Чтение онлайн

– Грозный, ты реально это сделал? – раздаётся где-то с боку. – Ты отжал самый крутой клуб в городе, – к нам подходит мой пьяный друг Макс.

– А ты сомневался? – хмыкаю, позабыв о мажорах.

– Грозный? – хмурится Игнатов.

– Он самый, – довольно киваю, заметив, что моя слава идёт впереди меня.

– Ладно, – бросает он. – Мы договорились, девчонку не тронь, – не спрашивает, чем я недоволен, но хрен с ним.

– Пока не увижу, – бросаю, и, кивнув, они удаляются.

– Ну что, проставляться будешь? – хлопает меня по плечу Макс.

– А тебе не хватит? – смотрю в пьяные глаза.

– Бак ещё не заполнен, – отвечает, и мы возвращаемся в клуб.

Поднимаемся в вип-зону и, вот удача, прямо напротив мажоров и их девок. Хрустальную замечаю сразу, пляшет между двумя девками. Смотрю на тонкую талию, округлые бёдра, на то, как волосы волной по спине рассыпались. Хороша, но ничего особенного, тогда возникает вопрос: какого хрена у меня стоит, если ко мне никто даже не притронулся?

На моей памяти такое впервые, чтобы я просто смотрел на девку, и член колом стоял.

Она каменеет, заметив, что, прислонившись к перилам балкона, я с неё взгляд не спускаю. Глазами обещаю скорую встречу, и я уже знаю, что не отступлю, пока не попробую её. Нездоровая какая-то херня со стояком, и надо решить вопрос – трахнуть её.

И вот она здесь, в кабинете моего нового клуба. Но вместо ожидаемого восторга, что я обратил своё внимание на неё, вижу только испуганную лань и ненависть во взгляде. А вот это мне совсем не нравится, люблю видеть желание в глазах напротив.

Опять цену себе набивает? Нет, что-то не похоже, взять хотя бы её побег у ворот общежития. Сорвалась, будто за ней стая волков гонится. Ну, почти, волк один, и он не привык упускать добычу.

Затянул встречу, да, но возникли дела, которые мог решить только я лично. А как только вернулся, сразу к ней. Выяснить, кто такая и из чего слеплена, стоило мне одного звонка, и папка лежит на моём столе. Информацию я получил ещё пять дней назад на почту, но велел дублировать и распечатать. Бумагам я доверяю больше, чем электронным файлам.

– Ну что ты рыдаешь? – со вздохом спрашиваю, и в ответ она лишь глаза округляет. – Плечо болит? Так сама виновата, – развожу руками.

Кто её просил лезть на спинку дивана и срываться вниз? Разделась бы, отдалась и уже ехала в свой институт, а я бы забыл уже, как она выглядит. Так нет, устроила тут истерику, плечо вывихнула, а мне теперь мучиться со стояком. А он стоит, уже неделю гвозди им вбиваю, ничего не помогает. Успел за это время поменять несколько шлюх, а стоит её вспомнить, как в штанах тесно. Вот какого хрена, спрашивается? Что в ней такого?

– Сама себя похитила, – бормочет и вжимается в угол дивана.

– Я привёз тебя с комфортом, никаких мешков на голову и пистолета в бок, – усмехаюсь, когда замечаю, как эти большие глаза становятся огромными.

– Что тебе от меня надо? – вопрос, скорее всего, необдуманный, потому как ясно, что мне надо, и она это тоже понимает, тут же прикусив губу.

Такой простой жест, а ствол дёргается. К ней рвётся. Схватить бы стройные ноги, к себе притянуть, на спину завалить и поиметь как следует. Показать, от чего она так шугается. Но смотрю, как она дрожит, ушибленную руку придерживает, и у самого зубы сводит. Что-то в груди царапает, похожее на сочувствие и жалость.

Странно. Я давно забыл эти чувства.

– Может… может, я могу по-другому… вину искупить? – заикается, трясётся и смотрит с такой надеждой в глазах, что я вот-вот соглашусь.

– И чем же? – вопросительно брови выгибаю.

– Я… могу рекламный проект твоему клубу сделать, – выпаливает с восторгом.

Точно, из файлов помню, что пиар учит в своём университете.

– Думаешь, этому месту нужна реклама? – с усмешкой смотрю на неё, и она тут же тушуется.

«Драйв» пользуется спросом давно, и здесь ничего менять не надо, пока клуб сам прибыль приносит. Если встанет, тогда уже можно что-то предпринимать, а пока что не вижу смысла тратить ресурсы.

– Что ты хочешь? Денег? У меня нет, но я найду, – в сердцах бросает, на что я снова брови вскидываю. – Ну да, глупость, – сама себе отвечает.

– Слишком много воздух сотрясаем, – говорю усталым, но серьёзным голосом.

Задолбала своим «могу». Может, да только одно.

– Вылечишь мои разбитые всмятку яйца и свободна, – добавляю и устраиваюсь поудобнее на диване, намекая, что может приступить к «лечению».

– Да ты… как ты смеешь… – договорить ей не даёт стук в дверь.

– Давид Тимурович, Хаос прибыл, – раздаётся по ту сторону, и я шумно вздыхаю.

– Заходи, – роняю лениво, а через секунду в кабинет заходит охранник с высоким мужиком. – Привет, – встаю и жму руку усатому. – Вывих плеча, – коротко бросаю, указывая на Хрустальную.

Хрустальная. Очень подходящее прозвище. Она такая маленькая, худая, хрупкая и весит как пуховое одеяло. А чуть сильнее сожмёшь, и рассыплется, как хрустальная ваза.

– Добрый день, – здоровается Хаос и усаживается рядом с ней.

Ставит свой чемодан на пол и, открыв, достаёт оттуда ампулы, шприц и какие-то повязки.

– Позвольте? – спрашивает и тянет к ней руки.

Она глазками своими хлопает и неуверенно кивает, позволяя Хаосу избавить её от блузки.

– Вышел! – неожиданно рявкаю на охранника, который пялится на полуголую девушку.

Ловлю себя на мысли, что выкинул бы и Хаоса отсюда. Нахрена я вообще его вызвал, могу ведь и сам всё сделать. Столько дрался в своей жизни, что с любой травмой научился справляться. Не ожидал просто, что так взбешусь от того, что кто-то смотрит и тем более трогает моё.

Ну что за херня происходи, мать вашу?

Грозный

Замечаю, что охранник и с места не сдвинулся. Отшатывается, когда в его рожу прилетает мой кулак.

– Оглох? – ровно спрашиваю, и он, мотнув головой, исчезает за дверью. – Сделай что-нибудь, чтобы она успокоилась, – обращаюсь к Хаосу, и тот, кивнув, продолжает выполнять свою работу.

Прохожу вперёд и занимаю место за рабочим столом, надо решить пару вопросов, не особо важных, но мне нужно чем-то заняться. Да только не выходит нихрена, взгляд то и дело возвращается к испуганной девчонке.