Ты теперь наша рабыня
Шрифт:
— Заткнись, Саймон!
Мои слова обращаются в рык, и кидаюсь мохнатой тушей на полотно двери, которое со скрежетом сминается от моей атаки.
— Ви, я недоволен.
— Да пошел ты!
Еще одна атака, вторая, третья, и я с грохотом выбиваю дверь. Отряхиваюсь.
— У тебя все показатели завышены в разы.
Я отвечаю ревом, раскрыв пасть. Обещаю весь шаттл расхреначить на кусочки.
— Ох, мать моя женщина, — вздыхает Саймон.
Я, блин, не маленькая и слабая девочка, которая будет хныкать в уголке от страха. Какой матерью я буду, если сейчас отсижусь? Чему я научу своих детей?!
— Ладно-ладно, — вздыхает Саймон. — Главную дверь я разблокирую. — Что ж ты так разоралась. Можно ли считать это нашим первым семейным скандалом?
Кидаюсь в клубы дыма, и через пару секунд выскакиваю из шаттла в густые колючие кусты.
Опять реву, оповещая сволочей, что решили моих мужиков списать со счетов, что я надеру им их тощие задницы.
Над головой пролетает дрон, из динамиков которого раздается голос Богара:
— Слышали? Это наша девочка, и жопы она вам сейчас пооткусывает.
— Выбралась, все-таки, — рычит Лирам.
— Это было ожидаемо, нет? — вопрошает под крики и выстрелы Оран.
— Вот, с ними все в порядке, — жужжит над моим носом дрон с голосом Саймона. — Слушай, возвращайся. Мы там и без тебя справимся.
Отмахиваюсь от назойливой штуковины, и кидаюсь в лесные тени разъяренным чудовищем.
От человека сейчас во мне мало что осталось. Инстинкты требуют того, чтобы я была в гуще событий рядом со своими самцами.
Они моя семья.
Моя стая.
Я на мгновение выныриваю из черного ража, когда плечо обжигает плазменный выстрел, и опять ухожу в бурлящий гнев.
Я у кого-то вырываю энергетическую винтовку, под крик, в котором больше удивления, чем страха, ломаю о колено хрупкую “пукалку”, а самого стрелка швыряю в кусты.
Опять мой рев, и вместе с ним из пасти летят брызги слюней.
— У меня сейчас сердце остановится… — слышу голос Богара позади.
Оглядываюсь.
Он душит какого-то мужика в черной форме локтевым сгибом, и не мигая смотрит на меня.
— Ви, ты прекрасна…
Глаза у мужика, который пытается вырваться из захвата Богара, вспыхивают недоумением и ужасом.
— Да, дружочек, это наша жена.
В воздухе пролетает с криком еще один окровавленный мужик. Налетает на толстый ствол раскидистого дерева и падает мешком на траву.
— Мы тебе сказали сидеть и ждать! — Из кустов выныривает Оран и скалит на меня зубы.
Рычу на него, и его морда вытягивается. Прижимает уши и ворчит:
— Ладно, я молчу…
Раздается вой Лирама, и мы втроем кидаемся в густые заросли. Летим мохнатыми чудищами сквозь ветки, и вылетаем на опушку, на которой Лирам склонился над еще одним оборотнем.
— Вот у него к нам претензии, — шипит Лирам и щурится.
— Ублюдки, — хрипит оборотень. — Узурпаторы… — пускает вспененную кровавую слюну. — Я оспариваю вашу власть…
— Давай один на один, — Лирам обнажает клыки, — если оспариваешь. По волчьим законам…
— Да я ему сама сейчас наваляю!
Мой план оторвать мохнатому идиоту голову пресекает Оран, который сгребает меня в охапку и прижимает к себе:
— Тише, Ви… — проводит языком по моей шерстистой щеке. — Ты такая суровая…
— Да я его на клочки порву!
— Оспариваешь? — Лирам наклоняется к оборотню ближе и утробно рычит. — Я, как один из узурпаторов, принимаю твой вызов.
Оборотень обнажает резцы, дергается на траве и в следующую секунду лежит под Лирамом волком на спине, открыв пузо. Облизывается, хвостом елозит по земле и уши прижимает.
— Ты, мать твою, серьезно? — разочарованно спрашивает Лирам. — Ну, хоть для приличия продержался бы еще несколько секунд. Жалкий кусок дерьма. Только исподтишка можешь.
Распрямляется, и я рычу:
— Да пни ты его хотя бы!
— Это уже не имеет значения, — Лирам разминает с хрустом шею. — И пинать его сейчас… ну, не по правилам.
— Типа какие-то пацанские правила?! — дергаюсь в объятиях Орана. — Так я не пацан! Мне можно!
— Возможно, его казнят, — над головой пролетает дрон с голосом Саймона. — И его дружков. Кстати, я почти всех засек, многих подстрелил, и, — дрон делает крутой вираж, — заснял мамочку во всех ракурсах для будущего поколения. Файлы так и назову “мощная мамочка”.
Дрон жужжит и деловито улетает прочь, а я, Оран, Богар, Лирам и волк-бунтарь остаемся в некотором недоумении.
Налетает легкий ветер, треплет волосы, и я слышу в его шепоте ласковое приветствие Леса. Альфы дома.
А затем ветер приносит вой сестер Лирама, который отвечает протяжной песней, что все целы, и смотрит на меня в ожидании. Я тоже должна отозваться, потому что его сестрички в первую очередь спросили обо мне.
И я вою. Ветер подхватывает мой ответ и несет над кронами деревьев.
Глава 58. Быть готовой встретить старость
— Никогда меня больше не запирайте, — зло ворчу я, когда Лирам протягивает мне голубые ягодки на окровавленной ладони. — так дела не делаются… — подхватываю ягодки и закидываю в рот.
Сладкие и немного кислые.
Сердито жую. Обалдеть какая красотка. Грязная и разорванном платье. Оран, Лирам и Богар выглядят не лучше. Белые мундиры в крови, дырах, а брюки по швам разошлись.
Бунтарь-волк на траве ворчит и косит на меня взгляд.
— А ты вообще молчи, — рычу я.
Вздыхает и замирает, лежа на спине.
— Мы просто не хотели, чтобы ты пострадала, — отвечает справа Богар.
— Я же не пострадала, — зло разворачиваюсь к нему. — Царапины не считаются.
— Ну… соглашусь, ты та еще зверюга, — он ласково улыбается.
— не смейте меня больше запирать, — цежу я сквозь зубы, а затем смотрю на Орана и Лирама. — Мы меня поняли?
Закидываю остатки ягод в рот, и Оран протягивает веточку с красными вытянутыми ягодками: