Чтение онлайн

— Очнулась? — вваливается Антон, и у меня от одного его вида сводит зубы.

Вырядился, как настоящий жених Еще и во всем белом, аж глаза режет.

Так. Стоп. Это не сон? Они, что меня полутора суток под успокоительным держали и сюда привезли? Совсем сумасшедшие?

— Тихо ты. Не пугайся. — говорит Антон, как-то очень спокойно. — В прошлый раз я перегнул. Давай по-нормальному.

— По-нормальному? — переспрашиваю я, потому что спокойный Антон это точно нереально.

— У нас был уговор. Вот и следуем ему. Сегодня ты выходишь за меня замуж, а твоей сестре делают операцию, — выдает он, а я гадаю.

Если это не сон, то с чего он вдруг передумал?

— Не забывай, что должна улыбаться и вести себя непринужденно,чтобы ни у кого не возникло сомнений, что все это добровольно.

Ах, вот в чем дело. Силой меня можно поставить на колени, а вот к венцу через публику под плетью вывести не удастся. Вот откуда дует ветер.

— С чего мне тебе верить? — щурюсь я, не ожидая от него ничего хорошего. — Вдруг ты врешь про операцию?

— Позвони и узнай, — дает мне мой же мобильный.

Кошусь на блондина с недоверием, но номер мамы набираю. Она вся на нервах, говорит невнятно, и я сначала пугаюсь, но вскоре выдыхаю.

— Да солнышко, Ее прямо сейчас везут в операционную. — говорит мама, и я чуть ли не плачу. Не верю, что это наконец-то случилось.

— Все хорошо? — беспокоится мама.

— Все прекрасно. — шепчу я ей, не знаю, верит ли она, но отключается. Ей нужно быть там. Быть с Варей.

Убираю от уха онемевший телефон. Варе сделают операцию. Мне это не снится.

— Убедилась? Считай это свадебным подарком. Теперь ты выполняй свою часть и помни, что я в любой момент могу все остановить, если выкинешь финт. — говорит он, но, видимо, не знает, что у врачей помимо прайса есть еще и клятва Гиппократа. — Поняла?

— Поняла, — киваю я, а сама все еще мыслями с мамой и Варей.

— И еще. Хоть раз в будущем позволишь себе такую истерику, и сильно пожалеешь. Не забывай. Операция это пол дела. Твоей сестре нужно восстановление, — вот сейчас он дело говорит. — Собирайся. Гости и пресса начинают пребывать.

— Уже? — Хмурюсь я, и в комнату тут же входят две женщины с чемоданчиками. Только с рейса? Это гости? Нет. Косметологи, которые тут же велят мне умыться, чтобы приступить. А я как в тумане.

От мыслей о Варе тут же кидаюсь в другую крайность Кирилл. Антон сказал, что он цел. Он будет здесь? Почему ни разу не пришел? Его не смутило, что я пропала чуть ли не на два дня? Или ему стало плевать на меня, после шоу той женщины?

Даже если и так, я хочу знать, что он цел. Мне это жизненно необходимо!

Тянусь к телефону, но женщины велят не дергаться. Тянут за волосы щипцами.

— Дайте минуту, — прошу их, но едва беру своего “старичка”, как в комнату входит еще одна гостья.

Ей-богу, сегодня здесь все, кого я видеть не хочу. Проходной двор какой-то!

— Ух ты, какое платье, — отмечает блондинка. Та самая, что немногим ранее мне угрожала.

— Ты что тут делаешь? – шиплю на нее, и опять мне больно, потому что дернувшись, опаляю кожу головы щипцами.

— Пришла поздравить. Лучше бы ты сразу сказала, что выходишь замуж за Антона. Тогда не было бы этого недопонимания, — выдает она.

— Недопонимания? — хмурюсь я, а в моей заторможенной голове наконец-то начинают собираться картинки. — Та женщина. Ты ее подослала?

— Прости, — как-то не искренне кривится она. — Я же не знала, что ты замуж собралась за другого. Сама виновата. Любая за своего мужчину будет бороться.

— А ничего, что в ходе твоей борьбы, мы чуть не погибли? — злюсь я.

— Ну сейчас-то все хорошо. Ты с Антоном, Кирилл со мной, — выдает она, и меня передергивает.

— Тише, — просит парикмахер, а мне сейчас все равно, даже если волосы спалит.

Кирилл с этой блондинкой? Не болен? Цел, как и сказал Антон? Просто забил на меня?

Не знаю почему, но я ей не верю! Хоть убейте!

— Где он? Как он?

— Отлично, — заверяет блондинка. — Вычеркнул тебя из жизни и вполне счастлив. Не думай о нем, о своем будущем муже так переживай. А то слухи еще пойдут. Ой-ой, — хихикает она.

А у меня снова чувство, будто я нахожусь в каком-то бесконечном кошмаре.

Но так больно, что это не может быть сном. Даже дышать тяжело. А раз я не сплю, то тогда проснулась в другой реальности. Иначе я никак не могу все это объяснить.

— Косметика, — напоминает одна из дам, которая все это время находится здесь, все слышит, но делает вид, что все в порядке.

Завидую ее железным нервам и умею так плевать на людей. Я тоже так хочу.

Блондинка спрашивает, нужна ли ее помощь, а затем с чистой совестью уходит, напоследок окинув взглядом меня и белое свадебное платье. Я уже ненавижу эту тряпку.

— Давайте оденемся, — торопят дамы, а я задыхаюсь. И вовсе не из-за корсета.

Мне кажется, что я тону. Что воздух больше недоступен.

— Мне нужно в туалет, — говорю я, отмахиваясь от фаты.

— Уборная здесь, — кидают дамы вслед, но я все равно иду в коридор. Если не выдохну, то сейчас взорвусь.

Кирилл забыл обо мне. Так просто. После всего?

Не верю!

— Кирилл очнулся три часа назад, мам, — слышу голоса за одной из дверей и резко торможу. Что?

Что Антон только что сказал?

— Вышел из комы? — переспрашивает женщина, и внутри все замирает. Что значит, вышел из комы? Он был в ней? Тогда что несла эта блондинка? — Так и знала, что это случится. Неугомонный мальчишка. Он все испортит.

— Что он может испортить, через полчаса я буду женат и при наследстве.

— Ты идиот, как и твой отец. Он еще до аварии собирал отчетность по финансам. Точно что-то заподозрил. И в свадьбу вашу он не верит. Не ты ли говорил, что он к юристу твоему подходил? Такой и свадьбу сорвать может.

— На одной ноге? — усмехается Антон.

Боже! Что значит, на одной ноге?

— Ты как будто его не знаешь. Он и без ног приползет, если захочет. Он бомба замедленного действия. Значит, мы сами эту бомбу взорвем. И подальше от нас, — говорит она пугающие вещи, и все внутри застывает.

— Что ты имеешь в виду? — напрягается Антон и вместе с ним я.

Внутри все холодеет от опасных предположений, я почти не дышу, пока ожидаю страшный ответ.

— Если кто-то не умеет останавливаться, нужно самим его остановить, — заявляет женщина — Все уже готово, сынок. Сегодня мы решим сразу две проблемы.