Тропами любви
Шрифт:
Когда впереди обозначился широкий просвет, чаща вздохнула, пробежав тяжелой волной по густому морю листвы и протяжно заскрипев ветками.
– Куда нацелилась, внученька? – шорох волнующихся крон деревьев сложился в негромкий женский голос, идущий, казалось, со всех сторон.
– Э-э-э, бабуля, я тут рядом. До деревни доскочу и обратно, – насторожено ответила Злыдня, словно пойманная на «горячем».
– Помни про обещание, внученька. Будь умницей. И, прежде посмотри, какую шкурку там носят, – будто поверила спрашивающая и голос затих, успокоилась чаща.
– Умницей, умницей, – зыркая на верхушки древесных исполинов, бормотала себе под нос Злыдня. – Не трави, не души, в болоте не топи. А он потом вон че вытворяет. Что за жизнь-то? Ладно, в деревне бабушка поди не увидит, если вдруг что. Оно же всяко может получиться, когда девушку обманываешь. Может на голову что упасть – случайно.
С рассуждениями Злыдня вышла к опушке леса и остановилась. Шибко просторненько было снаружи, не хватала уютного лесного сумрака, проторенных звериных тропок и заросших изумрудной ряской, гиблых лишь для залетных, болот. Злыдня с тоской посмотрела на раскинутые в гордом размахе могучие ветви. Не умела она сказать деревьям с ней пойти. Бабушка, наверное, смогла бы. Но бабушка и не стала бы тревожить по таким пустякам древних созданий. Хочешь – иди, другие-то при чем?
Конец ознакомительного фрагмента.