Чтение онлайн

Айрин усмехнулась, поняв в какую ловушку загнала сама себя. Нельзя было поддаваться эмоциям. Надо было убивать с холодным расчетом, тогда бы она заметила того труса, прячущегося в темноте. А теперь? Волна паники стала накрывать Айрин с головой. И в хаотично летающих мыслях она никак не могла найти нужный и так необходимый сейчас ответ. Идти с повинной к отцу? Или лучше к матери? А, может, к брату? Хотя у Мирослава сейчас дела обстоят не лучшим образом. Он потерял свою депрессивную шлюху Мерседес и в загуле.

Заметив, как поникла его любовница, Ян прижал ее сильнее к себе и поцеловал в испачканную кровью щеку.

— Не думаю, что этот гаденыш далеко ушел, — начал рассуждать в слух оборотень, принюхиваясь к запахам катакомб, но кроме сладкого аромата плоти и крови вперемешку с затхлостью он не смог различить нужный ему запах страха.

— Ох, — вздохнула Айрин, — если бы я знала кто это, было бы проще. Не уйдя мой брат в запой, как человек, то этого бы не случилось. Я смогла бы с ним договориться. Мирослав помог бы нам.

Из памяти предков Ян многое знал о брате любовницы. Мирослав был лучшим воином рода Белых Волков. Никто не мог сравниться с ним в поединках и боях. Да, обращение такого волка непоправимая потеря для стаи. Он мог бы оставить лучшее потомство и укрепить стаю на века вперед, передав волчатам свою силу. Вот с кем, с кем, а с Мирославом Ян на узкой тропинке встретиться не желал. Их поединок был бы не из самых легких. Ян тоже не последний воин в стае. Да и убивать своего, пусть и дальнего, родственника не очень-то хотелось. Предком Яна был Добрыня, брат вожака. И самое смешное то, что этот же Добрыня приделал Зарине волчонка в тайне от своего брата. Сеньоре Феррат есть за что люто ненавидеть Добрыню. Этот прохвост передал своим волчатам серые глаза. Глаза, которые она пыталась выколоть в одну из ночей с Добрыней, когда узнала о его свадьбе с другой волчицей. Но Мирославу память предков не передалась. Он помнил только то, что было до обращения и проследить родственную цепочку не мог, в отличие от Яна. Так что если брат Айрин занесет руку, чтобы вырвать сердце оборотня, его не остановят тени прошлого и голос предков, как Яна. Один род — одна кровь.

Пока Ян размышлял над перспективами встречи с дальним родственником, обращенным сотни лет назад, Айрин освободилась из его объятий и медленно обошла убитых палачей. На ее лице тут же проблеснула надежда, а губы растянулись в довольной улыбке.

— Я знаю их. Мой брат обратил этих воинов. Они не отступали никогда, а тот, кто убежал, скорее всего новичок. Палач Алонсо.

— Я не понимаю, почему это так тебя обрадовало? — недоумевая в чем причина такой радости, спросил Ян. Его любовница способна удивить своим переменчивым настроением. То чуть ли не бьется в панике, то прыгает от радости.

— А то, мой милый, этот дурак смертник, — произнеся слово «смертник» ее глаза хищно загорелись в темноте. — Этот трус побежит к отцу и все ему расскажет. Он даже скорее всего не знает законов. Да и смелости выступить с обвинениями ему не хватит.

— И? — подогнал ее Ян, уж больно хотелось побыстрее узнать почему беглец стал смертником.

— И мой отец его убьет, — выдохнула предательница. — Папа сделает все, чтобы это осталось втайне. Я его единственная наследница и надежда клана. К тому же, скоро конклав и мой отец со своей кристально чистой репутацией претендует на титул Владыки. Суд надо мной не сделает его ближе к мечте.

— Да, вы сущие монстры! — хохотнул Ян, когда понял, что их проблему решит сам инициатор убийства.

— Идем, — потянула за руку его Айрин, игриво подмигнув, — скоро сюда придут прибрать за нами. И что-то подсказывает мне, это будут уже мамины прихвостни. Только она умеет так искусно заметать следы. Комар носа не подточит.

О, да! Зарина та еще стерва! Сука и интриганка, но самая преданная и любящая мать. Это в ней говорили кровь волчицы. Любой ценой оберегать своих волчат. Даже если эта цена — ее жизнь. И любящий папочка не даст дочку на растерзание конклаву. Он скроет ее предательство даже от собственного клана. Но, это не значит, что Ян в безопасности. И Маркус, и Зарина мстительны. Ян невольно сгустил грозовые тучи над безоблачным небом наследницы Феррат и этим нашел себе самых опасных врагов. Папуля и мамуля вместе быстро найдут способ, как избавиться от оборотня. Ведь теперь он вдвойне опасен для них. Воспоминания, которыми наделил его вожак, подобны занесенному мечу над головой Маркуса, а предательство Айрин — рука палача. Похоже, не только Ян — смертник, но и весь клан Феррат склонил голову, в ожидании правосудия конклава.

Ян такой же смертник, как и сбежавший вампир. Попал волчара между молотом и наковальней. Его даже в родной стаи не ждут с распростертыми объятьями. Это оборотень понял по глазам Маркуса перед тем, как тот натравил на него своих кровососов. До игрался любитель красоток! Теперь ты вне закона и охота на тебя только началась.

Молодой волк кинул беглый взгляд на идущую рядом с ним наследницу Феррат, и мысленно пожалел, что втянул девчонку в это безумие. Впервые его сердце сжалось от тревоги. Яну очень не хотелось, чтобы Айрин пострадала в этой бессмысленной войне за абсолютную власть. Власть, которой упивались тысячелетиями сильные мира сего, но так и насытились ею.

Чтобы их глотки разорвало! Как много жизней уплачено за их амбиции и корону!

Ян обнял свою спасительницу и взволнованно спросил:

— Ты вернешься в клан?

В ответ любовница прильнула к его телу и обвила руками шею. Пухлые губы Айрин чуть коснулись мочки уха Яна, прошептав так тихо, будто опасаясь, что эхо разнесет по подземелью ее секрет:

— Не сегодня, Ян. Сегодня я твоя и завтра тоже.

Чувствуя как желание разгорается в его теле от дыхания Айри, оборотень одним рывком впечатал ее в стену. За несколько дней в постели с первородной Ян без колебания применял грубость, чаще чем ласку. Красотка Феррат любила пожестче и сама нередко всаживала свои клыки в любовника, доводя себя до полного безумия.

В этот раз Айрин поступила так же. Клыки страстной любовницы впились в пульсирующую вену на шее оборотня, отчего он взвыл по волчьи и еще яростней стал задирать ее платье. Тяжелый бархат трещал в руках Яна, так же громко, как стонала нетерпеливая любовница, развязывая тесемки на его гульфике.

— Даааа, — простонала Айрин, когда ее пальца наконец-то добрались до твердой плоти любовника. Она, обхватив ногами спину Яна, сама направила его член в свое уже готовое лоно. — Заставь меня кричать до хрипоты, чтобы весь мир знал за что я люблю тебя, — уже срываясь на крик, требовала дочь Маркуса.

Каждое движение любовника приводило Айрин в неистовый восторг. Ради таких вот мгновений в руках горячего оборотня, наследница палачей готова тысячу раз предать и даже не пожалеть об этом. Плевать на отца, мать, Николет, конклав, власть! К черту все и всех! Ян ее бог здесь и сейчас. Первородная готова отдать ему не только свое тело, но и душу, сердце, честь. Да и жизнь в конце концов! Если смысл в бессмертии, когда нет ради чего и кого жить? Встретив Яна, Айрин словно очнулась после нескольких столетий беспробудного сна. Сна, в котором не было места любви.

— На пора уходить, — шептал Ян, еще прижимая всем телом полуобморочную любовницу к стене.

— Уйдем. Дай мне минутку, — попросила обессилевшая Айрин, не открывая глаз. — Ты словно опустошил меня. Выпил всю мою кровь, всю мою жизнь, всю меня. Ян, милый, я даже не могу дышать.

Смех Яна эхо пролетел по галерее. Опустошил?! Скорее наполнил! Жаль, что дочери первородных не способны иметь детей. Какое бы сильное у них получилось потомство.

Подумав об этом, оборотень тут же прогнал безумную мысль из головы. Никогда до этого у волка не возникало желания завести детей ни с одной женщиной. Так почему сейчас, обнимая Айрин, он ощутил в этом жгучую потребность. Любовь? Если волки влюблялись, то создавали пары на всю жизнь. Этот союз был так же незыблем, как восход луны в ночном небе. История еще не знала таких союзов, когда волк выбрал в спутники вампира. Это противоестественно. Это всеми признанное табу! Но все мы знаем, что запреты существуют для того, чтобы их нарушать.