбэнд колесил по всей России, собирал стадионы, а Юра пек новые хиты, мало чем отличающиеся друг от друга. Публика ломилась на концерты, певцы зазвездились, подсели на кокаин, стали срывать гастроли, потом переругались из-за денег, решили начать каждый по отдельности сольную карьеру и сгинули в неизвестности. Юра не растерялся, занялся певицей Амантой, вложил в нее деньги, написал парочку хитов, вывел красотку на сцену и стал получать прибыль. Но тут Аманту приметил богатый «папик», он предложил девочке руку, сердце и кошелек в придачу. Это был тяжелый удар, но Гинзбург перенес его стойко и сделал нужные выводы. Следующим его проектом оказалась Вишенка – девушка из очень обеспеченной семьи. Богатый отец согласился вложить немалые средства в раскрутку дочери, не пожалел денег на оплату ротаций на радио, телевидении, на интервью и съемки. В результате Вишенка, все с теми же песенками про цветочки – облака – раненое сердце, весьма успешно заняла свою нишу, позвездила два года, затем устала и уехала в Лондон учиться. А Юра основал продюсерский центр и стал искать новые таланты. Гинзбурга считали богатым и влиятельным. Юра оброс связями, но вот с деньгами дела обстояли не так уж и радужно. Нет, Юра ездил на «Бентли», «Мазератти», «Порше» с шофером, имел роскошный загородный дом, носил Гуччи – Прада – Кавалли. Но никто не знал, что пафосные автомобили ему давали в качестве рекламной акции салоны, водила месяцами не получал зарплату, а особняк на Рублевке Юрка получил в качестве отступных, когда развелся со своей первой женой. Сделка произошла в доисторические времена, мало кто помнил, что Гинзбург был когда-то женат на дочери академика, и тесть, мечтавший избавиться от неприятного зятя, отдал ему дачу.

Иногда ситуация бывала парадоксальной. Юра, шикарно одетый, приезжал в пафосной тачке на встречу с очередными родителями или мужьями, желавшими сделать звезд из своих детей или жен, но в кармане у Гинзбурга не было даже мелочи на кофе.

Тем не менее продюсер держался на плаву, выглядел успешным, даже Лиза не понимала, что семья постоянно балансирует на грани разорения.

Глаза у нее раскрылись три месяца назад, когда ей в фитнес-клубе на рецепшен сказали:

– Простите, вам велено не давать ключ, пока не оплатите счета. У вас большой долг за тренировки и СПА-процедуры.

Лиза вернулась в особняк и сказала Юре, который, как на грех, оказался дома:

– Милый, там какая-то непонятка со счетами! Мы задолжали спортклубу и…

Договорить ей не удалось, муж швырнул об пол чашку и заорал:

– Блин! Еще и дурацкие тренажеры!

– Тише, тише, – испугалась Лиза, но Юру уже понесло, он выложил супруге правду.

– Мы нищие! – визжал Юра. – Чертова кукла Лаура! Ее отец требует назад вложения, девчонка ни одной премии не получила, никто ее вой пением не считает. Лаура дура, дура и лентяйка. Тут никакие миллионы не помогут! Группа «Флип» развалилась, солист в наркологии лежит, новый парень, тот, что из Екатеринбурга, хорош, но он без богатых родственников, я в него вбухал половину бабок Лауры! Блин! И тут еще ты с этим фитнесом! У нас счета за электричество с января не оплачены! За Варькину школу долг! Няня зарплату просит!

Лиза заплакала, Юра замолчал.

– Не реви, – уже спокойно сказал он, – выкрутимся, не первый раз.

Но, похоже, удача навсегда отвернулась от Гинзбурга. «Желтуха» напечатала заметку под названием «Голый продюсер». Журналист прямо написал: «Гинзбург банкрот, его проекты проваливаются, денег нет». В шоу-бизнесе очень важно создать о себе нужное впечатление, слух о финансовой несостоятельности может убить продюсера, и Юра задергался. Пустив в ход все свое обаяние и дернув за огромное количество ниточек, он сумел встать во главе крупного телепроекта. Конечно, не на центральном канале, а на заштатном КТК, но все равно большая аудитория Юрию была обеспечена. По Москве объявили конкурс, тысячи молодых людей бросились штурмовать студию, все хотели петь на сцене. Юра договорился с парочкой обеспеченных людей, которые желали видеть своих родственников в победителях. Казалось, Фортуна снова раскрыла Юрию свои объятия, но это была только видимость успеха. Для участия в телемарафоне понадобились средства, олигархи не захотели вкладываться в раскрутку неизвестно кого, осторожничали. И Гинзбург, надеясь на успех затеянного дела и понимая, что он потом получит навар, влез в долги. Лиза, которая теперь была полностью в курсе дел мужа, попыталась удержать его от обращения к банкирам.

– А вдруг что-то случится? – боязливо говорила жена.

– Не каркай, – оборвал ее Юра.

Елизавета словно в воду глядела: одна из богатых девочек заартачилась и отказалась от проекта, вторая вдрызг разругалась со своим «папиком», и тот с ней расстался. У Юры теперь были только долги, недоделанные подзвездки и неясные перспективы. Победить в конкурсе должны были те самые ушедшие девочки. Как только «киски» получили бы первые места, богатые Буратины мигом бы раскрыли кошельки. Но сейчас Юре предстояло раскручивать оставшихся самому.

– Ты накликала беду! – наорал на жену Гинзбург. – Ходила, стонала, вот и вышло, как ты ныла! Сглазила меня, дура!

Лиза привычно заплакала.

– Ладно, – опомнился Юра, – я что-нибудь скумекаю! Глобальное!

И придумал.

– У нас украдут Барбару, – сказал он жене, – похитят, потребуют выкуп, пару миллионов долларов. Я его заплачу, верну дочь. Банкиры хоть и суки, но тоже люди, у всех есть дети. Приду к ним со слезами на глазах! «Простите, ребята, весь свободный капитал за жизнь ребенка отдал, подождите с полгода, верну вам долг непременно».

Лиза разинула рот, а Юра возбужденно продолжал:

– Если они откажут, начнут давить, я пообещаю дать газетам интервью. Ну, типа, вот какие сволочи встречаются! Человек с себя последнее снял, за девочку заплатил, а его к земле долгом пригнули. Будет мне двойной пиар: фамилия по прессе прокатится, и заимодавцы притихнут. Все-таки похищенный ребенок! Можно имидж потерять, если не протянуть отцу руку помощи в такой беде!

Елизавета схватила мужа за плечо.

– А вдруг похитители напугают Барбару? Причинят ей вред?

Юрий заржал.

– Я знал, что ты идиотка! Но такое сказануть! Я просто спрячу девчонку!

– Где? – ахнула Лиза.

– Я придумал гениальный план, – ухмыльнулся муж.

Гинзбург великолепно понимал, что отправить Барбару за границу не получится, на паспортном контроле останутся все сведения о ребенке. Нельзя было и запереть ее в особняке, няня и шофер тогда бы оказались в курсе дела. Поэтому к процессу была привлечена одна Светлана Лукашина, бывшая любовница Юры и лучшая подруга Лизы.

Для начала Гинзбург оборудовал комнату в квартире Светланы. Действовал он очень осторожно, процесс закупки вещей растянулся на две недели. Света небольшими порциями оттаскивала шмотки к себе. Барбаре предстояло сидеть довольно долго в убогой квартире, во избежание скандала капризной девочке нужно было создать комфортные условия.

Когда подготовили спальню, Юрий сказал дочери:

– Ты уже взрослая, слушай внимательно. У меня есть враги, они грозятся убить нашу семью, абсолютно всех, включая тебя, поэтому тебе временно придется спрятаться.

– Хорошо, папочка, – испуганно прошептала Варя.

– Поедешь к тете Свете.

– Да, папочка, – лепетала дочь.

– Поживешь у нее, на улицу выходить нельзя, если кто в квартиру позвонит, ты будешь сидеть безвылазно в своей спальне.

– Да, папочка.

– Дней десять!

– Да, папочка, – съежившись, повторяла Варя.

Юра перевел дух: похоже, он сильно напугал дочь, раз избалованная истеричная малышка ведет себя столь послушно.

– Все уладится, – сбавил накал отец, – я справлюсь с врагом.

– Папочка, ты самый сильный, – прошептала Варя, – я тебя очень люблю.

Юра обнял дочь.

– Помни, выходить из квартиры нельзя, а тетя Света выполнит любые твои приказания.

– Она хорошая, – согласилась Варя.

– Разве я доверю тебя плохому человеку? – серьезно спросил отец. – Теперь о главном. Через неделю мама поедет с тобой в торговый центр, там много народу и никто ни за кем не следит. Туда же явится и тетя Света. Ты уедешь с Лукашиной и помни: наша жизнь и благополучие зависят от твоего умения держать язык за зубами и способности переносить испытания.