Чтение онлайн

— Из-за чего он впал в спячку, именно таким ты и увидела его в тронном зале. Но, думаю, я будил его слишком много раз, прежде чем мы попытались найти тебя, — раскрывает Себ.

— О, боги, — выдыхаю я, прижимая руку к груди при мысли о том, что им пришлось пережить.

— Я провёл заклинание во время Самайна, надеясь усилить способности манжеты, не зная, в какую эру ты родишься. Однако возможно, что проклятие моей сестры повлияло на магию, — размышляет Аусар, проводя рукой по своему гладкому фиолетовому подбородку.

— Каждые несколько лет мне становилось так одиноко, что я будил его. Он оставался со мной так долго, как только мог, пока снова не вынужден был впасть в стазис. Со временем я стал весьма изобретателен в способах его пробуждения, — заявляет Себ, распутно подрагивая бровями, что заставляет меня рассмеяться.

Воистину удивительно, что ему вообще удавалось пробудить Аусара, если тот действительно потратил последние силы на поиски меня.

— В конце концов я нашёл самый быстрый способ, который ты и видела.

Я прикусываю губу и не могу сдержать хихиканья при мысли о том, как моя пара годами небрежно возвращал мёртвого парня в землю живых по одному минету за раз.

— А силы у тебя есть потому что… — я с надеждой смотрю на Себа.

— Я вложил в его спасение больше магии, чем следовало, и после уже не мог отпустить его.

Бабочки порхают в животе, когда Себ прижимает меня к себе, и я ловлю взгляд Аусара, осознавая, что между ними нет и тени ревности. Только любовь. Мои мужчины искренне любят друг друга. Это ясно по тому, как они склонны отвечать на вопросы друг за друга и по тем мягким, едва уловимым взглядам, что они обмениваются.

— И теперь ты спасла нас обоих, Хлоя, — продолжает Аусар.

Бабочки ускоряют свой полёт. Я внезапно хмурюсь, желая ощутить их обоих, желая прикосновений каждого из них. Узнавать их, видеть их любовь и то, как они готовы делиться ею со мной, — большее, о чём я могла бы мечтать. Я так счастлива, что это пробуждает во мне желание укрепить нашу связь.

— Иди сюда, Аусар, мы нужны нашей паре, — провозглашает Себ, нежно проводя рукой по моему боку.

— Как ты узнал? — спрашиваю я, касаясь своего горла, так томно звучит мой голос.

Себ поднимается с кровати с бесовской ухмылкой.

— Брачная связь, моя дорогая.

Мои брови сходятся на переносице, пока они движутся в унисон.

— Погодите, вы куда?

Себ поворачивается ко мне с широкой улыбкой.

— Не волнуйся, я недалеко. Обещаю. Я сейчас вернусь.

Он отступает, чтобы дать мне и Аусару пространство.

— Мне нужно спросить, желаешь ли ты этого, моя Хлоя, — произносит Аусар у изножья кровати, привлекая моё внимание. — Я не хочу торопить тебя или толкать к тому, чего ты не желаешь. Я не человек, и я знаю, что это странно.

— Ты великолепен. Вы оба прекрасны, — говорю я, и комок подступает к горлу.

Я поднимаюсь на колени, подобрав льняную ночную рубашку, чтобы не споткнуться и не упасть, пока пробираюсь к нему через всю кровать. Нежность захлёстывает меня, когда он раскрывает объятия, едва я оказываюсь рядом, и одна его сильная фиолетовая рука касается моего лица, в то время как другая обвивается вокруг меня.

Я таю от одного его прикосновения, поворачиваясь и целуя его ладонь.

На лице Аусара появляется нечитаемое выражение, когда он прижимает меня к себе в полном объятии. Привязанность и тепло разливаются по моим жилам, настолько внезапно заполняя всё моё существо, что слёзы наворачиваются на глаза.

— Ты плачешь? — в его голосе звучит отчётливая мужская тревога.

— Поцелуй её! — доносится возглас Себа, но страннее то, как Аусар тут же спешит повиноваться.

Их динамика так сильно отличается от всего, что я испытывала даже читая любовные романы, и я понимаю, что мне это нравится.

Его руки мягко гладят мои волосы, и я смутно замечаю, что они уже не такие непослушные, как прежде, в то время как его губы опускаются на мои.

Поцелуй так нежен, а объятия так крепки, когда он притягивает меня к себе. Меня охватывает счастье вместе с ощущением уверенности в том, что с этого момента моя жизнь необратимо изменится. Я улыбаюсь в его губы, прижимая ладони к гладкому лицу.

— Я никогда более не желаю видеть твоих слёз, — говорит он, отрываясь, губами лаская мочку моего уха.

Он осыпает поцелуями мою щёку, и его магия становится всё ощутимее с каждым соприкосновением наших тел.

— Я плачу от счастья. Я не могу не чувствовать, как это правильно — быть с вами. Я хочу тебя, — говорю я ему, приподнимаясь, чтобы прижаться щекой к его шее, желая успокоить его. — Я хочу вас обоих.

Я протягиваю руку Себу, который принимает её, целует и отпускает. Я плотно обвиваю руками Аусара, впиваясь пальцами в мягкий хлопок его рубашки, и он захватывает мой рот в яростном поцелуе, от которого у меня перехватывает дыхание.

Аусар

Я поднимаю Хлою за талию и переношу её к изголовью кровати, переполненный гордостью. Устроив её среди подушек, я склоняюсь и приникаю к её губам в более сладостном поцелуе, пытаясь быть нежным и сдержать потребность поглотить её целиком.

Мне приходится быть медленным, осторожным. Моя магия всё ещё слишком могущественна, чтобы она могла её вынести.

Она уже доказала свою восприимчивость к ней, потеряв сознание от силы, с которой я перенёс нас сюда. Я знал многих ведьм, но не ожидал, что моей парой окажется одна из них, и я принимаю это. Но это означает, что она более хрупка, и это лишь подчёркивает, насколько устойчив мой Себ, чья стойкость не сломалась, несмотря на годы, проведённые под напором моей силы.

Смертные падали в обморок во время великих празднеств эоны назад, когда моя семья собирала толпы, и всё лишь от чистой силы нашей магии. Хотя теперь она не столь велика, как прежде, из-за моей сестры и коварной колдуньи, она всё ещё мощнее всего прочего на этой земле. Кроме того, когда я соберу все утраченные артефакты, моя сила восстановится полностью, и я наконец смогу в полной мере разделить своё бессмертие с моими парами.

Я отрываюсь, чтобы прикоснуться к ней, лаская и поглаживая её пышные бёдра, она глубоко стонет.

Моя пара прекрасная женщина с мягким животиком и округлыми формами. Я не раз любовался ими с тех пор, как впервые увидел её. Она столь приятна моим глазам, но не только внешность имеет значение, в её взгляде скрыт острый ум, который, я уверен, будет удерживать меня в плену всю нашу долгую жизнь.

Я возжелал Себастьяна с первого взгляда. Его прекрасное тело заставило меня немедленно захотеть прикоснуться к нему и ощутить его вкус, и я влюбился по мере того, как мы проводили время вместе. Хлоя, напротив, заставляет похоть пылать в голове, пока каждый дюйм моего существа горит насущной потребностью овладеть ею.