Чтение онлайн

— Эми, я ушел, — снова слышу голос мужа и морщусь от головной боли.

Не дождавшись ответа, Костя хлопает дверью, а я, выдохнув, тоже плетусь в ванную. Только успеваю забросить вещи а стиральную машину, как из кухни доносится мелодия. Набросив халат, иду за мобильным и в недоумении смотрю на незнакомый номер. Хотя нет… С этого номера, если не ошибаюсь, приходили мне сообщения.

— Слушаю, Евгений, — отвечаю на звонок.

— Приятно, — усмехается он в трубку и сразу же спрашивает: — Надеюсь, ты не согласилась?

— На что я должна была не соглашаться? — удивляюсь, чувствуя, как в груди неприятно начинает свербеть.

Откуда он только взялся? Почему так рьяно следит за моей жизнью? Будь я большой шишкой, подумала бы, что это теория заговора.

— Не иди с ним сегодня вечером, — говорит Евгений. — Ты же понимаешь, что это лишь способ достижения цели? Нравится, когда тебя используют? Он ведь делал это уже не раз. Давай подумаем, — вздыхает он, понимая, что комментировать эти высказывания я не собираюсь. — Смог бы Костя построить свой бизнес без помощи твоего отца? Нет, хороший стартап — половина успеха. Связи вашей семьи ему тоже помогли на первых порах.

— Что ты мне пытаешься сказать? — перебиваю я.

Да, у Кости не было возможности для удачного старта. Но все с чего-то начинали. И если есть кому помочь, то почему бы не ускорить процесс?

— Что ты удобная, Эмилия, а не любимая.

Сбрасываю вызов, упершись ладонями в стол. А вот это было больно. Не оскорбил, даже ничего сверхъестественного не сказал, но все равно больно. Пытаюсь отдышаться, глядя на погасший экран телефон. Но повторного звонка нет. Значит, Евгений мне сказал все, что хотел.

Иду в душ, и уже когда стою под струями воды, царапая ногтями настенную плитку, меня пронзает догадка. А ведь Евгений знал, что я отвечу. То есть он понимал, что Кости нет дома. Следит, что ли, за нами? И не связаны ли проблемы мужа, что ему пришлось сорвать в воскресенье с утра, с Евгением?

Я успеваю так накрутить себя, что все из рук валится. Костя появляется после обеда. Вижу, что он недоволен, раздражен, но молчит. Выпивает две чашки кофе, пока я делаю укладку.

А мне даже не хочется спрашивать, что у него случилось. Не хочется как-то утешить. В голове так и бьются слова Евгения о том, что меня используют. И я ищу им оправдание. Ну нельзя подделать тот взгляд, которым на меня смотрел Костя… Он любил меня.

«Любил — это глагол прошедшего времени», — снова подсказывает ехидная часть меня.

Мы с мужем не разговариваем, пока собираемся. И я почти физически ощущаю ту трещину, которую дал наш брак. И если на нее не обращать внимания, то она разрастется. А надо ли ее залатать?

Уже в машине Костя утыкается мне лбом в плечо, взяв за руку.

— Эми, я так устал, — тихо выговаривает он.

И голос настолько глухой, в нем действительно слышится усталость. Меня снова начинает грызть совесть. Но я тоже вымоталась. За последние двое суток устала от собственных мыслей. Сжимаю ладонь мужа в ответ.

— Может, нам выбраться куда-нибудь? — отвечаю. — На море хоть на неделю.

— Не могу, Эмилия, работа. Игнат бы, конечно, и сам справился, но я хочу все проконтролировать.

— Конечно, — киваю я. — Как скажешь.

Раздрай в мыслях и чувствах меня не покидает, пока мы едем. Я смотрю в окно, но ощущение, что я делаю что-то неправильно, не покидает. Хотя кто мне такой Евгений и почему я должна верить ему, а не своему мужу? С Костей я прожила не один год. Он, в конце концов, мне самый близкий человек, не считая родителей и брата.

— Эмилия, ты должна сегодня блеснуть, — наставляет меня муж, когда мы останавливаемся перед красивым зданием, окруженным лесом.

«Я никому ничего не должна», — так и рвутся слова наружу, но я улыбаюсь и выхожу из машины.

Беру Костю под руку, и мы проходим внутрь. С кем-то здороваемся по пути, я делаю все машинально, улыбка как приклеенная. Надеюсь, надолго мы здесь не задержимся.

— Добрый вечер, — знакомый голос раздается за спиной, и я вытягиваюсь по струне, понимая, что выдаю себя с потрохами.

— Женя, — с наигранной улыбкой отвечает Костя, обернувшись вместе со мной. — Ты же в Питере осел.

Но прозвучало это как: «Какого черта ты вернулся?»

— Не люблю дожди и толпы туристов, — салютует нам бокалом Евгений, при этом глядя на меня.

Только бы ничего не сказал сейчас… Хотя… Я же не делала ничего плохого. Значит, и бояться мне нечего.

— Так перебрался бы в Италию, — смеется Костя, но видно, что встрече с Евгением он не рад. — С марта по ноябрь пляжный сезон, хотя туристы тоже надоедают.

И вроде бы ничего не значащий разговор двух старых знакомых, но у меня прямо мороз по коже. Да и напряжение, кажется, можно рукой потрогать.

— Все равно бы потянуло рано или поздно на родину, — в тон моему мужу отвечает Евгений, но при этом только мельком смотрит на Костю, а потом снова буквально пронзает меня взглядом.

Да что же он творит? Тут даже дурак заметит, что есть у Карельского какой-то интерес. А мой муж далеко не дурак. А я стою с приклеенной улыбкой и мысленно молю Евгения не компрометировать меня.

Дожилась, честное слово. Только мужа обвиняла в измене, а сейчас чувствую себя так, словно сама изменила… с Евгением.

— Эмилия, — когда он произносит мое имя, я еще больше напрягаюсь, ожидая уже чего угодно, — а ты за эти годы совсем не изменилась. Все такая же красавица.

— Спасибо, — тихо говорю, но мой ответ тонет в вопросе Кости:

— Так ты поэтому пожираешь мою жену глазами?

— Думаю, каждый мужик в этом помещении не прочь сожрать ее… не только взглядом. Но что есть, то есть. Замужние женщины, тем более жены друзей, для меня табу, — улыбается Евгений и салютует нам бокалом. — Прошу меня простить, надо переговорить с парочкой сильных мира сего. Надеюсь, наше приятное общение еще продолжится.

Общение наше получилось не то чтобы приятным, но Карельский наверняка это произнес с неприкрытой иронией, только за звоном и ударами сердца в ушах я этого не расслышала.

— Милая, ты бледная, — заботливо приобнимает меня за талию Костя, проводив Евгения тяжелым взглядом.

И как у Карельского только пиджак на спине не вспыхнул от этих молний?

— Все хорошо, — через силу выдавливаю из себя улыбку.

— Константин Андреевич, — слышу приятный мужской голос. — А это, наверное, ваша красавица-жена, о которой я так много слышал.