Чтение онлайн

Вдруг он издалека услышал кукарекание петуха. Это придало ему смелости и он вновь обрел уверенность в себе. Близость людей успокоила его, хотя он знал, что бояться надо было не только животных, но и людей. В то же время ему стало ясно, что нужно было торопиться. Крик петуха означал, что наступает утро. Он не мог терять время. Он спрыгнул с валуна и снова двинулся в путь. Перевал был уже недалеко. После напряженного часа подъема он добрался до гребня. Начинало светать. На пустынном, каменистом и покрытом лишь низкими, редкими кустами можжевельника перевале, он откинулся назад и ему в его лицо ударил сильный холодный ветер. В то же время перед его глазами открылся красивый вид.

Но Диосс не обращал на него внимания. С правой стороны уже светало, в ночных сумерках возникли очертания ближайших деревьев и силуэты скал, а дальше темнел лес. Диосс побежал к нему. Лишь бы попасть в лес и укрыться среди тени его деревьев. Он отдохнет там, спрячется от людей и подумает о том, как ему быстрее попасть в Мегару.

Внезапно, всего в нескольких шагах от леса, он услышал неподалеку громкий окрик. Он оглянулся и замер. Два человека бежали к нему с холма.

Диосс быстро проскочил между деревьями, споткнулся о корень, упал, встал и побежал дальше. Он бежал все медленнее и медленнее, крики позади него все еще увеличивались; наконец силы покинули его, он упал, и в этот момент к нему кто-то подбежал и схватил за шею.

— Ты кто? — раздался ужасный голос.

Второй из преследователей тоже подбежал и встал над ним.

Диосс поднял глаза и увидел тёмные, недобрые, злые, безжалостные лица. Он узнал охотников за рабами по веревкам, которыми были подпоясаны эти люди.

— Дяденьки, помилуйте, отпустите меня, я не сделал ничего плохого.

Один из охотников, невысокого роста, со шрамом, уродующим его лицо, в ярости пнул его ногой.

— Тогда почему ты убегал, раб?

— Я не раб, клянусь, я ничего ни у кого не крал, я ничего плохого не делал.

Диосс сложил ладони рук и упал на колени, его глаза наполнились слезами.

Преследователи даже не взглянули на него, а посмотрели друг на друга.

— Мне кажется, что мы сегодня легко заработаем несколько драхм. От кого ты убегал, паршивец?

Диос снова поклялся, что он не раб, что он грек, свободный от рождения, что он идет в Мегару, чтобы попасть на корабль, на котором он должен отправиться в Милет, чтобы спасти свою семью.

Ловцы рабов долго над ним смеялись.

— Неважно. Теперь ты отправишься в Мегару вместе с нами. А там уже тебя немного поколотят, и ты расскажешь, откуда ты сбежал и куда направляешься.

Диосс был в отчаянии. Он чувствовал, что ничем не сможет смягчить сердца этих черствых людей, что ни мольбы, ни слезы не тронут их. Он понял, что все потеряно, все кончено, и все что он вытерпел, страх, голод, побег, оказались бесполезными и он не спасет ни сестру, ни мать, ни брата...

Собрав последние силы, он вскочил на ноги, и побежал. Но он смог пробежать всего несколько шагов, когда один из охотников за рабами догнал его и свалил на землю. Затем он стал бить петлей веревки мальчика по голове, лицу, груди, толкать и пинать ногами. Второй ловец рабов равнодушно смотрел на все это.

— Ладно, с него хватит, не бей его так сильно, — сказал он, наконец, — отпусти его.

Он удобно уселся под деревом и достал из корзины кусок хлеба.

Внезапно где-то вдалеке залаяла собака. Диосс оттер слезящиеся глаза от крови и пота.

В это время громная собака сбегала с холма с перевала вдоль камней, звеня цепью в колокольчиками на ней.

— Аргос, Аргос! — закричал мальчик отчаянным, плачущим голосом.

Да, это был Аргос, который сразу же залаял, приближаясь к нему, как черный, нарастающий шар из меха и шерсти.

— Аргос, сюда, ко мне! Не дай им убить меня, Аргос!

Оба охотника схватили оружие, и тот, который бил Диосса, обернулся и замахнулс на собаку. Этого было достаточно.

По крику мальчика Аргос понял, что ему предстояло сразиться, и теперь он понял с кем.

Короткий, ужасный рык, затем прыжок, и два тела сомкнулись друг с другом, когда шар из шерсти распрямился и прыгнул на обидчика. Вдруг раздался отчаянный и приглушенный крик.

В Аргосе текла волчья кровь, и он хватал любого противника прямо горло.

При этом второй разбойник вскочил на ноги, и в его руке сверкнул нож, но Аргос хотя и был охвачен яростью боя, заметил это движение. Он бросился на него всем телом, ладонь негодяя разжалась и он выронил свое оружие, и стал убегать. Аргос бросился за ним, но на мгновение цепь удержала его. Он настиг врага, когда тот уже успел залезть на дерево. И поэтому его добычей стал лишь оторванный кусок хитона.

Так что преступнику это сошло с рук. Теперь он с ужасом смотрел на своего полузадохнувшегося, всего в крови лживого приятеля. Диосс тоже дрожал от страха, закрывая глаза руками. Сначала он хотел от радости закричать, и обнять это прекрасное, верное животное. Но теперь он увидел, что вся шея, голова и рот собаки были испачканы кровью, густой кровью, которая ручейками сбегала из черных волос. Он не посмеет притронуться к собаке, он не посмеет даже обратиться к ней громче.

— Аргос, Аргос, — шепчет он разбитыми губами, — пойдем, пойдем. прочь, отсюда.

Он подобрал нож, оброненный там ловцом рабов, и быстро стал спускаться вниз.

А Аргос медленно последовал за ним, на секунду задержавшись, обернулся, тихо зарычал и показал свои белые клыки.

Почему Аргос появился здесь сегодня утром, уставший, запыхавшийся, все еще с висевшей на шее цепью? Почему он не охраняет усадьбу мельника, как обычно? Почему спущенный на ночь с цепи он не сбежал в прошлый раз, а именно сегодня?

Если бы Аргос умел говорить, он бы все объяснил мальчику.

Если бы Диосс внимательно вгляделся в шерсть животного, он бы увидел что помимо свежих следов крови, на морде Аргоса было немало собственной засохшей крови, шрамов и отеков.

Это был не первый раз, когда Аргос вступил в сражение, и не единственный раз за эти сутки, когда он защищал свою жизнь от от врагов.

Когда Диосс вылез из будки Аргоса и попрощался с ним, он не думал, что кроме него еще кому-то может грозить смертельная опасность.