Чтение онлайн

– В полиции наверняка интересовались, не вы ли убили Фиби Арден. Итак, вы убили ее?

Кирнс развел руками.

– Нет. С какой стати, черт побери?

– Не знаю. Мисс Джуди Брэм предположила, что, возможно, она подцепила какую-то хворь, а вы испугались, что она вас заразит. Лично мне такая версия кажется притянутой за уши. Кстати, не считаете...

– Джуди?
– перебил его Кирнс.
– Джуди Брэм сказала такое? Не верю!

– Тем не менее, это так. Вчера вечером, в этой самой комнате, сидя в том же самом кресле, которое сейчас занимаете вы. Кроме того, она назвала вас извращенцем.

– Лжете!

– Ничуть, - возразил Вулф.
– Я отнюдь не чураюсь лжи, хотя и не приветствую её, однако в данном случае говорю чистейшую правду. К тому же...

– Нет - лжете! Вы никогда не видели Джуди Брэм. Вы говорите все это только со слов моей жены.

– А вот это уже прелюбопытно, мистер Кирнс. Значит вы готовы поверить, что ваша супруга назвала вас извращенцем, тогда как мисс Брэм, по-вашему, охарактеризовать вас таким образом не могла. Обычно, опускаясь до лжи, я столь неуклюже не действую. Мисс Брэм вчера вечером была здесь, и мы с мистером Гудвином беседовали с ней в течение получаса или даже дольше. И это вынуждает меня задать вам один довольно щекотливый вопрос. О том, что наверняка неизвестно полиции. Не сомневаюсь, что вас подробно расспросили о том, как и где вы провели вчерашний вечер, однако в полиции, судя по всему, не знают, что вчера вы попросили Джудит Брэм заехать за вами на такси в восемь вечера. Если, конечно, вы сами им об этом не рассказали.
– Вулф выжидательно замолчал.
– Итак?

Кирнс окаменел, и в его случае это, скажу я вам, было нечто. Большинство людей в подобных ситуациях ничем не отличаются друг от друга; он же являл собой разительное исключение. До этого он напоминал мне белку или бурундука не только физиономией, но и повадками; почти беспрерывно елозил, все у него беспокойно подергивалось - руки, плечи, ноги, даже голова. Но сейчас - застыл, как мраморное изваяние.

– Ну-ка повторите, - потребовал он, наконец, внезапно осипшим голосом.

Вулф перечить ему не стал.

– Вы сообщили полиции, что попросили Джудит Брэм заехать за вами на такси в восемь вечера?

– Нет. С какой стати мне бы вздумалось говорить им то, что совершенно не соответствует действительности?

– Такое в наши дни встречается довольно часто, - равнодушно заметил Вулф.
– Мне самому случается прибегать к подобному приему. Что ж, судя по всему, в полиции мисс Брэм об этом умолчала, тогда как от меня скрывать не стала. И я упоминаю об этом лишь для того, чтобы, излагая события вчерашнего вечера, вы не пытались водить меня за нос.

– Она не могла вам это сказать!
– выпалил Кирнс.
– Это отъявленное вранье!

– Бросьте вы, мистер Кирнс!
– поморщился Вулф.
– Твердо установлено, что её такси стояло перед вашим проулком в течение получаса. Если вы забыли упомянуть об этом, давая показания полиции, то, возможно, мне придется сделать это за вас. Кстати, разговаривали вы с тех пор с мисс Брэм или нет?

– Нет.
– Кирнс по-прежнему сидел абсолютно неподвижно.
– Ее телефон не отвечал. И сейчас её дома нет. Я к ней заезжал.
– Он облизнул губы. Бурундуки так, по-моему, не делают.
– А полиции я ничего про её такси не сказал, потому что ничего об этом не знал. Меня дома не было.

– А где вы были? Учтите: мне известно, что вы заказали такси на восемь вечера, но заказ не отменяли.

– В полиции я все рассказал.

– Значит, вашу память освежили.

– Ее незачем освежать. Я был в студии Проша. Карла Проша. Мисс Арден попросила меня встретиться с ней там и помочь выбрать картину. Я пришел туда без четверти восемь и пробыл до девяти. Но вот она так и не....

– Прошу прощения. Вы имеете в виду мисс Фиби Арден?

– Да. Она позвонила мне в половине восьмого и сказала, что хочет купить у Проша картину, натюрморт. И попросила меня приехать, чтобы я ей посоветовал, стоит брать эту картину или нет. Я, конечно, удивился, ведь она знает, как я отношусь к выскочкам вроде Проша, но пообещал прийти. Его студия находится на Кармайн-стрит, буквально в двух шагах от моего дома, и я пошел туда пешком. Фиби там не оказалось, но уже через пару минут она позвонила Прошу и попросила, чтобы он передал мне трубку. Извинилась за опоздание, сказала, что скоро приедет, и попросила подождать. Я ещё подумал, что готов ждать хоть до полуночи, лишь бы она не покупала у этого проходимца его мазню, но вслух, понятно, не сказал. До полуночи ждать мне не пришлось, и ушел я гораздо раньше. Мы долго беседовали с Прошем о живописи, пока его болтовня меня настолько не утомила, что я вышел на улицу, и ещё немного подождал там. Фиби так и не появилась, и в девять я отправился домой.

Вулф хмыкнул и спросил:

– Вы нисколько не сомневаетесь, что оба раза разговаривали по телефону именно с мисс Арден?

– Нет, - уверенно сказал Кирнс.
– Ее голос я не перепутал бы ни с чьим иным.

– Вы не заметили, в котором часу покинули студию мистера Проша и вышли на улицу?

– Около половины девятого. В полиции я сказал, что точно не помню, однако, по времени возвращения домой, могу судить достаточно точно. А вернулся я ровно в девять.
– Руки его задергались. Мраморное изваяние ожило.
– Теперь я готов выслушать, что скажете мне вы.

– Минутку. Мисс Брэм должна была заехать за вами в восемь. Почему вы не позвонили ей?

– Я рассчитывал вернуться к этому времени. Если бы немного и опоздал, она бы меня дождалась. А после звонка мисс Арден я звонить не стал, потому что уже было поздно - она наверняка уехала.

– Куда вы собирались с ней ехать?

– На Лонг-Айленд. На званую вечеринку. А вам-то что до этого?
– Он вызывающе повел подбородком.
– Ладно, теперь выкладывайте правду!

Вулф поднес к губам стакан, несколькими глотками опустошил его и поставил на стол.

– Что ж, мистер Кирнс, возможно, вы имеете на это право. Человеку вашего положения унизительно, когда жену его бросают в темницу. Женщину, которой вы дали свою фамилию, хотя она её и не носит. Как вам, наверное, известно, она пришла к нам вчера вечером, в девять минут десятого.

– Я слышу об этом впервые. Я же ясно сказал - мы давно с ней не общались.

– Возможно. Она приехала как раз в то время, когда мистер Гудвин выходил из дома, и они встретились на крыльце. Не сомневаюсь, что вам известно, кто такой мистер Гудвин, но все же напомню - он мой доверенный помощник, и служит у меня постоянно. В том смысле, что ни один из нас не намерен предпринимать какие-либо шаги, которые привели бы к завершению нашего сотрудничества.

Кирнс снова беспокойно заерзал. Я же сидел тихо, как мышь. Кирнс не выдержал и заговорил:

– В газетах сказано, что Гудвин больше на вас не работает. Там не сказано, что уход его напрямую связан с моей женой, но я уверен, что это так.

– Чушь!
– Вулф повернул голову в мою сторону.
– Арчи?

– Чушь!
– охотно подтвердил я.
– Мне бы и в голову не пришло уволиться из-за мисс Холт.

Кирнс с силой врезал кулаком по подлокотнику кресла.

– Миссис Кирнс!

– Пусть так, - великодушно уступил я.
– Миссис Уолдо Кирнс.

– Таким образом, - продолжил Вулф, - поначалу ваша супруга познакомилась с мистером Гудвином. Они сели прямо на крыльцо, и завязали беседу. Вам, несомненно, известно, что в это время такси мисс Брэм, в котором лежало тело мисс Арден, стояло возле тротуара напротив моего дома?

– Да. И что сказала моя жена?

– Я ещё до этого не дошел. Вскоре к дому подъехала патрульная машина, полицейские обнаружили труп мисс Арден, и вызвали подкрепление. Вскоре сюда нагрянула целая армия. Инспектор Кремер начал расспрашивать мистера Гудвина и вашу жену о случившемся, но в это время я сам вышел на крыльцо и пригласил их обоих в дом - разумеется, исключая мистера Кремера, - и они вошли. Примерно с полчаса мы беседовали, когда мистер Кремер появился вновь, теперь уже в сопровождении мисс Брэм. Я позволил им войти. Утомленный словоохотливостью мисс Брэм, мистер Кремер, которому вдобавок не терпелось переговорить с вашей женой наедине, увез её с собой. Вот и все, сэр. Вы желали услышать правду, и я вам все рассказал. Добавлю ещё кое-что - тоже чистую правду: поскольку ваша жена обратилась за помощью к мистеру Гудвина, а через него - и ко мне, все полученные от неё сведения рассматриваются нами как конфиденциальные и разглашению третьим лицам не подлежат. Теперь позвольте...