Чтение онлайн

— Тогда на колени, — снова требует он.

Мои ресницы трепещут. Перед моими глазами проносятся последние дни, которые я провела здесь, в этом проклятом подвале. Дерьмо. Надо придумать себе причину двигаться дальше. Я не уверена, что змей сдержит своё слово, тем не менее... если есть хоть какой-то шанс, что минет мне поможет, я полагаю, я должна сотрудничать. И потом, в конце концов, действительно ли я хочу умереть?

Покорно, я опускаюсь на колени, не споря больше, и начинаю расстёгивать пряжку его ремня.

Спуская его брюки, я без труда замечаю выступ, который всё ещё скрывают его чёрные боксеры. Сначала нерешительно, я смачиваю губы. По правде говоря, я уже делала это пару раз. Я знаю, как это делать, но меня это пугает.

Каждый раз, когда я опускалась на колени перед мужчиной, это происходило не по моему выбору. Ничего удивительного, единственным, кто заставил меня это сделать, был не кто иной, как Чак.

Так и есть... этот ублюдок также заставлял меня делать ему минет, когда ему этого хотелось, и он так сильно дёргал меня за волосы, что у меня оставались шишки. И я признаю, что опасаюсь, что змей сделает то же самое, и я не смогу сдержать своего желания внезапно укусить его. После такого он меня точно задушит, или убьёт, и моё тело будет вынуждено гнить здесь вечно.

— Чего ты, собственно, ждёшь? — Нетерпеливо спрашивает он.

Я цепляюсь за его ягодицы, в которые я погружаюсь, проводя пальцами по обе стороны от его бёдер, пытаясь добраться до края нижнего белья, и обречённо вздыхаю.

Мои веки наконец закрываются, в то время как, наконец, я начинаю спускать резинку его боксеров. Я делаю вдох, как способ подготовиться к этому. Какого она размера? Желание узнать мучает мои мысли, но я не поддаюсь. Я не хочу чтобы он знал. Чёрт возьми, он мог бы догадаться, насколько глубоко в глубине души это меня дестабилизирует. Моя рука поднимается, наконец готовая оправдать его ожидание, когда его рука внезапно сжимает моё запястье.

— Перестань, — внезапно останавливает он меня.

Сбитая с толку, я хмурюсь. Не открывая глаз, пытаюсь понять, что происходит. Кейд легко тянет меня вверх, и я оказываюсь лицом к лицу с ним. Его свободная рука касается меня там, где недавно был его член, и я всё ещё не могу справиться с замешательством.

— Что такое…

— Может, теперь ты сможешь выбраться, — дьявольски улыбается он. — В конце концов... ты только что снова доказала мне, какая ты храбрая маленькая девочка.

Моё сердце сжимается от слов, которые он только что произнёс. Мои щёки нагреваются, моя кровь закипает, и ... рефлекторно я посылаю свой кулак ему прямо в челюсть.

Мало того, что этот придурок постоянно испытывает меня, но, кроме того, он ещё смеет называть меня так. Плевать на последствия, я не могу просто сносить всё, как тупая сука.

Отступив назад, Кейд подносит руку к своему лицу. Более чем удивлённый, он смеётся:

— Блядь, ты действительно только что ударила меня?

Со своего места я уже вижу, как из его губы течёт кровь. Я надеюсь, что ему больно. Но, к своему ужасу, я обнаруживаю, что мой жест что-то оживляет в нём. Определенное удовлетворение. Его улыбка становится шире, красноватый цвет распространяется по зубам, окрашивая их по всей поверхности.

— Сокровище... — поморщился псих. — Ты даже не представляешь, что ты только что сделала.

Его взгляд становится мрачным, и я понимаю, что меня ждут неприятные четверть часа. Быстрыми шагами Кейд приближается и с силой хватает меня за горло. Меньше чем через две секунды я оказываюсь прижатой к ближайшей фаянсовой стене. Моё дыхание перехватывает, и мои глаза впиваются в его, в то время как его пальцы постепенно прижимаются к моей коже. В уголке его рта снова появляется смешок, его татуировки выглядят устрашающе. И он заявляет:

— Потому что, чёрт возьми, теперь ты даёшь мне вескую причину, по которой я никогда не позволю тебе покинуть этот чёртов подвал живой.

Его лицо зарывается в мою шею, а его таз прижимается к моему. Моё противоречие пугает меня. Блядь... почему этот обжигающий жар внезапно охватывает внутреннюю часть моих бёдер?

Пытаясь подавить это чувство, я хватаюсь за тыльную сторону его руки, всё ещё лежащей у меня на горле. Его хватка внезапно усиливается, и, несмотря ни на что, я стону и корчусь от удовольствия от выпуклости, прижимающейся к нижней части моего живота. При этом действии Кейд делает движение назад и хмурится. Его голова наклоняется, и он выглядит смущённым.

— Чёрт... — бормочет он, морщась. — ... это и тебя возбуждает?

Борясь со своими желаниями, я закрываю веки и увлажняю губы. Нет... я отказываюсь это признавать. Дыхание змея сгущается. Я чувствую, как его лоб прижимается к моему.

— Скажи мне, что я ошибаюсь, — почти умоляет он меня. — Скажи мне, что ты не такая сумасшедшая, как я…

Ещё сильнее я буквально закрываю ресницы. Мои ногти впиваются в плоть его запястья, когда я чувствую, как мои трусики постепенно становятся влажными. Чёрт возьми, Руби ... пожалуйста, возьми себя в руки! С удивительной мягкостью Кейд, кажется, хочет открыть это для себя, позволяя своим свободным пальцам скользить по моему боку, которые быстро приближаются к краю моего нижнего белья.

— Открой глаза, — приказывает он хриплым голосом.

Я выдыхаю и выполняю приказ. Его расширенные зрачки дают мне понять, насколько он возбуждён в этот момент. Как и я, Господи.

— Я хочу знать, насколько ты мня хочешь, — заявляет он. — Так что, чёрт возьми, если ты не хочешь, чтобы я продолжал, оттолкни меня изо всех сил.

Мои руки ложатся на его грудь, я собираюсь это сделать, но тёмная часть меня отказывается сотрудничать. Чёрт, Руби... почему он так на тебя влияет, хотя с самого начала обращался с тобой как с грёбаной дворнягой? Не имея возможности бороться со своими демонами, я, наконец, позволяю своим рукам снова опуститься вдоль моего тела.

Мои глаза снова врезаются в его, в знак согласия. Его рот приоткрывается, и я чувствую, как его дыхание отскакивает от моего. Не говоря ни слова, его татуированные пальцы проникают под мои трусики. С невыносимой медлительностью змей направляет их ещё ниже и, наконец достигает цели:

— Ты вся промокла, чёрт возьми.…

Тембр его голоса звучит болезненно. Он тоже борется.

— Тебе нужно сказать всего несколько слов, сокровище, — шепчет он. — Всего несколько слов, прежде чем я возьму тебя пальцами.

Я сглатываю, теперь более возбуждённая, чем когда-либо. Мои веки закрываются в сотый раз, когда я неохотно киваю, заявляя, что всё в порядке, из-за того, что его пальцы всё ещё сжимают моё горло:

— Сделай... сделай это, — говорю я. — Возьми меня своими пальцами, Кейд.

— Чёрт... — стонет он, прижимаясь лбом к моему. — Нет ничего более возбуждающего, чем моё имя, слетевшее с твоих губ.

Не сдерживаясь больше, я чувствую, как его пальцы заполняют меня. Сначала осторожно, но вскоре его движения учащаются. Я стону, хватаюсь за его футболку, затем за его цепочку, в то время как наши отрывистые вдохи сливаются воедино. Его рука на моей шее постепенно ослабевает, когда он начинает рвано дышать: