Чтение онлайн

– Но, - перебил его Мастер, - большая часть их фантастики описывает кристаллических существ. В тех рассказах, что я прочёл, ближайшее подобие человека - нечто вроде гигантской разумной эластичной губки. И почти все инопланетяне, которых встречают детоедские исследователи, едят своих детей. Я не думаю, что авторы много размышляли над этой идеей. Просто им не хотелось сочинять нечто настолько чуждое, чтобы читатели не смогли ему сопереживать. Цель сочинительства - стимулировать моральные инстинкты, и поэтому все сюжеты, по сути, рассказывают о личном жертвоприношении и потере - такова их теория литературы. Так что можно найти истории, в которых мудрые, благие, древние инопланетяне объясняют, почему контроль численности населения - великий шаг на пути эволюции, и почему ни один вид не может стать разумным и сотрудничающим без поедания детей, а если даже может, то уничтожит себя в междоусобных войнах.

– Хм, - сказала Ксенопсихолог, - возможно, Детоеды не так уж неправы… не надо так на меня смотреть, я не это имела в виду! Я хочу сказать, что цивилизация Детоедов не особенно много воевала. Фактически они вообще не воевали после того как полностью освоили научный метод. Это был великий водораздел в их истории - понятие объяснимой ошибки, идея, что необязательно убивать всех приверженцев ошибочной гипотезы. Не из милосердия, а потому что они ошиблись из-за недостатка данных, но не какого-либо врождённого порока. Прежде они всегда воевали до полного уничтожения. Но вот появилась теория о том, что если большая группа людей что-то делает неправильно, то это, скорее всего, объяснимая ошибка. Их версия теории вероятностей - то есть формально корректного способа обращаться с неопределёнными данными - повлекла за собой всеобщий мир.

– Но тогда… - начала Леди Сенсор.

– Конечно же, - добавила Ксенопсихолог, - каждый, кто отступает от групповой нормы действительно вследствие врождённого порока, всё равно должен быть уничтожен. И не все сразу согласились, что научный метод морален - он показался весьма контринтуитивным, - так что в результате их последней войны сциентисты убили всех не-сциентистов. После этого настал всеобщий мир.

– Ой, - тихо произнесла Леди Сенсор.

– Да, - сказала Ксенопсихолог, - и после этого Детоеды объединились в одну супергруппу, которая уничтожала еретиков только индивидуально. Теперь в их культуре строгое табу на войны между народами.

– К сожалению, - сказал Мастер Фэндома, - от этого табу нам не легче. Есть научно-фантастические книги, хотя их мало, в которых Детоеды встречают инопланетян и НЕ объединяются немедленно в одно общество. Книги про ужасных монстров, которые НЕ едят своих детей. Эти монстры размножаются как бактерии, грызутся между собой как крысы, ненавидят искусство и красоту и разрушают всё на своём пути. Это монстры, которых необходимо истребить до последний цепочки ДНК… в смысле, до последнего кристалла-зародыша.

Заговорил Эйкон.

– Я беру на себя полную ответственность, - сказал Председатель концференции, - за решение послать Детоедам все наши тексты и голограммы. Но факт есть факт: теперь у них более чем достаточно информации для вывода о том, что мы НЕ едим своих детей. Наверное, они поняли, как мы воспринимаем их цивилизацию. И они ничего не передали нам с тех пор, как мы начали передачу для них.

– Итак, вопрос. Что нам делать?

2/8. ВОЙНА И/ИЛИ МИР

Лорд Пилот вскочил. Кровь прилила к его лицу.

– Выстави щиты. Сейчас же. Мы ничего не выигрываем, пока щиты не активированы. Это безумие!

– Нет, - профессиональным тоном сказал Исповедник, - не безумие.

Пилот грохнул кулаком по столу.

– Мы все погибнем!

– Они технологически слабее нас, - сказал Эйкон.
– Допустим, Детоеды решат, что нас нужно уничтожить. Допустим, они откроют огонь. Допустим, они нас убьют. Допустим, они пойдут по нашему туннелю и откроют систему Гюйгенс. И что?

Мастер кивнул.

– Даже с учётом эффекта неожиданности… Нет. Они и правда не могут истребить человеческий род. Если только они не гораздо умнее чем выглядят, а выглядят они в среднем несколько поглупее нас.
– Мастер кинул взгляд на Ксенопсихолога. Та жестом изобразила “возможно”.

– Но если мы не активируем щиты, - сказал Эйкон, - мы сохраним какой ни есть шанс на мирное решение вопроса.

– Мирное, - произнесла Леди Сенсор до странности невыразительным тоном. Эйкон посмотрел на неё.
– Ты хочешь мира с Детоедами?

– Конечно, - сказал Эйкон и внезапно замолчал.

Леди Сенсор оглядела стол.

– А детоедские дети? Как насчёт них?

Мастер Фэндома неуверенно заговорил:

– Ты не можешь навязывать человеческие стандарты…

Молниеносным движением Леди Сенсор влепила ему звонкую пощёчину. Исповедник схватил её за руку.

– Нет.

Леди Сенсор уставилась на Исповедника.

– Нет, - повторил он.
– Никакого насилия. Только аргументы. Насилие не позволяет отличить истину от лжи, миледи.

Леди Сенсор медленно опустила руку, но не взгляд.

– Но… - сказал Мастер.
– Но, миледи, если они хотят, чтобы их съели…

– Они не хотят, - сказала Ксенопсихолог.
– Конечно, они не хотят. Они убегают от своих родителей во время отсева. Детоедские дети эмоционально незрелы - я имею в виду, они ещё не вошли во взрослое эмоциональное состояние. Эволюция разобралась бы с теми, кто хочет быть съеденным. И дети ещё учатся, ещё делают ошибки, у них ещё нет инстинкта уничтожения нарушителей кодекса группы. Они живут по-простому. Они играют, они исследуют мир, они пробуют всё новое. Они… - Ксенопсихолог замолчала.
– Чёрт, - сказала она и отвернулась от стола, закрыв лицо руками.
– Извините.
– Её голос дрожал.
– Они на самом деле совсем как человеческие дети.

– А если бы они были человеческими детьми?
– спросила Леди Сенсор посреди общего молчания.
– По-вашему, было бы правильно позволить Детоедам их есть просто потому, что Детоеды хотят их есть?

– Нет, - сказал Лорд Пилот.

– Тогда где разница?
– спросила Леди Сенсор.

– Никакой разницы, - ответил Лорд Пилот.

Эйкон поглядел на них. Понял, что сейчас будет. И почему-то не мог сказать…

– Мы должны их спасти, - сказала Леди Сенсор.
– Мы должны это остановить. Неважно какой ценой. Мы не можем это терпеть.

… Он не мог сказать этого самого слова…

Лорд Пилот кивнул.

– Уничтожим их корабль. Пусть эффект внезапности будет на нашей стороне. Вернёмся, расскажем миру, соберём армию подавляющей мощи и вторгнемся в детоедскую сеть туннелей. И спасём детей.

– Нет, - сказал Эйкон.

Нет?

– Да, знаю, - сказал Лорд Пилот.
– Много Детоедов умрёт, но они убивают в десять раз больше детей, чем всё их взрослое население, каждый год…

– И что?
– спросил Мастер Фэндома.
– Что будет, когда дети вырастут?

Лорд Пилот замолчал.

Мастер Фэндома продолжал:

– Ты собираешься истребить всю их расу, потому что их существование слишком ужасно? Я читал их книги, и я их не понимал, но… - Мастер Фэндома сглотнул.
– Они не… зло. Ты понимаешь? Они не ЗЛО. Нужно ли наказать меня за то, что я не хочу их наказывать?

– Мы могли бы… - проговорил Лорд Пилот.
– Мы могли бы модифицировать их гены, чтобы они могли рожать только одного ребёнка за раз.

– Нет, - сказала Ксенопсихолог.
– Они вырастут, ненавидя себя за неспособность есть детей. Они станут чудовищами в своих собственных глазах. Будет милосерднее просто убить их.