Чтение онлайн

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я взял на себя смелость объявить им о своём выборе. По правде говоря, мне доставляло садистское удовольствие слышать, как они умоляли меня не бросать их в этих местах разврата, где с ними будут обращаться как с вещами. Потому что, когда немногие счастливицы вступают в наши ряды, им предлагается роскошная жизнь при условии, что они будут подчиняться каждому из наших клиентов, иначе мы покончим с «отверженными», как мы их называем.

Мои пальцы отрываются от моего лица, затем я зажимаю большой и средний пальцы между ними, прежде чем объявить:

— Первая, третья, шестая и восьмая, — говорю я Руслану, моему второму приспешнику.

— Хорошо, босс, — без промедления соглашается он, уже зная, что это те, кого я хочу оставить.

Его русский акцент и хриплый голос делают его похожим на большого злодея, но этот придурок всегда слушается меня с полуслова. Как и все остальные, он меня боится.

Когда Руслан направляется к выходу, чтобы покинуть смотровую комнату, и присоединиться к девушкам, я не жду и поворачиваюсь на каблуках с целью выйти во вторую дверь, которая находится напротив.

Уже поздно, ровно час ночи, мне нужно немного поспать, прежде чем я отправлюсь развлекаться с проклятой брюнеткой, которая так любит держать меня за яйца. Закончила ли она убирать своё дерьмо? Желая узнать это, я пробираюсь через огромный частный клуб, счастливым владельцем которого я являюсь. Это место - своего рода прикрытие. Мой настоящий бизнес красиво прячется за пухлыми задницами, которые с удовольствием покачиваются на членах целой кучи мужчин, недовольных тем, что у них есть дома.

Большинство из них – общественные деятели, поэтому, если бы кому-то из них пришло в голову рассказать, что скрывается в недрах клуба, он не рискнул бы выложить всё начистоту, опасаясь, что в ответ его отовсюду поджарят. Теоретически всё это законно. Девушки охотно соглашаются, им довольно хорошо платят за это. Вот так «подпольные» дела могут идти своим чередом.

Возвращаясь к выходу торопливым шагом, я не утруждаю себя разглядыванием этих женщин, которые, на мой взгляд, не в моём вкусе. Тем не менее, они бросают на меня жадные взгляды, но я не обращаю на это внимания, моя конечная цель – добраться до своих простыней.

Забираясь на заднее сиденье седана, который ждал меня около тридцати минут, я приветствую Джеймса, моего личного водителя вот уже почти десять лет.

— Куда, мистер Стоун? — Спрашивает он.

Пятидесятилетний мужчина смотрит на меня через своё центральное зеркало заднего вида, поэтому я отвечаю, выдыхая:

— Домой.

Не споря, он включает переднюю передачу, без промедления выезжая на проезжую часть. Как я уже говорил, прошло много лет с тех пор, как Джеймс стал работать на меня. Днём и ночью каждая поездка проходит в его компании. По правде говоря, он самый верный в моей команде. Скорее пассивный, я знаю, что он никогда не раскроет даже крупицу моей торговли. В наши дни довольно редко рядом с тобой находятся такие парни.

Когда я смотрю в окно, мне приходит в голову идея. Достав телефон из кармана, я открываю приложение, которое даёт мне визуальный обзор подвала в прямом эфире. Мои губы рисуют тонкую улыбку, но последняя тут же гаснет. Чёрт возьми, брат... что ты делаешь? Без шуток, этот маленький засранец убирает беспорядок, который устроила Руби... Какого чёрта он блядь делает?

Между моими пальцами вибрирует мой мобильный телефон. Я отвечаю на текущий звонок. Речь идёт о моём единственном сотруднике и лучшем друге: Эстебане. Да, у меня есть друг. Единственный. Хотя мы знали друг друга с начальной школы, прошло уже пять лет с тех пор, как мы стали партнёрами. В то время как я занимаюсь подбором девушек, он занимается доставкой тем, которые совершенно не стесняются покупать себе живых кукол в натуральную величину. Заинтригованный таким поздним звонком с его стороны, я отвечаю:

— Чего мне стоит этот звонок в неурочный час.…

— У нас серьёзная проблема, — отрезал он.

Ну конечно.

— Я тебя слушаю, — подбадриваю я его.

От его дыхания шипит динамик телефона. Он, кажется, расстроен.

— Дженкинс только что отменил свой заказ.

Я вздрагиваю, удивлённый, узнав, что наш лучший клиент сделал что-то подобное.

— Его причины?

— Больше он ничего не сказал.

Я раздражённо вздыхаю. Как будто у меня есть время разбираться с таким дерьмом.

— Я позабочусь об этом, — говорю я, прежде чем повесить трубку. — Джеймс? — Затем я обратил внимание на своего водителя.

Он ещё раз смотрит на меня в зеркало заднего вида, молча.

— Разворачивайся. Мне нужно уладить небольшую проблему, прежде чем я вернусь домой.

Да, я планирую отправиться к этому человеку, хотя, скорее всего, он уже позволил себе соблазниться объятиями морфея. Мне нужно, чтобы этот придурок дал объяснения. Он подписал контракт, так что, чёрт возьми, он не может меня подставить.

КЕЙД

(THE MONSTER – EMINEM, RIHANNA)

Когда я стою на огромном крыльце дома, достойного голливудского сериала, мой палец настойчиво нажимает кнопку дверного звонка. Милый, шикарный пригород, в котором живёт этот добрый старина Оливер Дженкинс, никак не соответствует его образу. Лужайка в идеальном состоянии, а от дома исходит тепло. Совсем не соответствует скрытым порокам этого человека, который ещё несколько часов назад был лучшим из моих клиентов.

Сквозь размытую плитку входной двери я замечаю, что включается свет. Ручка медленно опускается, его безупречные идеально белые волосы предстают передо мной. Надо полагать, ему потребовалось время, чтобы привести себя в порядок, прежде чем открыть.

Когда я оказываюсь лицом к нему, он впадает в панику. Вскоре он выходит и наполовину закрывает дверь за своей спиной, вероятно, опасаясь, что его жена обнаружит моё присутствие. Парень с татуировками с ног до головы в таком месте... это обязательно подозрительно.

— Мистер Стоун...? — Он нервно хихикает, запахивая халат, прежде чем скрестить руки на груди, каким бы богатым человеком он ни был. — Чего обязан вашему визиту в такой... поздний час?

Я замечаю его пальцы, которые подёргиваются на хлопчатобумажной ткани, и понимаю, что он напряжен. На его безымянном пальце левой руки красуется золотой перстень. Шея украшена рельефным крестом. Сначала я молчу, некоторое время анализируя это. Значит, Дженкинс христианин? Чёрт возьми, у этого ублюдка хватает наглости ходить в церковь каждое воскресное утро? Желание хихикнуть берёт меня, но я смиряюсь и возвращаюсь к его испуганным глазам, чтобы объявить: