Чтение онлайн

— Да что вы себе позволяете! — Я всего лишь честно веду расследование, — спокойно парировал Эллиот.

— И рассматриваю все версии.

— Да? А кто по-вашему тогда убил Тоби? Эллиот молча смотрел на него, пока Борден сообразил. Побагровел, схватился за сердце. Лейтенант хладнокровно наблюдал за ним.

— Заканчивайте представление! — потребовал он жестко.

— Вы же понимаете, что всякое могло быть. Скажем, вы приревновали любовника… Я тихонько кашлянула. Эллиот стремительно оглянулся и поднял бровь.

— Он не притворяется, — сообщила я негромко. Лейтенант ругнулся и торопливо налил оружейнику воды.

— Успокоились? — поинтересовался он, когда цвет лица Бордена стал более-менее нормальным. Тот кивнул, растирая грудь.

— Хорошо, — помолчав, признал Эллиот.

— Положим, вы не убивали Толбота…

— Лейтенант, — перебил Борден устало и положил руки на стол перед собой. Посмотрел Эллиоту в глаза и предложил ровно: — Вы ведь нюхач, да? Я сказал вам правду, можете проверить. Он протянул ладонь Эллиоту. Тот, поколебавшись, сжал кисть оружейника и уставился на него в упор.

— Вы знаете, кто убил Толбота? — Да! — без колебаний выпалил Борден. Повернул голову, посмотрел на меня. Я поежилась, столько ненависти было в его глазах.

— Я все проверил, остался лишь один вариант. Вот она и ее любовник-мафиози. Эллиот кашлянул.

— Неожиданно, — признал он.

— С чего такая уверенность? — У Тоби, — голос Бордена странно дрогнул, но он справился с собой, — у него не было врагов. Кроме блондинов. Тоби ненавидел Бишопа и эту девицу, Эйлин Вудс.

— С какой стати? — лейтенант удивился почти натурально.

— Я думал, они были приятелями… Толбот даже какое-то время работал на Бишопа. Борден выдохнул со свистом и резко подтвердил: — Да! А потом Бишоп решил, что платить любовнице выгоднее. Деньги остаются в семье, так сказать. И отказался дальше работать с Тоби! — Предположим, — кивнул Эллиот.

— А Толботу-то что с того? Неужели… ревность? Борден дернулся, как от удара. Однако на провокацию не поддался.

— Нет, — процедил он.

— Но это все из-за него. Мастерс нас шантажировал… А он бы не посмел тронуть человека Бишопа! Я прикусила язык, чтобы не сболтнуть лишнего. Значит, в грязном белье Толбота виноват Бишоп? Как мило.

— Предположим, — повторил Эллиот задумчиво.

— Только зачем Бишопу и мисс Вудс убивать Толбота? А вот теперь Борден отвел взгляд.

— Я знаю одно: войти в аптеку без разрешения Тоби мог только блондин. Никто другой не смог бы взломать защиту. Так что… ищите мотив, лейтенант! — Поищу, — обещал Эллиот серьезно. Я подавила вздох. С него станется. А Эллиот подался вперед — и поймал взгляд Бордена. Подсек.

— Только скажите мне, мистер Борден…

— как-то вкрадчиво продолжил лейтенант.

— Откуда вы знаете, что защита была взломана? На лице оружейника что-то мелькнуло.

— Тоби никого не впускал в дом после того, как запер аптеку, — ответил он, не колеблясь.

— Даже меня. В это можно поверить. Похоже, лейтенант прав — Толбот был трусом. Эллиот долгую минуту смотрел в глаза Бордена.

— Хорошо. Спасибо за помощь. Мисс Вудс, можете быть свободны. От его ледяного тона пробрало холодом. Проклятье, опять?!

«Бутылка» гудела. Чуть не сорвавшаяся из-за налета полиции сделка принесла Бишопу немалый доход. Так что его люди этим вечером отмечали удачу. Бишоп заметил меня сразу.

Кивнул без улыбки и отвернулся, продолжая разговор. Зол? Еще бы — опять я уехала с Эллиотом. Можно было подняться наверх. Лечь спать или хотя бы поваляться с книжкой…

Не хотелось. Лучше нырнуть в толчею, выпить горячего вина со специями, сыграть партию-другую в бильярд с Ван Найтом… И улыбаться, улыбаться. Кожей чувствуя недовольство Бишопа, его раздражение… и ревность. Голова приятно кружилась. Отпустила наконец подспудная тревога. Я отшучивалась на очередное предложение потанцевать, когда меня властно обняли за талию.

— Пойдем наверх.

— Бишоп не спрашивал. Я молча кивнула и позволила увести меня в «логово». Как только за нами закрылась дверь, Бишоп вдруг стиснул мои плечи. Я прикрыла глаза, ожидая поцелуя… И получила вместо него порцию магии. Очень специфической магии. Протрезвляющей.

— Какого?! — выдохнула я.

— Бишоп, зачем? — Хотел бы я знать, что ты так старалась забыть…

— пробормотал он. Плюхнулся на диванчик и усадил меня себе на колени.

— Эмили, я…

— Бишоп сжал челюсти и продолжил с видимым усилием: — Ты очень мне помогла. Я хочу… В общем, это твое. Он вынул из кармана пиджака бумаги и протянул мне. Я машинально пролистала. Свидетельство о праве собственности на квартиру… в столице? Ничего себе. Вторая квартира. Счет в банке… Сколько?! Я подняла на него потрясенный взгляд.

— Зачем? — только и спросила я. Серые глаза Бишопа были спокойны.

— Я — мафиози, Эмили. Всякое может случиться. Не хочу, чтобы ты осталась без куска хлеба.

— То есть ты платишь мне, как своей любовнице? — разозлилась я.

— Не надо. У меня есть аптека, кое-какие сбережения… Бишоп стиснул меня почти до боли.

— Не дури! — Он глубоко вздохнул, успокаиваясь.

— Мало ли что? Вдруг придется бежать? А если у тебя будет ребенок? Я хочу, чтобы ты не беспокоилась о деньгах. Не волнуйся, они «чистые». Адвокаты занимались.

— Я не беременна! — Знаю, — согласился он. Кажется, с сожалением.

— Но ведь можешь забеременеть. Что, если я об этом не узнаю? Я нахмурилась. Провела пальцем по морщинкам на его лбу, по упрямо сжатым губам.

— Бишоп, мне не нравятся такие разговоры. Он приблизил свое лицо к моему и сказал мне у губы: — Тогда не будем говорить. Просто возьми их. И поцелуй меня. Как можно возразить?..

Нас разбудил стук в дверь.

— Босс, извините. Вам звонят.

— Кто? — Бишоп затряс головой, пытаясь стряхнуть липкую пелену сна. За окном даже не начинало светать.

— Тот полицейский, — сообщили из-за двери.

— Говорит, срочно.

— Да пошел он! — грубо ответил Бишоп.

— Так ему и передай! — и, уже мне: — Спи. Я закрыла глаза. Правильно. Эллиот совсем обнаглел!.. Проснулась я почти в девять. Постель на половине Бишопа давно остыла. Наверняка спозаранку умчался по делам. Так что я зевнула, накинула халат…

И обнаружила на столе поднос с холодным завтраком. Ночь была бурной, так что аппетит у меня разыгрался не на шутку. Я прикончила сэндвич с бужениной и кофе из термоса, когда в дверь постучали.