Чтение онлайн

– Нет?
– прошептала она, широко раскрыв свои янтарные глаза, и они вновь потянули из него жилы.

Он поцеловал ее губы и ощутил резкую боль в паху. Всхлипывая, она повторяла его имя, вздрагивая всем телом, и он понял, что она полностью потеряла контроль над собой. Отбросив в сторону яростную потребность собственного тела, он гладил ее глубокими, мягкими движениями рук. Она вонзила пальцы в его плечи, и звук ее коротких, неистовых всхлипов, нарастая, бился в его ушах.

– Фэб, дорогая, ты убиваешь меня.
– С хриплым восклицанием он удвоил свои усилия. Когда она взорвалась, он проглотил ее крики.

Она упала на него; тело ее стало податливым и уязвимым. Он ощущал, как тяжело вздымается ее грудь. Она попыталась сомкнуть дрожащие бедра. Когда она застонала и обняла его, он понял, что ей не хватило поддержки. Он не мог бросить ее в таком состоянии и вновь начал гладить ее.

Она пробудилась незамедлительно. Она хватала ртом воздух, затем ее бросило в дрожь, ее крепкие бедра, как жернова, перетирали его запястье. Он попытался помочь ей сильными резкими толчками.

– Нет... Только с тобой.

Он крепко зажмурился, заставляя себя смириться с фактом, что его поезд уже не придет. Она вряд ли способна сейчас рассуждать здраво, поэтому ему придется решать за двоих.

– У меня с собой ничего нет, - солгал он. Она скользнула руками к его бедрам и легонечко поскребла там.

– Могла бы я?..
– Она указала головой, вопросительно глядя на него, и неуверенность ее взгляда щемящей болью отозвалась в его сердце.
– Может быть, я смогла бы проделать это еще раз?

На ее горле хрупко дернулась жилка. Превозмогая себя, он застегнул джинсы.

– Все в порядке. Я отлично себя чувствую.

– Но...

Он смотрел мимо ее улетающих глаз. Руки его действовали не очень уверенно, когда он оправлял на ней свитер.

– Все сейчас спят, но, может быть, тебе лучше первой пробраться на свое место, как только ты приведешь себя в порядок?

Она делала отчаянные усилия, чтобы натянуть свои шорты, каждым движением задевая его. Справившись наконец с этой нелегкой задачей и разгладив последнюю складку, она вскинула ресницы. Он пытался улыбнуться ей.

– Как ты это делаешь?
– спокойно спросила она.

– Делаю что?

– Действуешь так пылко, а затем превращаешься в кусок льда.

Вот оно что. Она посчитала себя отвергнутой. Сообразив это, он понял, что обидел ее.

– В данный момент я на грани срыва, - сказал он.

– Я не верю тебе. Как это Тулли называет тебя? "Айсберг"?

У него не было сил сражаться с ней, во всяком случае не сейчас, не после того, как он видел ее уязвимой и беспомощной. Он мог думать лишь о том, как заживить ее рану. Ему удалось придать нотки раздражения своему голосу:

– Опять начинается, не так ли? Стоит нам сойтись, и мы уже спорим.., когда не целуемся. Я даже не знаю, почему так стараюсь быть хорошим парнем с тобой, хотя всегда нарываюсь на неприятности.

Ее припухлые губы дрогнули.

– Это называется быть хорошим парнем - то, что ты вытворяешь?

– Пожалуй, что да. И знаешь еще что? За тобой должок.

– За мной что?
– Эти янтарные глаза больше не казались беззащитными, они начали разбрызгивать искры. Он внутренне усмехнулся.

– Ты мне должна, Фэб. Я выказал тебе малость уважения...

– Уважения? Вот уж не знала, что это так называется. Сарказм в ее голосе не совсем окреп, поэтому он усилил нажим:

– Это именно так. Но насколько я понимаю, никто здесь не ценит мое уважение по достоинству. А это означает, что ты обязана возместить мне убытки, и то, что я недополучил здесь, я планирую получить потом.

– Как ты собираешься это сделать?

– Я скажу тебе - как. Как-нибудь... В один прекрасный день. В любой понравившийся мне час. В любое время. В любом месте. Я собираюсь посмотреть на тебя и сказать тебе одно лишь словечко...

– Одно словечко?

– Да. Это будет пароль. "Сейчас". Просто одно словечко, "сейчас". И когда ты услышишь его, это будет означать, что ты должна бросить все дела и следовать за мной, куда бы мне ни заблагорассудилось. И когда мы доберемся до места, ты станешь моей собственностью. Абсолютной, как детский манеж для ребенка. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Он ждал взрыва, он был уверен, что она не отпустит его легко. Фэб никогда не лезла за словом в карман. Но она молчала.

– Ты все поняла?
– повторил он.

– Думаю, да, - глубокомысленно сказала она.
– Давай-ка я проверю, верно ли я все усвоила. Ты утверждаешь, что только потому, что ты не сумел взгромоздить себя на меня, скажем так, я задолжала тебе. Когда ты посмотришь на меня и скажешь "сейчас", я должна буду превратиться в твою рабыню, Я правильно поняла?

– Угу.
– Камень на его душе скрипнул и откатился в сторону. Он начал получать удовольствие.

– И не важно, чем я буду в этот момент занята?

– Не важно.

– И не имеет значения, куда ты отведешь меня?

– Хоть в кладовую, где хранятся метлы, если мне это взбредет в голову. Это полностью на мое усмотрение.

Он играл с огнем и предвкушал момент, когда пламя вырвется из-под контроля.

– И даже если я буду работать?
– спросила она с удивительным спокойствием.

– Пятьдесят на пятьдесят, что так оно и произойдет.

– Или окажусь на собрании?

– Ты оторвешь от стула свою хорошенькую попку и последуешь за мной.

– И даже во время совещания с комиссионером?

– Ты скажешь: "Прошу извинить, мистер комиссионер, но мне кажется, у меня вот-вот начнется понос, поэтому не обессудьте. Тренер Кэйлбоу, не могли бы вы проводить меня, на случай если я упаду в обморок и мне потребуется носильщик?"

– Поняла.
– Она выглядела озабоченной.
– А что, если я буду давать в это время интервью.., ну, скажем, Фрэнку Гиффорду?

– Фрэнк хороший парень. Я думаю, он не осудит тебя.

Взрыв мог произойти в любую секунду. Он понимал это.

Она наморщила лоб.