Чтение онлайн

– Ну-ну, - сказал Владимир, не отрываясь от экрана.
– Пуд соли - это вам не фунт изюма!

Дежурный юмора не понял, но на всякий случай посмеялся.

– Надеюсь, мы договорились?
– Полицейский неуклюже, но старательно заискивал перед землянином.

Владимир смотрел на экран. Изображение заплясало и растворилось в ровном белом свечении. Голос диктора всхрапнул и умолк. Затем экран мигнул, и на нем появилось изображение Посланника. Худое лицо Михаила Семеновича было озабоченным.

– Здравствуйте, уважаемые жители Фирболгии, - сказал он на чистейшем фирболгском.
– Представительство Земли приносит свои извинения телезрителям. Но обстоятельства вынуждают внести коррективы. В программе, которую вы только что смотрели, спровоцировано столкновение между так называемыми демонстрантами и жителями рабочего района, именуемыми угольщиками. Им инкриминируется убийство Директора конторы внутренней безопасности. Доказательств этому нет и быть не может. Однако телевидение вашей страны сообщает об этом как о доказанном факте. Это мы называем бессовестным манипулированием общественным мнением.

Вернулся смотритель. Позвенев связкой ключей, он полюбопытствовал:

– Как это они смогли?

– Отвяжись!
– отмахнулся дежурный.
– Они ведут прямую передачу через космическую станцию.

– А вот как было на самом деле, - произнес Михаил Семенович.
– Вы сами увидите, как произошло убийство. Все зафиксировано нашей автоматической съемочной аппаратурой. У нас есть доказательства, что вдохновитель и организатор убийства - Первое Доверенное Лицо. Также мы обвиняем его в попытке приписать убийство жителям рабочего квартала, чтобы таким образом расправиться с неугодными лицами, а из Директора сделать мученика. Своего рода - знамя. Смотрите документальную съемку. Вы во всем убедитесь сами.

– А ты говорил, угольщики Директора шлепнули, - противным голосом поддел дежурного смотритель и довольно забренчал ключами.
– Неизвестно, кто из нас больший дурак.

– Оба, - внятно произнес Владимир.

Дежурный и смотритель вздрогнули и мгновение непонимающе смотрели на землянина. Но тут на экране появилось такое, что полицейские разинули рты от удивления.

– Энтроп возьми!
– вполголоса воскликнул дежурный.

Он вдруг сообразил, что, если земляне смогли незаметно снять то, что тайно готовилось и еще более тайно проводилось, то им не составит труда пронаблюдать и за деятельностью "Маленькой мышеловки".

– Да, - только и сказал смотритель, который подумал то же самое.

Дежурный подумал еще и пришел к выводу, что вряд ли земляне знают, что делается в участке. Ведь тогда они бы сразу явились сюда и затребовали своего человека.

Смотритель подобных выводов сделать не сумел и стал обеспокоенно размышлять, кому можно передать ценные вещи, которые он отобрал у заключенных. Чем больше он думал, тем паскуднее делалось на душе. Надеяться было не на кого. Отдать-то можно, никто не откажется взять. Да только как забрать обратно?

На экране было видно лицо человека, высматривающего кого-то из чердачного окошка. Человека, казалось, снимали с нескольких метров.

– Вы видите сотрудника службы внутренней безопасности Низатем-доду, прокомментировал голос Посланника. Уважительную добавку "доду" он произнес с изрядной долей сарказма.

Лицо человека озарила странная бледная улыбка, и он выставил через открытое окно ствол винтовки.

– Тэ-ка-пэ - восемьдесят восемь. С оптическим прицелом. Хорошее оружие, - уважительно заметил дежурный.

На экране появилось изображение двух черных машин, въезжающих на площадь, и эскорт из мотоциклистов.

Низатем-доду заспешил: протер тряпочкой окуляр оптического прицела, щелкнул затвором и несколько раз приложил приклад к плечу, примеряясь.

– Профессионал, - завистливо прошептал дежурный.

– Разве такие угольщики бывают?
– не преминул съязвить смотритель.

Они просмотрели передачу до конца. Вплоть до того, как черная машина адъютанта врезалась в панелевоз. Затем на экране появилось усталое лицо Посланника.

– Теперь, кажется, все ясно? Комментарии, как говорится, излишни. Незаконно арестованных по подозрению в причастности к убийству Директора конторы внутренней безопасности, думается, имеет смысл выпустить.
– Он помолчал, а затем сказал по-русски: - Володя, надеюсь, ты тоже смотришь наш теленалет. Мы принимаем меры, чтобы тебя освободить. А девушка по имени Интиль сейчас...

Телевизор захрипел и захрюкал, по экрану помчались обезумевшие полосы.

Сквозь шум раздался негодующий голос диктора. Затем появился и он сам побагровевший, взлохмаченный.

– Наше правительство заявляет протест!
– орал он, надуваясь.
– Вы видели мерзкую подделку. Телефальсификацию! Правительство утверждает, что при техническом уровне землян ничего не стоит создать так называемые документальные съемки. Директора конторы внутренней безопасности убил кто-то из угледобытчиков!

– А ты говорил, сотрудники службы безопасности убили Директора, неспешно молвил смотритель.
– Никакие не сотрудники, а угольщики. Ясно же сказали.

– Я говорил, что сотрудники безопасности убили?!
– вспыхнул дежурный. Ты что же, шантажировать меня вздумал?

– Отдал бы ты мне те туфли, что на прошлом дежурстве отобрал, казалось, безо всякой связи со сказанным ранее сказал смотритель.

– Отдам! Отдам, чтоб ты подавился!
– заорал дежурный.
– Но берегись!..

Смотритель невозмутимо почесал затылок и скрылся за ширмой.

– Спасибо. Вот и договорились, - донесся оттуда его спокойный голос. А то я уже супруге пообещал.

Володя был в совершенно расстроенных чувствах. Еще секунда, я он бы все узнал! Невезение!!!

Дежурный метнул на землянина бешеный взгляд.

– Смотритель!
– крикнул он, поворачивая голову к ширме.
– Почему здесь сидит арестованный? Почему ты его не отвел в камеру?

Смотритель высунул из-за ширмы голову.

– Ну, чего орешь? Сейчас отведу. То не спешил, то торопишься, словно Энтропом подшитый. А вот скажи, ты синтетику от натурального отличишь? У меня в каморке одна блузка обнаружилась... Как раз для твоей многоуважаемой супруги.

– Энтроп его знает, - все еще досадуя, ответил дежурный.
– Сейчас по земным лицензиям такую синтетику делают, что не очень-то поймешь. Надо посмотреть, - он глянул на Владимира.
– Отведи-ка арестованного, а потом начнем разбираться, что к чему.