Чтение онлайн

Я прижалась к нему всем телом и почувствовала, как он целует мою макушку. Его руки гладили мою спину и плечи, но он был нежен и осторожен. Он даже не пытался раздеть меня. Мое тело требовало внимания и ласки. Я хотела раствориться в этом парне и понимала, что он не намерен сдаваться. Взяв его ладонь, я сунула ее под черную футболку, ту самую, которую он бросил мне, и накрыла его рукой свою грудь. Почувствовав пульсацию между ног, я развернулась к нему лицом и обхватила бедро.

Генри застонал и откатился на несколько сантиметров дальше.

– Пожалуйста, – он даже оттолкнул меня легонько. – Не делай того, о чем завтра пожалеешь. Микаэла, я слишком уважаю тебя и намерен сдержать обещание, которое дал сам себе. Ты получишь то, чего так сильно хочешь, но не раньше, чем тебе исполниться восемнадцать. Я хочу тебя. Видит Бог, как сильно я хочу задрать твою майку и стянуть с тебя эти милые трусики, но это произойдет не сейчас, и возможно, даже не здесь. Твой первый раз должен быть особенным. Понимаешь? Чтобы звезды из глаз, чтобы небо пополам. Что бы стоны и тела сплелись, словно танцуя.

Я придвинулась ближе и положила голову ему на грудь.

– Обещаешь?

Он улыбнулся и тихо засмеялся.

– Слово даю. А теперь закрывай свои невероятно красивые глазки и засыпай, принцесса. Я буду рядом. Буду охранять твой сон.

Я закрыла глаза и заснула. Мне снился самый красивый сон. Генри О'Доннелл, раздвинув мои ноги, целовал меня там, где не целуют, потом пальцами доставлял мне невероятное наслаждение. Я выкрикивала его имя и выгибала спину, словно грациозная кошка, поддаваясь навстречу возбужденной плоти. Тела слились. Он скользил во мне и шептал на ухо милые пошлости, я открыла глаза и проснулась.

Было темно, значит, спала я недолго. Генри лежал рядом и тихо смеялся.

– Это был первый и последний раз, когда я сплю с тобой, – хохотал парень. – Страшно представить, что тебе снилось. Но уверен, я был бесподобен. Ты так стонала и шептала мое имя, будто от меня зависит вся твоя жизнь. Это было эпично. Спи, принцесса, и постарайся думать о чем-то менее приятном, ладно?

Я почувствовала, как краснеет лицо, и, закрыв его руками, засмеялась.

– Господи, мне так стыдно, но я не могу ничего сделать с этим. Я ждала тебя всю свою жизнь.

Генри стал серьезным и, схватив мои руки, прижал меня к кровати.

– Если это правда, то двенадцать дней не станут для тебя проблемой. Спи, Мика. Утром отведу тебя домой и займусь похоронами. И спасибо тебе за то, что ты моя. Если бы тебя не было здесь, я бы сошел с ума.

Генри

Впервые в жизни я делил постель с девушкой по-настоящему. Микаэла крепко спала, улыбаясь во сне. Белые локоны разметались по подушке, и я прикоснулся к ее щеке, нежно проводя по ней пальцами. Эта девушка вызывала во мне целую гамму новых, неизвестных мне эмоций. Я хотел всегда быть рядом с ней. Она была худенькой и маленькой, казалось, что ее можно сломать одним щелчком пальцев. Вдруг ее лицо стало меняться. Она скривилась и начала нервно дергаться во сне. Дыхание девушки стало частым и неровным.

Всего за несколько секунд, из спокойной красивой девочки она стала испуганной и нервной. Я попытался разбудить ее в тот самый момент, когда она начала говорить во сне. Прислушался. Она просила кого-то прекратить и не бить ее. Рука, которой я хотел погладить ее волосы, сжалась в кулак, и я ударил стенку кровати.

Мика открыла глаза и села, испуганно оглядываясь. Девушка пыталась понять, где она находится и жадно хватала воздух. Сильно встряхнув ее за плечи, заставил посмотреть мне в глаза. Она заплакала и обвила тонкими ручками мою шею. Моя футболка становилась мокрой от ее слез. И в этот самый момент я дал себе слово, что никому и никогда не позволю заставить эти глаза плакать.

Обняв ее за талию, прижал к себе, вдыхая цветочный аромат шампуня. Я нужен ей не меньше, чем она мне. Сейчас я точно знал, что эта девушка – единственный человек, ради которого стоит продолжать жить. Мика снова уснула и, уложив ее в постель, я бережно укутал ее одеялом и вышел на кухню.

Закурив, поставил чайник. Эта ночь была самой длинной за все мои восемнадцать лет. Длиннее ночей, проведенных в приюте "Святого Патрика". А завтра будет новый день. Жизнь разделилась на "до" и "после".

Я не знал, как вести себя, я не был готов к тому, что деда не станет. Но плакать и тосковать не собирался. Дед в лучшем мире, ему не больно. Нужно было взять себя в руки, чтобы не сломаться. У меня нет права на слабость. В спальне в моей постели лежит худенькая девочка, ради которой я буду сильным.

Когда первые лучи солнца появились из-за горизонта, я услышал тихие шаги за спиной и улыбнулся. Микаэла обняла меня за талию и положила подбородок на мое плечо. От нее приятно пахло цветами и будущим.

Повернувшись к ней лицом, я обнял ее и поцеловал. Девушка ответила на поцелуй, неумело касаясь языком моего неба. Она действительно была чистой и непорочной. Даже целоваться толком не умела, и я был счастлив, осознавая то, что до меня никто не прикасался к ее телу.

– Что ты обычно пьешь по утрам, кофе?

– Сладкий чай, если можно, – смущенно ответила девушка. – Кофе мне противопоказан. Кофеин делает меня нервной, так считает мой психотерапевт.

Она осеклась, нервно кусая губы, понимая, что выболтала собственный секрет. Ее руки мелко задрожали, а глаза стали красными, наполняясь слезами. Она резко повернулась и побежала к выходу. Боялась моего осуждения. Я не мог сейчас отпустить ее. Ни сейчас, ни потом. Бросился за ней и догнал у двери. Я знал, что сделать, чтобы она осталась. Развернув ее к себе, сунул руки под ярко-желтую футболку и сжал полную грудь.

Конец ознакомительного фрагмента.