Чтение онлайн

– Вопросов нет, - рассмеялась Таня, усаживаясь рядом с Амели.
– Ты пользуешься личными связями, нарушая закон о секретной информации и подбивая на нарушение Лэйкана.

– Найл обижен на шефа, - поведала Амели.

– По поводу?

– Литэйр на полном серьёзе спросил у друга, не приложил ли он руку к вызволению Люкиэля. Дескать, Найл практически единственный специалист в галактике, способный провернуть подобный фокус. Киборг рассердился и велел сканировать свои воспоминания, а потом пообещал лично от себя огромную премию тому, кто раскроет секрет исчезновения Люкиэля из камеры.

Таня задумалась и уверенно заявила:

– Горд специально раззадорил друга, чтобы он сам прошёл сканирование до того, как его обязали бы проделать эту процедуру. Если бы Найлу пришёл приказ от руководства подтвердить свою непричастность к преступлению, то киборг обиделся бы не на одного Горда, а на всё начальство, что было бы гораздо хуже. В статусе технического гения есть свои минусы - поневоле становишься подозреваемым в преступлениях высокого технологического уровня.

– Ты неплохо изучила шефа, - присвистнула Амели.
– Уверена, что это очевидное соображение и Найлу скоро придёт в голову, так что их размолвка с литэйром будет недолгой.

До ужина Таня с интересом просматривала записи, зафиксировавшие действия полицейских, нагрянувших в камеру Люка сразу после его исчезновения и пытавшихся поймать его по горячим следам. Однако главная проблема заключалась в том, что этих горячих следов не было: голограмма с трёх сторон демонстрировала кадры, на которых в камеру с оружием и приборами входят четверо человек, пока пятый настороженно замер на пороге. На центр камеры, где исчез эльф, направляют какие-то приборы и фиксируют их нулевые показания: ни магического шлейфа, ни теплового излучения, никаких прочих зацепок не осталось. Камеру обходят по периметру и также ничего не обнаруживают. Смирившись с исчезновением пленника, первая поисковая группа начинает проверять записи камер наблюдения и на голограмме длинной лентой проносятся те дни, что Люкиэль провёл в камере.

– Я отсмотрела каждую чертову секунду записей за все сто дней - ничего!
– разочарованно призналась Амели.
– Он ни разу не покидал камеры, ничего в ней не прятал, ничего подозрительного в ней не делал, посетители к нему не приходили - смертникам не разрешены свидания. Организовать подобное исчезновение можно только при наличии современных технических средств, которые в кармане никак не спрячешь! За пределами камеры целое море сигнальных систем и ловушек, срабатывающих при появлении в зоне их действия осужденного лица: если бы Люкиэль как-то вышел из камеры, то не смог бы пройти и шагу, не попав в западню! Я сама до сих пор не знала, что в тюрьмах столько скрытых угроз для заключённых, Люкиэль тем более не мог о них знать.

– Он же не бегал по коридорам, так что ему и знать не надо было, - сказала Таня.

– Он не мог исчезнуть из камеры! Он должен был из неё выйти!
– воскликнула Амели.

– Разве из записи не очевидно, что он исчез? Или запись смонтирована?

– Технический отдёл клянётся жизнью, что никаким внешним воздействиям записывающие камеры не подвергались, Найл лично исследовал их и подтвердил этот вывод. Запись - не подделка однозначно, но испариться в воздухе не способен никто, это противоречит законам природы! Магия - всего лишь проявление природных сил, она не вступает в противоречие с законами физики, понимаешь?

– Не очень, - призналась Таня.
– А что говорит Гордеон о побеге Люка?

– Что не хочет лишать нас обещанной Найлом премии, - пробурчала Амели и скривилась от Таниного смешка. Глянула в сторону двери кабинета и наигранно-мстительно процедила: - Иди, за тобой шеф пришёл: наверняка намерен дрессировать тебя на сдерживание эмоций.

– Жизнь моя тяжкая, - весело простонала Таня.
– Сейчас начнётся тщательная проработка основных правил: пункт первый, второй и третий. Ах, нет, сегодня мы тренируем пункт четвёртый: ищи причину переживания.

И Таня скопировала интонации Гордеона, цитируя его поучения:

– Твоё переживание - это твоё переживание. Избегай мыслей по типу: «он меня злит» -это попытка сделать другого человека ответственным и виноватым за твои эмоции.

– А по-моему, это попытка воспитать из тебя идеальную жену, - расхохоталась Амели.
– Жену, которая никогда не прорычит мужу: «Ты меня бесишь!!!», а вместо этого скромно заметит: «Меня переполняют негативные эмоции, но я справлюсь с этой проблемой, дорогой. Иди обедать, солнышко!»

– Тебе тоже так кажется?
– подхватила Таня, наблюдая за приближением к ним Гордеона.

– А еще мне регулярно выдаётся домашнее задание. Последнее звучало так: «Привыкай по несколько раз в день обращать внимание на свои эмоции, прислушиваться к ним и определять их. Когда научишься управляться со слабым потоком, то будешь уверенно чувствовать себя и в стремительной бурной реке, то бишь в стрессовой ситуации».

Гордеон шагнул под звукозаглушающий полог и сказал:

– Танечка, хочу поведать тебе то, что отлично известно Амели: в академии всекосмической полиции учат читать по губам. Обратила внимание, что она обращалась к тебе, предварительно развернувшись ко мне спиной? Правда, из Амели пока ещё не вышел толковый оперативник - она не подумала, что глянцевая поверхность металлической шторы на иллюминаторе отражает её лицо.

Амели ахнула, Таня смутилась, а Гордеон усмехнулся и утащил свою девушку в свой кабинет.

Когда поучительная часть их свидания завершилась, оборотень усадил Таню на колени, нежно поцеловал и спросил:

– Что там у тебя за проблемы с танцем?

Таня заёрзала и неохотно призналась:

– Понимаешь, танго - это танец огня и страсти...

– Ещё как понимаю: я поинтересовался земными танцами, когда ты так интригующе посоветовала мне этого не делать, - мрачно сказал Гордеон.

– Ты видел записи наших репетиций с Кольти?

– Нет. От просмотра ваших записей я благоразумно воздержался, - сухо возразил Гордеон, крепче сжимая её в объятьях.

– Можешь смело смотреть, - обречённо махнула рукой Таня.
– Все в один голос твердят, что нашему «танцу страсти» сильно недостаёт этой самой «страсти». Точнее, это мне недостаёт - котяра вполне успешно её изображает, а вот из меня актриса вышла не ахти.

Гордеон задумался, а Таня не удержалась от вопроса:

– У тебя есть догадки, как Люкиэль сумел исчезнуть из камеры?

– У меня есть соображения, которые я оцениваю как максимально вероятные, - обтекаемо ответил Гордеон и набрал код вызова на коммуникаторе: - Кольти, после ужина у вас с Таней ещё одна проба, жду в зале. Костюм надень, как для чистового варианта.

– Что ты планируешь сделать?
– немного напряглась Таня, помня, что её оборотень предпочитает нетривиальные методы решения проблем.

– Планирую накормить тебя лёгким ужином и проводить в зал.

– И всё?
– не поверила Таня.