Чтение онлайн

Только я стал засыпать, как почувствовал, что кто-то дергает одеяло, потом трясет меня за плечо. Открыв глаза, увидел Дженни на полу, на четвереньках, с переполошенными глазами. Не вставая она проползла до люка в полу и откинула ковер, тут я понял, что надо уносить ноги..

Я мигом слез с кровати и в одну секунду оказался рядом с сестрой, помогая ей открыть люк. Пропустил ее вперед, сам стал слезать следом. Закрывая люк, постарался укрыть его ковром, чтобы не сразу заметили. Джейн быстро спустилась по лестнице и уже бежала по тонелю, освещая путь мобильником. Я догнал ее, и мы вместе добрались до бункера. Закрывая за собой дверь, нажал на кнопку маскировочной панели и в этот момент прогремел взрыв. Почувствовалась сильная вибрация, я еще доворачивая штурвал подумал, нехорошо, что в момент взрыва закрываю, но остановиться не успел.

Подбежал к Дженни.

— Ты цела? — сел рядом с ней, обхватив за плечи.

— Да, только ноги покарябала о камни.

— Пойдем, промоем.

— Позже. Вдруг засекут каким-то образом.

— Чем же ты им так “насолила”? Что даже кинулись за тобой так далеко, да еще взрыв устроили..

— Не знаю. Бред какой-то..

— Как ты их заметила?

— Блик. Ну, знаешь, как от зеркальца, на стене. А откуда в поле блик? Тишина же была, значит не Марк.

— Ты нас спасла.

— Если б не я, ничего этого вообще бы не было..

— Брось, Дженни, мы бы тогда не узнали друг друга. А я рад, что мы встретились!

— Правда? — смотрит на меня недоверчиво. — А я думала, что надоела тебе до чертиков!

Я приобнял сестру, притянул к себе и поцеловал в висок.

— Конечно правда. — шепчу ей на ушко.

Мы около двух часов просидели на кровати почти без движения. Больше для ее спокойствия, засечь нас в бункере было невозможно даже самой продвинутой техникой. Я помог Джейн промыть ссадины на ногах, обработал дезинфицирующим средством из аптечки, которую сестра несколько дней назад заставила меня отнести в бункер. Огляделся, диван еще меньше кровати, на которой мы спали, когда только попали сюда. А в бункере не жарко, есть электрический нагреватель, но он почему то не работает. Даже если починю, пол бетонный, холодный. Надо что-то придумать вместо тапок и одежды, их мы сюда принести не догадались.

Брат промыл мои ссадины, обработал и отнес меня на диван.

Я и раньше видела, что спальное место здесь только одно, но никак не рассчитывала, что нам придется здесь ночевать. Что ж, нам не привыкать.

Мы позавтракали и уселись на диване, обсуждая дальнейшие действия. Мобильный решено было выключить, чтоб не разряжался. Из бункера не выходить неделю, вдруг нас ждут. Крейг подсчитал, что запасов еды хватит на две недели, а через две недели как раз должен прилететь Марк. Вода была проведена питьевая, но на всякий случай мы наполнили десять больших бутылей, что валялись в кладовой. Одежда… с постелей мы повскакивали в чем были, я в ночнушке, Крейг в трусах, на дневное время брату досталась простыня, а мне одеяло.

Где-то к концу недели, я стала замечать, что Крейг экономит еду… И когда он сказал, что лучше выйти из бункера в конце второй недели, чтобы на поверхности наверняка никого уже не было, я спросила:

— В чем дело, Крейг? — он даже не вздрогнув, продолжал выковыривать тушенку из банки. — Мы ведь не можем выйти отсюда, так? Что с дверью?

Он остановился, и вздохнул.

— Заклинило. Но ты не переживай, я починю. А как ты узнала?

— Слышала как ты сопел ночью, пытаясь эту штуковину повернуть. — нервный смешок, взгляд на меня — Я конечно не сомневаюсь в твоих способностях, Крейг, но здесь даже инструментов нет.

— Не страшно, там просто стопор заело, расшатаю и слетит. — Крейг говорил так спокойно и обыденно, как про «собачку» на старой двери, но было ясно, как белый день, что он меня успокаивает, чтобы я не паниковала.

Значит выйти мы не можем. Догадается ли Марк, что мы здесь? Должен же он все проверить, хоть дом наверняка разнесло в щепки. Если он жив. Бандиты же узнали, где мы… проследили за ним, или… или пытали его… Боже, нет! Только не это! Надо думать о хорошем, всегда, даже в самой безвыходной ситуации.

Сегодня ровно неделя, как мы в бункере. Хорошо, что есть механические часы, можно не включать мобильный, чтобы узнать время. Хотя… какой смысл экономить батарею мобильника, если выйти мы не можем, а здесь он все равно не работает.

Ночью приходилось укрываться нашей «одеждой», электропечку Крейг починил, но даже с ней было холодновато, может потому, что под землей. Каждую ночь мы засыпали на небольшом расстоянии друг от друга, насколько это позволяла ширина кровати, и каждое утро просыпались обнимаясь, как тогда, наверху. Мне становилось жутко неловко и утренняя нега рассыпалась разбившись о холодное утро. Крейг нехотя выпускал меня из своих объятий, но пожеланий доброго утра не просил, впрочем, как и доброй ночи.

Днем кроме как поесть, вымыть посуду и сунуть очередные пустые консервные банки и картонные упаковки в пресс для мусора, никаких дел не было. Каждый день мы по очереди делали физические упражнения, для двоих сразу было мало места в комнате. Единственным развлечением была колода карт, которую брат откопал в одном из шкафчиков с запасами доширака и тушенки. Старые, затертые рубашки оборачивались такими же затертыми временем королями, дамами, валетами и другими знаками. Эти картинки казались мне до боли знакомыми, хотя видела я их первый раз. В интернате играли в карты, несмотря на запрет, но картинки были страшные, — угловатые дамы и такие же короли не вызывали никаких эстетических симпатий. Эти же карты было просто приятно в руках держать, в каждом лице на картинке читался свой характер и неповторимая внешность «вельмож» заставляла вновь и вновь перелистывать цветные картонки.

— Нравятся? — спросил брат с улыбкой, заметив как я долго разглядываю карты. — У родителей были такие же.

Я изумленно смотрю на него.

— Я их как будто помню… — отвечаю, все еще перебирая карты в руках.

— Сыграем? — предлагает Крейг, желая прервать мои начавшие клубиться в голове грустные мысли.

Он всегда так делал, старался отвлечь меня, когда разговор заходил на расстраивающие или неприятные для меня темы. И хотя внешне я всегда пыталась сохранить непроницаемое лицо, Крейг чувствовал мое настроение, даже предугадывал мои мысли.

Играть в карточные игры я не любила, может потому, что всегда проигрывала. Карты требуют, концентрации, хорошей памяти и внимательности, у меня же с этими качествами плоховато. Я часто «витаю в облаках», в своем мирке, особенно если чувствую себя под защитой. И отвлекает меня каждая мелочь, так что внимательность и концентрация точно не мой конек.

— Я не люблю играть в карты.

— Почему? Не умеешь?

— Можно и так сказать. Способностей нет, и желания тоже.

— Хм… Джейн, заняться то здесь совсем нечем. Может давай я тебя научу?

— Ну давай. — усмехнувшись нехотя соглашаюсь.

Крейг показал мне «дурака» и еще какую-то дурацкую игру. «Дурак», «дурацкую», ха-ха.

— Скучно. Тебе вряд ли будет интересно со мной играть. — перетасовав, кладу карты на стол.

— Почему?

— Исход игры заранее известен. Я всегда проигрываю.

— Ты не задумывалась, почему?

— Наверное потому, что игра мне не интересна. — пожимаю плечами.

— Это легко исправить. Давай добавим интерес, например желание.

Не наш вариант. Видела я эти игры, «на желание», ну не будет же он целовать родную сестру, и мне это тоже дико. Но, пожалуй, соглашусь, интересно стало, что же здесь, в этих условиях, можно придумать.