Чтение онлайн

Никогда Айрин не испытывала таких ощущений, как с оборотнем. Это не нежные ручки и ласковый язычок Николет. То, что делал с ней Ян подобно чувственному взрыву. Каждое движение оборотня в ней, разлеталось безумным экстазом по телу. Он, словно вампир, выпил ее до дна. Но пил не кровь, а самоконтроль. Ведь рядом с Яном дочь Зарины забыла кто она. Ей хотелось только одного, чтобы эти мгновения никогда не закончились. Но даже бессмертные не властны над временем.

Резко вспыхнувшая страсть разгорелась до предела в их телах, прежде чем разлететься на тысячи искр. На секунду оборотень и вампир замерли, растворившись друг в друге. Это начало любви? Или первые шаги к самому сильному разочарованию. Ведь для каждого их семья превыше всего. Но сейчас в темном закоулке с трупом вампира под ногами, они не думали, что их ждем впереди. Они просто наслаждались друг другом, живя этим счастливым мгновением.

После жарких объятий Айрин поправляла платье и, удовлетворенно улыбаясь, просматривала на Яна. Тот уже стоял, прислонившись к стене, наблюдая за любовницей. Женские одежды в Риме это не сарафан просто так не поправишь.

И вот когда красотка Феррат привела себя в порядок, оборотень задал ей вопрос, ради которого пришел.

— Когда твой папочка встретится со мной?

— Скажи, а ты всегда сначала платье задираешь, а потом уже вопросы задаешь? — Айрин пыталась скрыть разочарование, улыбаясь пылкому любовнику, но голос ее предательски выдал.

После таких минут меньше всего хочется говорить о делах. И если честно, из головы Айрин вылетела причина их встречи. Чего не скажешь о Яне. Он-то не забывал ни на миг зачем ему нужна была близость с дочерью Маркуса.

— Люблю разговаривать со счастливыми женщинами, — подмигивая, признался оборотень.

— Только поэтому? — надувая губки спросила Айрин.

Не каждый день узнаешь: тебя вот так старательно отлюбили потому, что удовлетворенные женщины более покладисты. Окинув еще раз самоуверенного красавца, вампирша вынуждена была согласиться. Ну, что же ему есть чем гордиться. Айрин даже чувствует усталость и до сих пор пребывает в некой эйфории от любви с Яном.

— Ну что там с папой? — увильнул от ответа оборотень.

Он еще сам не разобрался в себе. К Айрин волк, конечно, неровно дышал. Что-то зацепило его в наследнице клана Феррат. Может, эта раскованность с которой она отдается Яну? Или эти зеленые кошачьи глаза, которые хитро прищуривает смотря на него. И вообще, оборотню все в ней нравилось. Жаль, что она не волчица, ну или на худой конец, необычная женщина. Тогда бы у них было будущее, а так его нет. Да ладно, что сейчас думать и гадать. Надо жить этим мгновение. И оно самое счастливое для двух врагов.

Айрин вскинула бровь, стараясь казаться спокойной, будто минуту назад ничего существенного и не произошло.

Что там с папой? Все хорошо. Вампирша подошла к Яну и, взяв его под руку, сказала:

— Давай сначала отойдем отсюда подальше.

Оборотень хохотнул. Вот что за девушка?! Трахаться рядом с трупом вполне нормально, а вот разговаривать опасается. Как будто мертвец расскажет их тайны.

— Я ничего смешного не сказала, — надула обидчиво губки Айрин, — а вот тебе следует не попадаться на глаза вампирам.

— Мое преимущество в том, что вы давно списали нас со счетов, милая. Никто из вампиров даже подумать не может, что оборотень спокойно разгуливает по вашему городу, — сказав это, Ян все же отошел с наследницей Феррат подальше от тела вампира Саргано.

— Мой отец встретится с тобой через три дня там, где он заключил договор с Будимиром, — идя под руку с оборотнем, поведала Айрин.

— Встречи с ним, я буду ждать не с таким нетерпением, как с тобой, моя клыкастая красавица, — наклонившись, прошептал на ухо вампирше Ян.

Неутомимый любовник нежно поцеловал Айрин за ушком. Явно давая ей понять, что новая встреча не за горами. Красотка Феррат многозначно улыбнулась оборотню. Она тоже будет ждать их свидания. Может, даже с таким нетерпением, что сама побежит разыскивать Яна.

— Я приду сюда завтра, — наклоняя голову набок, она подставила шею под теплые губы любовника.

— О, нет, моя милая, не сюда, — медленно прокладывать дорожку по тонкой шее к открытому плечику губами, шептал оборотень. — Завтра здесь будет уже опасно. Я сам приду к тебе.

— Ох, — вздохнула Айрин, чувствуя, как снова земля уходит из-под ног от его ласк. — Не думаю, что у меня тоже небезопасно.

Ян развернул любовницу к себе спиной.

— Никто не станет искать оборотня в доме главы клана Феррат, — поднимая подол платья и пристраиваясь сзади, хриплым голосом уже шептал любовник. — Ты сводишь меня сума, Айрин. Я не могу насытиться тобой.

Упираясь руками в стену дома, вампирша таяла, как снег на солнце, от его горячих рук. Это не Николет. Ласка мужчины и женщины отличается. Любовница была нежной и осторожной. А вот ласка оборотня напористой, непостоянной, сильной. Он и ласкал и требовал одновременно. Он и давал и брал, заставляя сходить сума от каждого прикосновения. И его руки оставляли ощутимый горящий след на коже. С ним она впервые почувствовала себя слабой и такой зависимой от мужской ласки.

Прижимаясь ближе к оборотню ягодицами, красотка Феррат уже чуть ли не дрожала от переполняющего ее желания. А любовник, словно нарочно медлил. И когда его возбужденная плоть только коснулась увлажненной промежности Айрин, та сама насадила себя на нее. Терпение не входило в список достоинств наследницы клана. Как можно покорно ждать удовольствия, когда оно так близко.

Удовлетворенный стон сорвался с губ вампирши, когда Ян проникал глубоко в нее. В этот раз оборотень не спешил. Он наслаждался каждым движением в лоне Айрин. А стоны девушки возносили его самооценку до немыслимых высот. Наследница клана Феррат, семьсот летняя бессмертная полностью в его власти. Черт возьми! Это делает его почти богом. А ведь Ян ничего для этого не сделал. Он просто родился мужиком и знает, как заставить женщин выть от удовольствия в его руках.

Забившись в угол, Лютеция сидела тихо, как мышка. Последняя свечка догорела несколько часов назад. В таком наглухо закрытом помещении нельзя было определить день сейчас или ночь, ведь время в этой кромешной темноте тянулось очень медленно. Мужчина, похитивший ее, уходя, оставил только кусок хлеба и кувшин воды. Эти крохи девушка уже съела, а воду выпила. Но когда это было? Вчера или позавчера? По урчанию в животе и пересохшим губам, Лютеция понимала, что не меньше суток уже прошло. С каждым пройденным часов в этом заключении ее страх умереть от обезвоживания становился реальностью. Бедняжка пыталась докричаться до кого-нибудь за массивной деревянной дверью. Она орала так громко пока голос совсем не осип, а слова стали походить на нечленораздельное хрипение. Потом молотила руками и ногами по дверям. Ладошки отбила так, что они распухли. Отчаявшись, Лютеция ударила со всей силой ногою по дверям и резкая боль заставила взвыть ее. Она ушибла, а, может, вывихнула лодыжку, но ступать на ногу теперь было невыносимо больно. Расплакавшись затворница, забилась в угол и приготовилась ждать своей незавидной участи.

Если бы бывшая воспитанница монастыря верила в бога так же рьяно, как все послушницы, то уже бы молилась, прося избавить ее от мучений голодной смерти. Но прожив десять лет под покровительством своей тетушки Морганы, девушка разочаровалась в боге.

Нет, тетка ее любила и безумно баловала. Только вот сосватала Лютеции жениха, от которого хочется убежать на край света, чем идти под венец. Сеньор Леонид Саргано — богатый и влиятельный вельможа Рима, мужчина в самом расцвете сил, хоть и чуть седовласый. Как сказала тетя: Лютеции очень повезло, что его взор пал на такую бедную невесту. Хоть сеньора Моргана и богата, только вот своей обедневшей родственнице безупречную родословную переписать не в силах.