Чтение онлайн

— Папа, а ты теперь всегда будешь с нами?

Алексей замер. Пальцы крепче сжали маленькую детальку лего. В глазах сына не было претензии. Не было злости. Только надежда. И это ломало его больше, чем любые упрёки.

Он наклонился, прижал Тёму к себе.

— Всегда, Тём.

Тёма деловито кивнул. Как будто ему этого было достаточно. Он поверил ему безоговорочно. И эта вера обезоруживала.

Они не могли вечно молчать. Когда Анечка пошла на поправку, Лёша предложил прогуляться, оставив детей с бабушкой и дедушкой, которые приехали проведать малышку.

— Свежий воздух тебе пойдёт на пользу.

Они шли молча, пока Алексей не заговорил:

— Я думал, что знаю, как быть хорошим мужем и отцом.

Голос глухой, низкий, чуть сдавленный.

Ирина медленно повернула голову, глядя на его профиль.

— Теперь понимаю, что знал об этом слишком мало. Я совершил страшную ошибку, которая до сих пор лежит тяжестью на душе и сердце. Я поддался на лесть коллеги. Позволил чужому человеку втереться в доверие. Моя беспечность, гордыня, и самолюбие, а также наивная уверенность в том, что у меня всё под контролем, привели к тому, что я едва не потерял самое дорогое в моей жизни — тебя и наших детей. И самое страшное — то, что случилось потом. Её обвинения. То, через что тебе пришлось пройти — всё это… по моей вине.

Он остановился и посмотрел на неё. В глазах — боль. И нежность. Та любовь, от которой перехватывает дыхание.

Ирина молчала несколько секунд, а потом покачала головой.

— Нет. Это не твоя вина, Алексей. Не извиняйся за это. Ты ошибся, да, когда подпустил её слишком близко и поддался на лесть. Но всё, что случилось после — её выбор. Её подлость. Её игры. Она знала, что делает. Она сама всё это устроила. Не бери всю тяжесть вины на себя. Ошибку — да. Но не предательство и не подлость, которых ты не совершал.

Он выдохнул. Помолчал, провёл рукой по волосам.

— Знаешь, я всегда говорил, что семья для меня на первом месте. Но на деле… Работа, бизнес, обязательства перед партнёрами и клиентами — вот что всегда шло раньше. И я оправдывал это. Говорил себе, что делаю это для вас, для будущего наших детей. Но, думаю, пора пересмотреть мои приоритеты. Я решил перестать быть лицом компании.

Она вздёрнула брови, удивлённо посмотрев на него.

— Серьёзно?

— Я хочу быть больше в жизни детей, и… твоей. И, кажется, наконец, нашёл нового генерального директора — человека, которому могу доверить управление бизнесом.

Она удивилась.

Это… было серьёзной переменой в жизни его компании.

— И кто он?

— Инвесторы, с которыми я работал в Питере, помогли его найти. Опытный, сильный управленец, с хорошей репутацией.

— А коллектив… они в шоке до сих пор. Узнав про Марию, о том, как она подставила тебя, как пыталась манипулировать мной… они были в ужасе.

Ирина молча слушала.

— Воронова наняла сразу двоих сотрудников, и оба мужчины, на её место — видимо, теперь на воду дует.

— Я могу её понять.

Она хмыкнула и вдруг поймала себя на том, что любуется им. Как он говорит, как двигается. Как на ветру растрепались его волосы. Как руки сжимаются в кулак, когда он нервничает. Как он хочет обнять, но не решается приблизиться. Как ждёт.

— Я, конечно, останусь владельцем, буду участвовать в принятии ключевых решений, но отойду от бесконечного контроля немного в тень, больше проводя времени с вами, тобой, Тёмой и Анечкой. Как говорит отец, всех денег не заработаешь. Раньше мне казалось, что доверять управление деньгами или проектами кому-то — это слабость. Что мужчина должен всё контролировать сам. А теперь понимаю: это просто здравый смысл. Хватит жить в режиме гонки, вечно доказывая себе и другим, что я всё тяну. Лучше я потеряю немного прибыли, чем ещё раз окажусь на грани потери семьи.

Ира слушала о его планах и не могла поверить. Такие большие перемены. И всё это ради их семьи. Теперь он будет приходить домой пораньше. Может не отвечать на звонки в выходные. Может больше быть рядом. С ней, с детьми.

— Я люблю тебя, Ир.

Голос тёплый, наполненный эмоциями.

— Больше всего на свете.

Она смотрела в такие знакомые, любимые глаза и видела в них своё отражение.

— Я прошу тебя дать мне шанс доказать это не словами, а поступками. Я хочу, чтобы мы начали всё сначала. Построили наши отношения заново, на основе доверия, любви и взаимопонимания. Может быть, мы могли бы начать с малого? Например, сходить вместе куда-нибудь, как раньше. Просто провести время вдвоём.

Ирина задумалась на мгновение, затем улыбнулась.

— Это ты меня так на свидание зовёшь?

Его глаза вспыхнули. Плечи чуть расслабились от её игривого тона. Он явно наслаждался этим моментом.

— Ну… да. Да, зову.

— Хорошо, Лёш.

Она сказала это и сама удивилась, как легко прозвучали эти слова. Ещё месяц назад она бы не поверила, что сможет произнести их — с доверием. С теплом. И он улыбнулся. По-настоящему, широко, почти по-мальчишески, искренне. И в этот момент — подался вперёд, почти не раздумывая, он схватил её за талию и, приподняв, хохоча, закружил. На пустой тропинке в парке, среди деревьев.

— Лёша! — вскрикнула она, судорожно хватаясь за его плечи. — Ты сумасшедший!

— Ага, — смеялся он, глядя ей в глаза. — Совершенно. По тебе.

— Остановись, Лёшка! — Она смеялась уже тоже, запрокинув голову, не стараясь сдерживать ничего — ни радости, ни дрожащего тепла, которое вспыхнуло внутри. Он поставил её на землю аккуратно, удерживая за талию, прижал к себе, когда она покачнулась.

— Полетала? — прошептал он, заглядывая ей в глаза.

— Немного, — выдохнула она, переводя дыхание. — А… если бы ты меня уронил…

Алексей слегка улыбнулся, глядя на неё с нежностью.

— Я никогда не позволю тебе упасть, — тихо ответил он, мягко притянув её голову к своему плечу, поглаживая по волосам, целуя в висок.

Ирина закрыла глаза, вдыхая его запах.

Они ещё немного постояли так — обнявшись, молча, слушая, как весенняя капель стучит по листве, как воздух пахнет новой жизнью, как бьются их сердца — рядом. В унисон.

Ирина вдруг поняла, что улыбается. И не боится. Внутри всё наполнилось теплотой и светом.

Первое свидание было необычным. Не потому, что они не знали, о чём говорить. А потому, что казалось, они заново знакомились друг с другом. Первые дни он не форсировал близость, не тянулся к ней слишком явно.

Но смотрел. Алексей не скрывал, наблюдая за ней, изучая, ловя каждое слово и движение. Его внимание будоражило, заставляло по-новому осознавать себя. Как он следил за тем, как она касалась своих волос. Как медленно скользил взглядом по её губам. Как едва заметно улыбался, когда она, смущённая, отводила глаза.