Чтение онлайн

— Что? — спросил юноша, глядя на её открытый рот.

— Нет, ничего, — ответила Эля и закрыла рот, так и не задав вертевшегося на языке вопроса.

— Прибыли! — объявил юноша и лодчонка уткнулась носом в песчаный берег.

Эля моргнула и сжала губы, стараясь, чтобы нижняя челюсть не опустилась вниз. Ещё минуту назад кругом была чистая водная гладь, откуда взялся берег? Она что, уснула пока плыли? Так глаза же открытые были! «И с моста никаких островов было не видать,» — и снова Эля не стала задавать никаких вопросов.

Тем временем, юноша быстро снял обувь, закатал брюки и, спрыгнув в воду, потащил ялик на песок. Девушка встала и стоя наблюдала за тем, как он вытаскивает лодочку на песчаный берег со стоящей на борту ней. Он подал Эле руку и помог ступить на берег.

Песчаная коса была совсем узенькая, а за ней — буйная растительность, разрезанная надвое уходящей вверх тропой. В воздухе витал тонкий цветочный аромат. Девушка вдохнула воздух и пошла к тропе, увлекаемая юношей. Но ступив на тропинку, она остановилась удивлённая: у самой тропинки рос белый вьюн. Там где Эля жила этого растения было полным полно. Но так цветочки этого сорняка были малюсенькие — размером с ноготь большого пальца на руках Эли, здешний вьюн был размером с её ладонь.

— Пойдем, — сказал молодой человек и повёл в верх по тропинке.

Пока они шли по тропинке, девушка останавливалась чуть ли не на каждом шагу, удивляясь цветам — мелким, крупным, ярким и не очень. Восхищалась густым кустам с огромными красными ягодами, плодовым деревьям. «Как ещё фрукты не оборвали?» — подумала Эля.

— Так они ещё не созрели, — возразил юноша.

— У нас не ждут пока созреет — обрывают чужие сады, а потом на животы жалуются, требуют, чтобы их пожалели.

Они преодолели подъём и густая растительность оказалась за их спинами, перед ними — пастбище, здесь то тут, то там бродили разномастные, тучные коровы. А тропинка, между тем, уводила их дальше — к видневшимся невдалеке небольшим, похожим на игрушки домикам. На горизонте поднимись высокие тополя, стоявшие в ряд, как великаны на параде.

Когда Эля шла по тропинке, держась за локоть молодого человека ей казалось, что она отдаляется всё дальше и дальше от событий последних двух дней, начиная с того момента когда с Альбиной не хватило мест в проходящем по трассе автобусе и заканчивая побегом, когда Эля увидела истинный облик «капитана».

Эля находилась здесь совсем не долго, но ей здесь очень нравилось. Всё вокруг: и заросли там, позади и эта тропинка, и коровы, поднимавшие головы и смотрящие на них огромными, и добрыми глазами и красивые белые домики, к которым они сейчас шли — всё это навевало умиротворение. Девушке подумалось, что те, кто здесь живут — счастливцы.

— Нам сюда, — сказал юноша и свернул к первому дому. Он по-хозяйски открыл низкую калитку и провёл Элю по дорожке, вымощенной диким камнем, мимо пышных розовых кустов, усыпанных крупными, яркими, всех цветов радуги цветами к крыльцу.

Из домика вышла улыбающаяся хозяйка. Увидев эту женщину, Эля всё поняла. Она посмотрела на юношу и глаза её наполнились слезами. Лицо этой женщины она никогда в жизни не видела, но тем не менее узнала. Она часто видела это лицо у себя дома … на фотографиях.

Слёз Эля сдержать не смогла, они обильно потекли из глаз, мешая видеть лицо юноши чётко — женщина, вышедшая им на встречу была Элина бабушка, покойная бабушка.

— Чаво энто? — возмущённо спросила она, — Чаво энто ты вздумала здесь сырость разводить?

Она спустилась со ступенек и обняла Элю. У бабушки были мягкие, ласковые руки. Она повела девушку в дом, что-то ласково бормоча. Юноша за ними не последовал, а дождавшись, когда за хозяйкой и её гостьей закроется дверь, удалился.

Домик внутри оказался значительно больше чем казался снаружи. Здесь было три просторные и светлые комнаты с небольшим количеством добротной мебели — только самое необходимое и кухня с огромными окнами. На подоконниках во всех комнатах стояли кактусы в горшках, а за окнами были видны те розы, мимо которых они прошли, а ещё фруктовые деревья с подпорками под усыпанными плодами ветвями, небольшой огородик и ягодные кусты. Где-то не далеко кудахтала курица. Здесь было уютно. Европа, которую в последнее время Эля стала часто вспоминать, сказала бы «лёгкая атмосфера».

Бабушка, хотя назвать её бабушкой язык не поворачивался — старушкой она никак не была, просто взрослая женщина, бабушка первым делом повела Элю в ванную. Вручив ей полотенце, домашний халат и нательное бельё, она показала ей, как пользоваться смесителем старого типа и ушла, оставив Элю одну.

… В ванне измученная Эля чуть не уснула. Только лёжа в горячей воде, девушка поняла, до какой степени она устала. Однако она всё-таки нашла в себе силы: вымылась, оделась, расчесалась своей расчёской и вышла на кухню, где возилась бабушка. После купания она чувствовала себя как заново родившейся.

Хозяйка усадила её за стол, выставила перед ней снедь. Она с улыбкой наблюдая как голодная Эля поглощает пищу, набив рот и в её глазах светилась любовь. А до кровати девушка добралась только с помощью своей молодой бабушки.

Кровать была огромная и громоздкая, как и вся старинная мебель. Постельное бельё было белоснежное и хрустело от крахмала. Элина мама бельё никогда не крахмалила — экономила, крахмал на дороге не валяется — его покупать надо; а между тем на накрахмаленном белье лежать одно удовольствие! Прежде чем уснуть девушка огляделась: комната, в которой она оказалась, была не маленькая и не большая. Просто побеленные стены, даже без добавления колера, яркие занавески. На подоконниках в горшках, позже Эля увидела что они глиняные, стояли кактусы причудливых форм, через тюль было видно, что один из кактусов цветёт крупными цветами, потом, после отдыха Эля рассмотрела этот огромный и белоснежный цветок.

Возле кровати стоял небольшой сундучок с декоративным замочком, резными стенками и выгнутой крышкой. Напротив кровати, с двух сторон от двери как стражи высились …книжные шкафы, забитые пухлыми томами. Почти все корешки были тёмными. На полу вдоль комнаты, от сундучка к окну с кактусами и яркими занавесками была расстелена красная ковровая дорожка.

Но больше всего внимание Эли привлекли шкафы с книгами. Разглядывая их, девушка и уснула.

Бабушка разбудила её на закате, сказав, что нельзя спать на закате — голова болеть будет. Нехотя Эля поднялась и вышла в большую комнату. Дома был дедушка, такой же молодой, как и бабушка. Эля поздоровалась.

Вдруг раздался раскатистый гром. Эля выглянула в окно, чтобы посмотреть на грозу через стекло, но на темнеющем небе не было ни облачка … и не было дождя. Недоумевая, девушка продолжила выглядывать на улицу. Вдруг, или это только показалось, над деревьями, росшими на речном берегу мелькнула пара исполинских белоснежных крыльев.

— Не надо смотреть, — сказала подошедшая бабушка, — Это страшно. Она задёрнула шторы и включила в комнате свет. Чтобы отвлечь девушку от того что происходит на улице, бабушка с дедушкой включили телевизор, который оказался цветным — дома у Эли был чёрно-белый. Началась трансляция художественного фильма и совсем скоро сюжет захватил внимание девушки, однако ночью она, лёжа в постели, обдумала увиденное. Эля была абсолютно уверенна в том, что ей не показалось и она действительно видела как промелькнули крылья. «Наверное, у «капитана» и его команды были проблемы» — злорадно подумала Эля, она вспомнила библейскую историю о каком-то дядьке и его дочерях: когда они бежали из города, который должен быть уничтожен их родовой бог потребовал, чтобы они не оглядывались. «Наверное, на это действительно не стоило смотреть, — продолжала размышлять Эля, — Ведь бабуля не только мне не дала, но и сама смотреть не стала, а наоборот задвинула шторы. А вообще это действительно страшно». С этими мыслями Эля уснула.