Чтение онлайн

Снова раздался конский топот, а вскоре показался и всадник, трусивший мелкой рысцой. Это был изысканно одетый тучный мужчина с багровым лицом. Кидд, почтительно поклонившись, помог ему сойти на землю.

– Уф! – сказал толстяк. – Кончилась, наконец, эта проклятая тряска по жаре!

– Пеняйте на себя, дон Руфино. Вы сами этого хотели. Будь я так богат, как вы, я бы ни за какие блага не стал рыскать по прерии в такую жару. Разрази меня дьявол на этом месте, если я говорю неправду!

– Человек сам себе судья, маэстро Кидд, – сухо ответил дон Руфино, утирая тонким батистовым платком пот, струившийся с его лица.

– Возможно, что и так. А все же имей я честь называться доном Руфино Контрерас, какого дьявола стал бы я гоняться за каким-то бродягой! Я бы пренебрег даже великим наслаждением, которое доставляет беседа с таким достойным кабальеро, как маэстро Кидд.

– Ха-ха! – прыснул со смеху сенатор. – Вы, кажется, пронюхали, что пахнет жареным, мошенник!

– Черт возьми! – без всякого смущения отвечал бандит. – Я не строю себе на этот счет никаких иллюзий. Конечно, вы не стали бы затруднять себя только для того, чтобы насладиться беседой со мной.

– Ты угадал, парень. Итак, слушай меня внимательно.

– Ого! Обращаться ко мне на «ты»! Предупреждаю, за это удовольствие плата за услуги повышается. А впрочем, говорите. Мне нравится такой крутой подход к делу: значит, дельце будет выгодное.

Сенатор пренебрежительно пожал плечами.

– Хватит! Довольно болтовни! – сказал он. – Перейдем к делу. Скажи, Кидд, ты любишь деньги?

– Я предпочитаю золото!

– Отлично. А ты способен ради него убить человека?

– Что вы сказали?

– Я спрашиваю тебя, мошенник: возьмешься ли ты за плату убить одного человека?

– Ну, это-то я сразу понял.

– Зачем же было переспрашивать?

– А зачем было обижать меня подобными вопросами? Убить человека – невелика штука, все дело в оплате.

– Останешься доволен.

– Деньги вперед?

– Если хочешь.

– Сколько?

– Предупреждаю: человек этот не робкого десятка.

– Поэтому-то он вам и мешает. Дальше.

– Что – «дальше»?

– Сколько?

– Тысячи пиастров будет довольно?

– Не скажу, чтоб это было много.

– Черт возьми, ты парень с запросом!

– Не спорю; зато работаю на совесть. Выкладывайте все же имя человека, которого надо убрать с вашей дороги.

– Хосе Паредес.

– Управитель асиенды дель Торо?

– Он самый.

– Ну, знаете, с этим парнем не так-то просто справиться. Он здорово насолил вам?

– Я его даже не знаю.

– Рассказывайте! – недоверчиво произнес бандит. – Вы платите тысячу пиастров за убийство человека, которого даже не знаете?

– Невероятно, но факт.

– Не верю! Хотя я и бандит, но знаю, что человек не курица, его так, здорово живешь, не убивают.

– Только что ты сам высказал предположение, что человек этот стал мне поперек дороги.

– А! Это другое дело, – сказал бандит. Этот довод показался ему достаточно убедительным, чтобы убить человека.

– Слушай же меня внимательно и запомни раз и навсегда мои слова.

– У меня отличная память.

– Дня через два-три Паредес отправится в Эрмосильо. Он повезет векселя на довольно крупную сумму.

– Превосходно! – воскликнул Кидд, потирая от удовольствия руки. – Ему – пуля, мне – векселя.

– Ничего подобного! Ты дашь ему спокойно проехать. А убьешь его на обратном пути, когда он будет возвращаться с деньгами.

– Верно! Что за идиотская у меня башка! Ну конечно, так будет лучше.

– Да, но ты отдашь эти деньги мне, – насмешливо глядя на него, произнес дон Руфино.

– А сколько с ним будет денег?

– Пятьдесят тысяч пиастров.

– Vivo Dios! И вы хотите, чтоб я отказался от таких денег? Да я скорее удавлюсь!

– И все же тебе придется вернуть их мне.

– Ни за что!

– Полно врать! – сказал сенатор. – Ты ведь в моих руках и отлично это знаешь… Значит, отказываешься? Тем хуже для тебя: теряешь две тысячи пиастров.

– Вы сказали: «тысяча».

– Я оговорился.

– Когда можно будет их получить?

– Да хоть сейчас.

– Разве они у вас при себе?

– Разумеется. Внезапно в глазах бандита сверкнул зловещий огонек, он весь напружинился и с ножом в руке бросился на сенатора. Но на этот раз бродяга наткнулся на достойного ему противника: дон Руфино знал, с кем имеет дело, и, ни на минуту не спуская глаз с бандита, следил за малейшим его движением. Он успел предупредить молниеносное нападение Кидда, схватив бродягу за руку своей левой рукой, а правой наведя дуло пистолета почта в упор на грудь разбойника.

– Гей, маэстро! – произнес сенатор, сохраняя при этом полное спокойствие. – Ты что, взбесился? Какая муха укусила тебя?

– Пустите меня, – угрюмо пробурчал бандит, пристыженный своей неудачей.

– Не раньше, чем ты бросишь нож, парень. Бандит разжал руку, нож упал на траву; дон Руфино мгновенно наступил на него ногой.

– Я думал, ты работаешь лучше, – иронически заметил дон Руфино. – Жаль, что я не размозжил твою башку, – это научило бы тебя в другой раз бить без промаха.

– Я не всегда даю промах! – с затаенной угрозой пробормотал Кидд.

Наступило короткое молчание. Твердая Рука, явно заинтересовавшийся разговором, внимательно следил за ними, ловя каждое слово и каждое их движение.

– Ну как? Решился наконец? – прервал молчание сенатор.

– На что?

– Принять мое предложение.

– Разве оно еще в силе?

– Конечно!

– В таком случае, принимаю.

– Но на этот раз придется вести честную игру, – сказал сенатор, – без жульничества. Понятно?

– Понятно, – кивнул головой Кидд.

– Я рассчитываю на твою добросовестность, Кидд. Пусть сегодняшний урок послужит тебе на пользу. Я не всегда такой сговорчивый, и, если подобное недоразумение возникнет между нами еще раз, оно будет иметь для тебя самые серьезные последствия.

Внушительный тон, которым были произнесены эти слова, и выразительный взгляд, которым они сопровождались, произвели свое действие и заставили призадуматься бандита.

– Ладно, – сказал он. – К чему эти угрозы? Ведь мы договорились.