Чтение онлайн

— М-м-м... — бормочет Оуэн, скрещивая руки на груди. — Я догадывался, что она влюблена в Эстебана.

Моё лицо искажается в ошеломлённой гримасе. Я опускаю взгляд, но в конце концов не поднимаю. Вместо этого я бегу в гостиную, где всё ещё терпеливо ждёт русский. Схватив свою футболку, я быстро натягиваю её.

— Ты за рулём, — кричу я Руслану.

— Куда ехать-то?

Слишком раздражённый, я просто молчу, не в силах дать ему свой ответ в данный момент. Мои шаги ведут меня к выходу, но мой мозг просто не хочет обрабатывать информацию. Я отказываюсь во всё это верить, для этих СМС обязательно должно быть какое-то оправдание. В конце концов, моя сестра была здесь всегда. Она никогда не переставала присматривать за нами, она вытащила Кейда из целой кучи передряг, она даже помогла ему инсценировать убийство нашей матери благодаря Мэтту, его отцу... нет, это определенно не имеет никакого смысла. Есть более рациональное объяснение, Я ... я в этом убеждён.

КЕЙД

Дверь, которую моя племянница закрывает наверху, медленно захлопывается, когда Оли обходит меня, дуло её пистолета по-прежнему направлено недалеко от меня. Как только она полностью поворачивается ко мне лицом, она отступает на три шага и жестом подбородка требует:

— Твой пистолет, положи его на пол.

Всё ещё пребывая в полном непонимании, я пытаюсь прочитать ответы в зелени её глаз. Но ни один из них не приходит мне.

— Я сказала... положи его на пол... — рычит она сквозь зубы.

Я облизываю губы, а моя голова движется в отрицании, как будто мне это нужно, чтобы собраться с силами.

— Это какая-то дурацкая шутка, это не…

Одним махом моя сестра стреляет в стену прямо за мной. Я вздрагиваю и, не дожидаясь ответа, повинуюсь, пребывая в шоке. Чёрт ... она не шутит. Столкнувшись с моим шокированным видом, Оли начинает говорить:

— Ничего не понимаешь, да?

Теперь я начинаю понимать. Значит, всё это было из-за неё? Нет... я, конечно, должен ошибаться, это невозможно, она бы никогда не…

— Удивительно, — фыркает она, делая шаг вперёд, чтобы подвинуть мой пистолет немного дальше с помощью своей ноги. — Кейли действительно готова на всё ради конфет!

И снова я изображаю гримасу непонимания. А потом... очевидное поражает меня. Нет, она это сделала. Эта сука стоит во главе всего этого дерьма.

— Блядь... ты подкупила собственную дочь, и втянула её во всё это дерьмо?

Брови моей сестры приподнимаются, давая мне понять, что да.

— И ей даже не нужно пытаться объяснить, почему! Дети бывают такими глупыми, да?

Мои ресницы трепещут в замедленном действии, пока моё сердце сжимается. Как она могла... нет, настоящий вопрос в том, почему?!

— Когда она узнает, потому что, поверь мне, это произойдёт... — начал я, и мой взгляд был полон отвращения. — Кейли будет винить тебя до конца своей жизни.

И снова Оли хихикает.

— М-м, — пожимает она плечами. — Мне просто нужно будет сказать ей, что настоящий предатель ты.

Я смотрю на неё с ненавистью. До сегодняшнего вечера я никогда бы не подумал, что когда-нибудь смогу ненавидеть кого-то так сильно или даже больше, чем свою собственную мать. Как возможно за такое короткое время уступить место стольким проявлениям ненависти?

— Ты отдаёшь себе отчёт, Кейд? — Вздохнула моя сестра. — Ты хладнокровно убил её бабушку, и из-за тебя она никогда её не знала…

Я сглатываю после этого замечания, которое на этот раз брошено с некоторой яростью. Прищурив веки, я спрашиваю:

— Ты собираешься заставить меня поверить, что если ты делаешь всё это, то только для того, чтобы отомстить за неё?

— Во многом, — подтверждает она. — Мама была такой, какой она была, но, чёрт возьми, тебе не нужно было становиться хозяином её судьбы!

Эта фраза повторяется у меня в голове. Я уже слышал, как она говорила это раньше... теперь, я вспомнил. Чёрт... да. В тот день, когда она дала мне пощёчину, в тот, когда... когда Оли узнала, что Руби была в подвале. Там были какие-то подсказки, и я ничего не видел.

— Но тогда, блядь, почему ты не оставила меня гнить за решёткой?! — Закричал я, в бешенстве. — Почему ты сделала всё, чтобы спасти меня от тюрьмы, Оливия?!

Её голова наклоняется, её улыбка становится ещё шире.

— Потому что это было бы слишком просто, брат, — начала она, запинаясь. — Нет... чего я хочу, так это уничтожить тебя. Заставить тебя страдать, Кейд, и так до тех пор, пока ты сам не умрёшь от этого.

Мои ноздри расширяются. Если бы у этой сучки в руках не было пистолета, я бы её придушил. Я задыхаюсь, но не свожу с неё глаз.

— Хорошо. В таком случае делай то, что должна.

Мои руки раскрываются перед ней

— Давай, убей меня, — добавил я. — Я знаю, что Гаррет не бросит Руби. Он сделает всё, чтобы найти её.

— Убить тебя? — Сказала она презрительным тоном. — О, Брат... это тоже было бы слишком просто.

Я смотрю на неё сквозь ресницы, уже почти зная, чего ожидать.

— Нет, вместо этого ... — загадочно добавляет она. — Я оставлю тебя сгорать изнутри.

Эти последние слова срываются с её губ с раздражением, прежде чем она снова смеётся:

— Заметь, это уже в значительной степени так, не так ли?

Я сглатываю слюну, безропотно принимая это открытие. Очевидно, это чистая правда.

— Я знаю, как сильно ты любишь эту девушку, — говорит она более небрежно. — Я знаю, что ей удалось разжечь пламя, угасшее в твоём каменном сердце, и я также знаю, что без неё... твоё существование будет сведено на нет.

Я поднимаю подбородок, не желая показывать ей, насколько, чёрт возьми ... она права.

— Кстати, я рада, что эта маленькая сучка попалась мне на пути!

Мои челюсти сжимаются.

— Мы с Эстебаном просто хотели бросить тень на твою империю, — уточняет моя сестра. — Украсть у тебя всё, до последней крошки, а потом…

В этот напряженный момент я понимаю кое-что новое. Значит, она в сговоре с Эстебаном? Блядь, как я мог быть таким слепым? Сделав глубокий вдох, Оли выдыхает, изображая откровенную улыбку.

— И тут, — продолжает она. — Появляется Руби.

При звуке её имени моя грудь становится тяжёлой. У меня на уме только одно – найти её. Но, чёрт возьми... я знаю, насколько это может быть сложно.

— Сначала я не думала, что она имеет хоть какое-то значение для тебя, — продолжает она. — Пока я не начала замечать, как твой взгляд постепенно меняется.

Её светлые локоны подёргиваются, когда она хихикает.

— Серьёзно, ты бы видел себя той ночью, когда она оседлала твоего приятеля ... — она рассмеялась, полная презрения. —Жалкий!