Чтение онлайн

– Значит, вы прихватили с собой материалы субботнего номера?

– Егоровская школа, – вздохнула Зина, – сам погибай, а газету спасай. Унесла все, я как раз верстку делала, материалы стопками слева, снимки справа, я их вместе с линейкой-строкомером уволокла, она у меня теперь вместо талисмана!

– А где гранки? Вы их выбросили?

– Разве можно!

– Сохранили? Дадите взглянуть?

– Зачем? – удивилась Зинаида.

– Объясню при встрече!

– Ладно, приезжайте.

– Можно сейчас?

– У меня редакторские дни, сижу дома, хотя…

– Что? Я уже бегу к машине.

– Постойте, я не успею прибраться к вашему приходу! Давайте лучше встретимся в выходные.

– Нет, нет, – испугалась я, – время не ждет! Мне все равно, как выглядит ваша квартира, даже если она покрыта слоем мусора в полметра, это не играет никакой роли. Кстати, у меня дома тоже бардак, посуда полгода не мыта, пыль с Нового года не вытерта.

– Ну ладно, – сдалась Зина, – записывайте адрес.

В квартире у Шляпкиной отчаянно пахло кошками, и я, не удержавшись, стала чихать.

– Это Василий, – сердито сказала Зина, – у него с моим сыном джихад. Стоит Игорьку в дом войти, Васька начинает углы метить, дескать, смотри, мама, кто в семье хозяин! Вы туфельки поставьте наверх.

– В шляпницу? – поразилась я.

– На всякий случай, береженого Бог бережет. Анфиса терпеть не может гостей, – пояснила хозяйка, – она еще хуже Васьки, настоящая оторва, в обувь гадит.

По длинному коридору, где мотались клубки разноцветной кошачьей шерсти, мы вошли в просторную кухню. Зиночка не кокетничала, предупреждая о беспорядке, похоже, в последний раз хозяйка бралась за пылесос году этак в тысяча девятьсот семидесятом. Мне еще ни разу не доводилось бывать в столь загаженном месте.

Шкафчики и кафель были покрыты темно-желтыми сальными пятнами, электрочайник показался мне коричневым, но хозяйка повернула его ручкой к себе, и стало понятно: изначально он имел сливочно-белый цвет. В мойке подпирала кран гора грязной посуды, на столе маячили ноутбук, вспоротая банка зеленого горошка, открытая бутылка кваса, конфетные фантики, кусок марли, полуобгрызенный нарезной батон, резиновая грелка, ластик и три кружки. На тумбочке голосил включенный телевизор.

– Хотите чайку? – гостеприимно предложила Зиночка, убирая звук у телика. – Садитесь.

Я отодвинула табуретку и обнаружила на ней всклокоченную кошку цвета крем-брюле.

– Машка! – всплеснула руками Зина. – Кукушка чертова! Иди к детям! Представляете, она родила от Томаса котят и не желает их воспитывать! Вместо нее Мурлыня старается, ну прямо все как у людей! Не смотрите, что Машка такого цвета, это она Марка толкнула, моего мужа, а он кофе пролил, хорошо хоть Маркуша любит холодный, да еще на три четверти со сливками. Машка кое-как облизалась, но не до конца! Она изначально белая. Надо ее помыть, но руки не доходят! Столько дел! Все собираюсь квартиру убрать, но посмотрю на бардак и махну рукой. А смысл? Васька все описает.

– Сколько же у вас кошек? – Я с трудом вклинилась в нескончаемый поток слов.

– Семь, – бодро ответила Зина, – все подобранные. Пейте чаек! Вот.

На столе возникла кружка с медленно тонущим пакетиком с заваркой. Когда он опустился на дно, оттуда всплыла кошачья шерсть и замерла на поверхности.

– Жарковато для чая, – попыталась я отказаться от угощения.

– Точно, – согласилась Зина, схватила чашку, выплеснула в мойку содержимое и, забыв ополоснуть, наполнила ее квасом.

– Вы обещали показать мне спасенные гранки, – напомнила я.

Зина хлопнула ладонью по картонной папке со шнурочками-завязочками.

– О! Ничего не пропало! Я очень аккуратна в отношении работы!

– Замечательное качество, – заметила я, развязывая веревочки.

– Читайте, читайте, – приободрила меня Зина и застучала по клавиатуре.

Я внимательно просмотрела бумаги раз, другой, третий.

– Зина, но здесь не все!

Хозяйка оторвалась от ноутбука.

– Как? Чего не хватает?

– Материала о семье Лукашиных!

– Не может быть!

– Смотрите сами!

Шляпкина поворошила листки.

– И куда он подевался?

– Тот же вопрос я хотела задать вам, – ответила я. – Кто, кроме меня, проявлял интерес к так и не увидавшему свет номеру?

– А кому он нужен? Я храню его из-за своей сентиментальности: Николай Михайлович умер, Эдуард тоже.

– Компаньон Егорова покойник?

– Он спился, – пояснила Зина, – года два назад позвонили из ЖЭКа, спросили, кем я прихожусь Эдуарду, мой телефон у него на обоях был записан. Сказали, что Савельев скончался, родственников у него нет, завещания тоже, хоронить его некому. Там какая-то инициативная домоуправша деньги по жильцам собрала, чтобы Эдика в общую могилу не сунули, хотя, думаю, покойнику это без разницы. Я дала небольшую сумму, но в церемонии не участвовала!

– Попробуйте вспомнить, кто просил у вас посмотреть папку?

Зинаида нахмурила лоб.

– Вы первая.

– Может, соседи?

– Я с ними конфликтую, они на меня заявления участковому строчат, жалуются на кошек, воняет им! Вот уж враки! Ну как запах может до другой квартиры доползти!

– Ваши дети?

– Они ничего не слышали о «Лупе».

– Муж?

– Ой, не смешите! Леонид только о своей математике думает, Петя весь в музыке, а Марку не до чтения.

– Я говорила о вашем супруге.

– И я о них веду речь.

– Сколько у вас мужей? – поразилась я.

– Трое, мы в разводе, но живем вместе, – объяснила Зина, – а что? Квартира большая, никто никому не мешает. Очень даже удобно. Леня с мальчиками уроки делает, Петя их художественно развивает, а Марк у нас по хозяйству, все, кроме уборки, на нем. Пылесос и тряпку он терпеть не может. Мыть полы – моя забава. Вас удивляет наша семья?

– Нет, – улыбнулась я, – у меня самой на одного бывшего мужа больше.

– И все с вами?

– Слава богу, нет! Но кое с кем я до сих пор в хороших отношениях. Давайте все же попытаемся вспомнить, кому вы показывали папку?

– Без понятия!

– Вам знакома женщина по имени Лиза Гинзбург?

– Нет! О! Точно! Я сообразила про папку! – закричала Зина.

Крик хозяйки потревожил облитую кофе со сливками Машу, кошка встала, выгнула спину дугой, потянулась, зевнула, не торопясь вскочила на мойку и… пописала прямо на гору грязной посуды. Я разинула рот: ну и хамство, а мы еще возмущаемся поведением Банди, когда он начинает рыть ямы на участке!